Короли карантина (ЛП)

— У меня здесь есть место для хранения, я легко смогу собрать припасы, — мгновенно согласился я, сбрасывая с себя одеяло и спускаясь по лестнице.
— Хорошо. Запасы туалетной бумаги особенно низки, и у производителей возникают проблемы с поддержанием цепочки поставок.
— Понял. — Я добрался до холодильника и достал бутылку воды, чтобы избавиться от чертовой грубости в голосе.
Отец колебался, и этого было достаточно, чтобы я замер. Этот мужчина был королем многозначительной паузы. Он мог использовать простое затишье в разговоре, чтобы заставить тебя испытывать тысячу различных эмоций по своему желанию, но на этот раз я мог бы поклясться, что это был искренний признак того, что он не уверен в том, что сказать дальше.
На линии раздался звук закрывающейся двери, и я замер, гадая, что же могло быть настолько чертовски важным, что он не доверял своим сотрудникам, чтобы они это услышали.
— Послушай меня, Сэйнт. Эта штука, этот вирус, становится все хуже. Будет намного хуже. Я предлагаю тебе подготовить средства для изоляции на длительный период времени, на всякий случай, если тебе это понадобится.
— Я могу снабдить Храм всем, что нужно, — заверил я его.
— Если ты планируешь позволить другим присоединиться к тебе, пока ты сам находишься на карантине, выбирай тщательно. Тебе не нужно тащить на себе мертвый груз.
— Я никогда этого не делаю.
— Хорошо.
— Есть ли у CDC (федеральное агентство министерства здравоохранения США) какие-нибудь новости о вакцине? — Я спросил его. Мы будем на передовой, чтобы получить ее, по крайней мере после того, как она будет произведена. Деньги, безусловно, могли бы гарантировать это.
— Медленно. Чертовски медленно. Береги себя, сынок, будущее нашей семьи в твоей крови.
— И ты тоже, отец.
Это было самое близкое выражение любви друг к другу из всех, кто когда-либо был в моей семье, и мы не так часто выражали даже это. Ситуация с вирусом действительно становилась все хуже.
Линия оборвалась, и я, поджав губы, подошел к ящикам рядом с входной дверью и достал зажигалку и петарду. Сначала я направился по короткому коридору к комнате Блейка в задней части здания, толкнул его дверь и заглянул туда, где он спал посреди своей огромной кровати.
— Просыпайся, — рявкнул я. — У нас есть работа.
Блейк выругался, выпрямляясь, стирая сон с глаз, и окликнул меня, чтобы спросить, какая работа, но я уже шел по коридору открывать дверь Киана.
Я поджег фитиль и бросил петарду в его комнату, прежде чем снова захлопнуть дверь и уйти.
Я успел вернуться на кухню до того, как эта штука взорвалась, и проклятия Киана разнеслись по зданию.
Он выскочил из своей комнаты и бросился на меня с явным намерением выбить из меня все дерьмо за эту выходку, но на это не было времени.
— Смирись, Киан, — прорычал я. — Это важно.
Ярость в его глазах вспыхнула, когда жажда крови взывала к нему, но благодаря чистой силе воли ему удалось устоять на месте. Он стоял в центре коридора, напрягая мускулы, волосы падали ему на глаза, он задыхался от желания оторвать мне яйца и ждал моих объяснений.
За его спиной появился Блейк, и я поставил свою воду на стойку.
— Нам нужно пойти и запастись припасами на случай нехватки, — сказал я тоном, не допускающим возражений.
— Сейчас? — Спросил Блейк.
— Нет. Я просто разбудил вас посреди гребаной ночи, чтобы сказать, давайте сделаем это завтра, — невозмутимо ответил я.
— Ладно, придурок, я просто спрашиваю. Не нужно из-за этого завязывать свой член в узел.
Киан фыркнул от смеха над шуткой, я — нет.
— Мы запрем Татум в ванной, пока нас не будет, или берём с собой? — Спросил Киан, проводя рукой по лицу в попытке привести себя в чувство более тщательно.
Я еще не особо обдумывал сложившуюся ситуацию, но догадался, что взять ее с собой имело смысл.
