Влюбись в меня себе назло (СИ)
Он сделал шаг в направлении нас, девушек, и замер. Ноги его были расставлены, руки засунуты в передние карманы джинсов.
Взгляд свой Крыса сначала уставил на меня, нахально осмотрел с головы до ног, словно видел впервые, ухмыльнулся многозначительно и медленно вынул одну руку из кармана. И с той же ленивой неторопливостью поднял её вперёд, вытянув указательный палец. Все подумали, в том числе и я, что он собирается указать на меня. Я уже хотела было из куража для вида поупрямиться: "Только не я!", как он вдруг резко перевёл выпрямленную руку с выставленным пальцем с меня на красавицу Коробову и произнёс вкрадчиво, не без вызова:
- Хочу эту девушку! - секунду помедлил и добавил: - Себе в пару для танцев".
Я невольно озадаченно сжалась. Что и говорить, ситуация для меня сложилась неприятная, но всё же смогла нацепить на лицо твёрдокаменную маску "а-мне-до-лампочки", как у королевы Эльзы из мультфильма "Холодное сердце", так обожаемого няшками. Просто мне ничего другого не оставалось, поскольку и трое других парней чуть позже предпочли не меня.
Последним выбиравшим оказался, как ни забавно, предлагаемый мне Никитой кандидат в бойфренды - крючконосый брейкер, выделывающий на площади кренделя. Сегодня лицо его не выглядело ужасающе-свирепым, наоборот, было приятно-приветливым и даже симпатичным. Он тоже, подобно Крысе, перед тем как выбрать, внимательно оглядел меня.
Но я уже готова была держать удар. Посмотрела в его узкие, словно щёлочки, глазки и улыбнулась своей самой сладкой улыбочкой, показав ямочки. Парень растерянно заморгал. Я видела, как в голове его судорожно заскакали восторженные мысли, еще миг - и, без сомнения, он скажет, что выбирает меня, как вдруг это Крысиное Чудовище подтолкнуло его в бок и прошипело с раздражением:
- Не отвлекайся, Марик, делай свой выбор! - и закончило точно как в рэповской песне "Делай выбор": - "Я знаю в твоих силах изменить этот мир. Что бы ни случилось, дерись, как тигр". Делай свой выбор, Марк, правильно! - сделав особый нажим на последнем слове.
Словно прозвучала какая-то тайная команда или приказ. Марик смущенно улыбнулся мне, показав расщелину между передними зубами, и отвернул голову в сторону, потом поспешно указал на крайнюю в переднем ряду слева девушку.
Только бы не покраснеть, подумала я, держи себя в руках, Евгения, это ещё не мировое землетрясение. Это обыкновенные происки нахалюги, мечтающего посадить тебя в калошу. Чем-то ты ему сильно насолила! Знать бы чем! Не из-за крысиного прозвища же взбесился?! Так, его я дала давным-давно. Мало того, в последнее время совсем не дразнилась, это он донимает меня постоянно своим придурковатым "глубокомыслием", хитрым прищуром и неуместными насмешками.
Внешне я старалась выглядеть не расстроенной. Смешно надувать губы в этих дурацких обстоятельствах. Папа Дима всегда нас, детей, дразнит, когда мы, как буки, надуваемся: "На обиженных воду возят, особенно на тех, кто губы оттопыривает!" Я вскинула голову и напустила на себя равнодушие.
- Это несправедливо! - вдруг воскликнул Никита. - Енечка лучше всех девчонок танцует. Делает всё легко и без напряга. У неё получаются разные трюки... Единственная из нас может садиться на шпагат. А сальто у неё почти как у гимнастки. Давай, Енечка, покажи им!
Все наши "задоринцы" подтверждающе закивали и задакали. А кто-то из девчонок, из тех, кого не выбрали, сказал:
- Женя схватывает движения на лету, как видеокамера.
- Если так, то ты, Кораблёва, может, что-нибудь нам покажешь? - Максим Анатольевич назвал меня по фамилии отчима.
- Она Лапушкина, - не удержался поправить его Лёха. - Или ехидная Лапушка! Кораблёв ей отчим. - И скривился, будто вдруг Его Нахальное Высочество посетили совесть и недовольство собой или нечаянно вдруг проглотил жука-навозника.
