Мир Сценариста. Трилогия (СИ)

Шанс критического удара +5%
Критические удары игнорируют броню противника и накладывают яд Повелителя Озера. Яд можно снять только магическим рассеиванием.
— Идешь?
— Стопэ! — я жадный шут. — Стопэ!
Черт, там в полях должно быть масса всего удивительного. В инвентарь автоматом плюхнулось только щупальце. До этого ведь предлагало забрать добычу с трупа. Но кто ее б забирать стал в том состоянии, в котором я носился вокруг Бергхейма?
— Мне б немного за частоколом побегать.
— Не набегался? — вкрадчиво спросил Бьорн. Рослый викинг рядом хохотнул.
— Ну мам, ну очень надо. Можно я еще пять минут погуляю? Выводок же домой ушел.
Коротышка нахмурился.
— Должно быть сами Боги вступились за нас. Когда полчища зверья прорвались в ворота мы думали, что пришел конец Бергхейму, — заговорил еще один из северян. — Но Харальд лично возглавил атаку и чудища отступили. Лес закричал, призывая их.
— Давно?
— Не очень, — Бьорн смотрел очень внимательно. — Ты хочешь заставить хевдинга ждать?
— Ну ничего, я вон тоже вас ждал и ничего, не умер, — широко улыбнулся ему я. — Хотя вру. Умер.
Ньял осклабился, а вот коротышка нехорошо прищурился.
— Город мог пасть. Как думаешь, что мы выберем между тобой и Бергхеймом?
Прогресс текущего уровня репутации с кланом Бергхейм — 27,41%
— Единую Россию? — шутка ушла в молоко. Разумеется — дикие люди. Вообще, репутации маловато набил. А ведь сколько тварей на тот свет отправил. Не сам, конечно. Но участие принял посильное. В меру недюжиных талантов.
— Я быстро! Коня дадите?
Рыжебородый, который притащил меня в город, протянул поводья. Очень приятно. По-моему, это был тот самый карл, что приголубил бедного Егорушку в первый день знакомства с этим чудесным, мать его, краем. До контузии приголубил.
— От души, — шутливо поклонился ему я.
Уже на выходе из города, во время изучения характеристик, выяснилось, что репутация с Бергхеймом у меня — уважение. Здорово! Да, внимательность не мой конек, но тем приятнее удивление.
Итак, краткий итог. Немного страдания, боли и суеты, плюс изумительная по силе паническая атака, но зато «уважение», восемнадцатый (божечки-кошечки) уровень, крутая пушка, шевелящаяся сама по себе и целое поле подарков вокруг. Если отсюда выберусь — запишусь на курсы лечения от игровой зависимости, раз уравниваю здоровье и пиксели.
— Характеристики! — вызвал я панель еще раз.
Имя: Лолушко
Раса: Человек
Класс: Шут
Уровень: 18
Здоровье: 1750(800)
Дух: 100
Основные характеристики:
Интеллект: 18
Выносливость: 35(16)
Сила: 38(20)
Ловкость: 44(20)
Профессии: нет
Случайные характеристики: Акробатика, Харизма, Богоборец
Клан: «Пренебречь вальсируем»
Инвентарь
Социальное
Кстати, Богоборец это у нас что?
«Вы привыкли сражаться с сильным врагом. В гуще битвы такие бойцы ищут лидеров и вражеских героев, чтобы доказать свою отвагу. В бою с превосходящим по уровню противником вы более не подвержены штрафам.»
Я просто имба. Уровни викингов, правда, были по-прежнему вопросительными, но теперь, если что, их можно ковырять с целью, а не ради увеселения окружающих. Да и вообще, пренебречь, вальсируем! Еще пара тысяч ведер, и золотой ключик у нас в кармане, да, Егорка?
Так… А что такое «Коварный удар»?
«Вы знаете слабые места живых существ. Вы наблюдательны. Вы терпеливы. Собравшись с духом, в нужный момент, вы наносите критический удар противнику. Три секунды цель, не имеющая иммунитета к эффектам обездвиживания, не может двигаться и атаковать. За каждое наложенное вами ослабление удар увеличивает свою мощь, но снимает негативные эффекты.
Цена: 50 духа»
Даже несмотря на такие вот способности, я все равно не понимал, как мне удалось завалить Еловика после возрождения. Почти голым, с ржавым мечом в руках. Да, дебаф на бешеную елку я бросил, но этого явно мало. Сочетание Богоборца, ослаблений и крита? Блин, математика игровая это слишком сложна-а-а! Как говорили когда-то — мне обещали, что в этой игре я убью дракона, и никто не рассказывал ни про какие ротации и приоритеты статов.
 