— Разбуди ее, скажи, что она идет с нами, но не говори почему, нам понадобится дополнительная сила, я не хочу звать кого-то другого. Пусть она ссытся, думая, что мы берем ее с собой, чтобы убить, пока мы не доберемся до кухни. Но сделай это быстро — мы уходим через три минуты.
 
— Готово, — Киан повернулся и зашагал обратно в свою комнату, и я встретился взглядом с Блейком, когда он задержался.
— Твой отец думает, что вирус «Аид» доберется и сюда? — Спросил он.
— Мой папа считает, что разумнее подготовиться к худшему и быть приятно удивленным, если оно не сбудется, чем надеяться на лучшее и оставаться с широко раскрытой челюстью, если все действительно полетит к чертям собачьим. А теперь поторопись, у нас осталась одна минута.
Он повернулся и пошел прочь от меня, а я поспешил обратно наверх, чтобы натянуть спортивные штаны и черную толстовку с капюшоном. Я никогда не одевался так небрежно, если только не тренировался, но сейчас у меня не было времени беспокоиться об этом. Я даже не уложил свою гребаную прическу. Должно быть, мир действительно приближался к концу.
Спустившись вниз, я обнаружил, что все они ждут меня. Киан дал Татум одну из своих толстовок. Она ниспадала до середины бедра поверх леггинсов, и на черной ткани розовыми буквами были нацарапаны слова: Рай не ждет ни одного мужчину. Здесь был сделан какой-то ход. Он дал это ей не по доброте душевной. У него даже не было сердца. Хотя, во что бы он ни играл, это могло подождать. Прямо сейчас у меня не было на это времени.
Я подошел к стене комнаты и приподнял одну из каменных плит, чтобы открыть спрятанный под ней сейф, быстро ввел код и открыл его, прежде чем вытащить набор отмычек для всего кампуса. Это был приз, который требовал определенных усилий, но с помощью серии писем с шантажом и нескольких хороших, честных взяток мне удалось заставить уборщиц дублировать все ключи в кампусе. Просто на всякий случай.
Я бросил ключи в карман и снова запер сейф, прежде чем спрятать его еще раз.
— Пошлите. — Я вывел Ночных Стражей в темноту, где все было покрыто хрустящим инеем, и мы побежали трусцой к столовой Редвуд.
Единственным звуком на тихой территории был топот наших ног и горячее дыхание, от которого вокруг нас поднимались облачка пара.
Остальные не отставали от меня, и я сменил темп на бег, поглядывая на звездное небо, освещенное луной.
Мы добрались до столовой, и я повел всех обратно на кухни и кладовые. "Эверлейк Преп" посещали две тысячи детей, не говоря уже о персонале. Поэтому они оставили на месте чертовски много припасов, чтобы накормить нас. Хотя теперь, когда многие ученики воспользовались своим шансом сбежать домой к маме и папе, их количество значительно сократилось. По последним подсчетам, нас осталось около тысячи — вдвое меньше обычного количества студентов.
Я быстро отпер двери и первым вошел в темное помещение.
Перед нами были огромные кухни, но я проигнорировал их, повернув налево, к кладовой, и помедлил у стойки с ключами, прикрепленной на стене.
— Вы двое, идите и оттащите несколько тележек, чтобы заполнить их, — скомандовал я, указывая на ключи. Здешний персонал использовал тележки для гольфа с прицепами, чтобы перевозить вещи с пункта выдачи у главных ворот и развозить их по кампусу, чтобы мы тоже могли ими пользоваться. — Барби, ты со мной.
Если Татум Риверс и боялась остаться со мной наедине в темноте, она не упомянула об этом и послушно последовала за мной дальше в здание, пока Киан и Блейк уходили за тележками.
Я открыл двойные двери в конце короткого коридора и включил свет, чтобы осветить огромную комнату. Повсюду были стопки всевозможных банок и контейнеров с этикетками, показывающими, что за еда в них содержится, и я заколебался, глядя на все это, осознав одну маленькую проблему в моем грандиозном плане. Я понятия не имел, как из всего этого дерьма можно сделать что-то съедобное.
— Что мы здесь делаем? — Татум выдохнула, уступая своей потребности наконец спросить.
Я ухмыльнулся, когда понял, что впервые заполучил ее в свое распоряжение, но у меня не было времени заниматься какими-либо темными и греховными вещами, которые я хотел с ней сделать.