Хотя сам он навозокопальщик ещё тот! Говнистый жук самых больших размеров. В его рацион входит всякая гадость. Не буду я перед ним и другими брейкерами перевёртываться колесом, выгибаться мостиком и плюхаться на шпагат. Зачем я буду убеждать кого-то? Тем более почти все наверняка видели меня на сцене, даже хореограф из края, ведь он был на фестивале в Благовещенске.
- Не буду я ничего показывать! - дёрнула я плечом и чуть склонила голову на бок, затем посмотрела смело в лицо рыжему бородачу и усмехнулась по-детски вызывающе: - Не очень-то хочу танцевать ваши модерновые танцы!
- А мы и не тянем силой, - откликнулся на вызов Максим Анатольевич. - Уговаривать не собираемся. Не хочешь - как хочешь. Твоя воля!
Однако по его виду я поняла, что он не слишком доволен результатом отбора. Действительно, парни выбрали самых слабых танцорок. Настя, несмотря на большой стаж в "Задоринке", частенько путается, и движения у неё бывают корявыми. Три другие девушки пришли в коллектив в прошлом году, и у них нет ещё быстроты и техничности.
Я даже коварно подумала: "Так тебе и надо! Не будешь полагаться на недальновидных мальчишек. Они выбрали всех, кто посимпатичнее на мордашку. Теперь ставь с ними свою сногсшибательную "мистерию" - о, они тебя не обрадуют!"
Лучше бы было объявить районный конкурс по отбору. Хотя кто из старшеклассников нынче набежит на него? Малышня бы, конечно, сбежалась, вернее, родители бы её привели. А те, кому за пятнадцать-шестнадцать, и под ружьём не явятся. Если б хотели, давно бы записались в танцевальные кружки или студии: они есть и в Доме детского творчества, и городском Доме культуры, и поселковых клубах района, даже школах.
Остаётся одно - выбирать уже из готовых коллективов. Но самому хореографу, а не проводить дурацкие эксперименты, используя мальчишей-плохишей.
- Спасибо всем за старание, надеюсь, сегодняшний урок пошёл на пользу и тем, кто не будет работать со мной, - обратился Максим Анатольевич к нам, так сказать, отверженцам. - Вы попробовали себя в новом стиле, полагаю, вам понравилось, - и сухо попрощался: - До встречи!
Но мы не пошли в раздевалки, остались стоять на своих местах.
Хореограф, не обращая больше на нас внимания, подозвал к себе четырёх выбранных девушек и объявил им и брейкерам, что они будут заниматься на этой неделе в четверг с шести часов вечера, а в другие недели до дня рождения края ежедневно.
- А где будут проходить занятия? - поинтересовалась Настя.
- В этом классе.
- Как? - воскликнул один из парней-народников. - Мы по понедельникам и четвергам с шести часов бываем здесь!
- У вашего коллектива занятия будут проходить на час раньше, - сдержанно ответил хореограф и пошёл к выходу.
За ним потянулись брейкеры. Девушки, попаданки в новую группу современного танца, гуськом заспешили в раздевалку и вскоре тоже ушли.
Мы же, те, кто так и остался народным "задоринцем", немного понурившись, одевались медленно. А потом снова собрались в классе, не желая расходиться.
- Послушайте! Эврика! - вдруг громко вскрикнул Никита, подобно выскочившему из ванны деятелю науки Архимеду. - У меня появилась блестящая идея. - Он хитро сверкнул тёмными глазищами и радостно сообщил: - Давайте не будем ставить ни "Тарантеллу", ни китайский танец. Это сделаем в другой раз.
На миг замолчал, обвёл всех цепким взглядом, словно хотел убедиться, внимательно ли его слушают, а потом загадочно произнёс:
- Мы поставим собственную композицию из танцев пятидесятых-шестидесятых годов прошлого века в быстром темпе. Все вы наверняка смотрели по интернету выступления американцев Стива Сойера и Чандры Роттинг, если не смотрели, то посмотрите. А ещё других участников международных турниров по линди-хопу и буги-вуги. Мы изучим их танцы. Придумаем стилизованные под пятидесятые-шестидесятые костюмы, это нетрудно - пояски, кеды, кепки, галстуки-бабочки, короткие платьица. Музыку возьмём группы "Банд Одесса" - их песни или других певцов. Соберём по куплету самые интересные. И движения слизнём у "линди-хопцев", ничего страшного. Мы сами будем композицию ставить, я договорюсь с отцом. Как вы смотрите на такое предложение, мои уважаемые коллеги-народники?