И, кстати, как регенить дух? Уже второй раз сливаюсь по нему — и это оказывается чрезвычайно неприятным событием.
Ой, в задницу.
Я закрыл все системные окна, огляделся
Пейзаж изменился. То, что раньше можно было отдавать какому-нибудь натуралисту на сказочное полотно, с петляющей дорогой, золотистыми полями, озерной гладью и голубыми горами за лесом — теперь стало иллюстрацией для обложки какого-нибудь темно-фэнтезийного романа. Гарь, нездоровая зелень, груды трупов, силуэты Сеятелей посреди всеобщей разрухи.
Еще бы грозовых туч нагнать, фигуру за горами демоническую, в полгоризонта.
Но пока над миром синело летнее безоблачное небо.
— Время мародерить, — буркнул я себе под нос. — Начнем, пожалуй, с буратины.
В детстве я часто собирал с семьей грибы. Отец вывозил нас с мамой на север ленинградской области, в район Гаврилово. Утренний подъем, часов в пять, в субботу. Минут сорок на машине, в которой я сонно прилипал к холодному стеклу, изучая сырую осень за окном. Потом мокрый лес, шерстяные носки в сапогах, палка в руке, корзина. Семейные соревнования — кто сколько соберет. Дома торжественный подсчет итогов и булькающие кастрюли не плите.
Хорошие воспоминания. Так вот — как-то раз мы наткнулись на слой. Приходилось перебирать корзины, выбрасывая грибы помягче, так как на очередной поляне нас встречали армии крепких «подосиновиков» да «боровиков», которые очень хороши в любом съедобном виде. Грибы в тот раз собирали даже в болоньевые дождевые плащи. Казалось бы — зачем? Времена были сложные, но мы не голодали. Азарт?
Неважно. Просто… Приблизительно те же самые ощущения я испытал во время вылазки. С Гнева Дубов набрал золота, редкий лук, редкую кольчужную бронь. На месте побоища у восточных ворот выгреб различного оружия и доспехов. Деньги даже не считал. Пристрастия менялись с повышением уровня. На шмотки ниже десятого допуска, без дополнительных усилений, я даже не смотрел. Хоть и брал про запас, в расчете снарядить остальных задохликов, когда их нагоню и прокачаю.
И все равно забил инвентарь прежде чем вернулся к западным воротам, где Свора нашинковала прорву высокоуровневых тварей.
По дороге протестировал «Щупальце» на Сеятеле. Тот не сопротивлялся, покорно снося мои удары, пока, наконец, зеленое пламя в нем не угасло. Опыта капнуло совсем мало. Это не слишком воодушевило, но ради теста пойдет. Деревянному распространителю заразы я всек «Коварным ударом» почти на тысячу — и с пятидесяти очков дух стал расти только после выхода из боя.
В качестве тренировки пришлось выкосить остальных Сеятелей вдоль южной стены, поглядывая в сторону чащи. «Унижение», плюс «душевная рана», плюс «злой язык» накачали «удар» до двух тысяч. В итоге дышащее гнилью дупло погасло после первого же удара. Дух кончился, вышло сообщение про статы. Весь хабар, который я нес, обрушился на плечи и придавил к земле, но вне боя эта псевдомана восстановилась очень быстро, поэтому уже через пару секунд вес стал приемлемым.
— Хорошо, что я не хилер.
Не может быть, чтобы дух никак не восстанавливался. Помню, как-то я увеличивал бафом кому-то скорость его регенерации, но как сапожник без сапог на подобную блажь мне рассчитывать не приходится. В играх ведь все продумывается. Там же не дураки сидят, просчитывают каждую деталь, да?
 
Вот тут у меня отчего-то зародились сомнения. Вдруг не учли? Да, базовая характеристика, но ведь и на старуху бывает проруха. Может этот полудурок, выкравший меня из собственного дома, не слишком вдавался в детали?
Я отошел от трупа последнего Сеятеля, мох вокруг которого стал желтеть и сворачиваться. Вновь посмотрел на лес. Сейчас чаща казалась местом тихим и благостным. И не скажешь, что где-то в ней скрывались твари вроде Ночного Хозяина да Гнева Дубов.