Экзамен на выживание. Упс! Так получилось! (СИ)
Мы с Эрикой переглянулись и моментально выскочили вслед за магистром. Каким-то чудом я вспомнила про Маркиза, в последний момент уцепив его за шкирку. Енот выскочил сам, как-то умудрившись оказаться впереди всех. Вот проныра!
- Мы куда? – шёпотом поинтересовалась у Эрики. – План-то какой?
- Нужно получить форму, бельё, подъёмные, учебники, зарегистрироваться и получить комнату, - так же тихо проинформировала она.
- А можно я тут где-нибудь в тихом уголке сдохну? – жалобно поинтересовалась я. – Жрать и спать хочу – просто сюрреалистически. Когда меня сюда вытащило, у нас уже был поздний вечер. А с тех пор, навскидку, прошло уже часов шесть как минимум!
- Ничего, - подбодрила меня Эрика, - магистр, похоже, сам торопится, так что не думаю, что мы задержимся. Ещё чуть-чуть!
Чуть-чуть не получилось. Сначала мы застряли у местного алхимического завхоза, коим оказался суровый гномище поперёк себя шире, с мощными ручищами и на удивление яркими глазами, золотистыми бусинами сверкавшими откуда-то из зарослей обильной лицевой растительности. Одарив нас взглядом, каким обычно одаривают нечто прилипшее к подошве сапога, он, бурча что-то маловразумительное о бездельниках, дармоедах и безответственных вандалах, отправился в подсобку, предоставив нам любоваться шикарной узорчатой секирой, притороченной сзади к его поясу, и размышлять, где он тут прячет вандалов и дармоедов… Нам по пути не повстречалось ни единой живой души!
Вывалив перед каждой из нас по куче барахла, состоявшей из некоторого количества письменных принадлежностей, сменной одежды, обуви, постельного белья и парочки отбёскивающих маллическим цветом хламид, он напоследок достал откуда-то из-под стойки побрякивающий мешочек и с тяжёлым вздохом отсчитал каждой по три толстеньких золотистых кругляка.
- Это ваши подъёмные, - с раздражением буркнул он. – Три золотых на нос. Стипендия в конце месяца. Постарайтесь не прокутить всё на всякую чепуху! – он достал внушительный журнал и положил его на стойку. – Так, расписываемся каждая в получении. Всё по списку! Проверяем и ставим галочку!
- Эээ… А как мы всё это понесём? – я скосила глаз на Лимончелло, стоявшего, прислонившись к дверному косяку, и явно получавшего бездну удовольствия от созерцаемой картины.
- Угрюм, дружище, - радостно откликнулся на мой намёк о помощи препод. – Сумочки-то выдай! Это ж девушки! Вдруг обидятся! Ты же не хочешь, чтобы случилось, как в прошлый раз! У тебя только-только обгоревшая борода отросла!
Гном снова что-то забурчал насчёт отчётности перед факультетом артефакторики, но послушно выдал нам по совершенно обычной коричневой кожаной сумке.
Пока я с недоумением соображала, как всю эту гору барахла запихать в сравнительно небольшую сумочку, Эрика бодро начала смахивать всю принадлежащую ей кучу в свою. Я ошарашенно наблюдала, как всё барахло бесследно исчезает в недрах сумочки, которая даже не распухает.
- Пространственный карман! – пояснила Эрика в ответ на мой изумлённый взгляд. – Складывай всё, не бойся! Всё влезет!
- Да-да, - подтвердил наш Лимончелло, не обращая внимания на насупленные брови гнома. – У нас несколько взаимовыгодных проектов с факультетом артефакторики, так что вот, сумочки для студентов они нам предоставляют… Ну что ж, спасибо, уважаемый мастер Жмотнер, поведу девочек дальше. Счастливо оставаться!
Следующей остановкой была библиотека. Как выразился магистр Лимончелло, «наша уютная домашняя библиотечка, исключительно для нужд факультета алхимии».
Заглянув в теряющийся в голубой дали коридор между многочисленных стеллажей, я поняла, что даже представить себе боюсь, что из себя представляет общеакадемическая библиотека. Передёрнув плечами, я сконцентрировалась на библиотечной стойке. К моему удивлению, за стойкой никого не было. Только торчало одинокое на редкость раскидистое дерево. Надо же, как тут библиотекари природу любят!.. Но тут наш магистр подскочил к стойке и жизнерадостно завопил:
- Карпинус, дружище! Я тут новых студенток привёл! Нужна вся литература для первого курса!
И тут дерево развернулось, обнаружив парочку выразительных карих глаз и щель рта, разошедшегося в дружелюбной (как мне хотелось бы верить) улыбке.
С опозданием я прочитала табличку на стойке: «Карпинус Популюсиус* – Главный Библиотекарь». Что-то знакомое… Я сконцентрировалась. Да то ж латынь! И библиотекаря у нас зовут… Граб Осиныч! Забавно!
- Ну что ж, дорогие мои! – приветливо заскрипел Граб Осиныч. – Надеюсь, не стоит напоминать вам о правилах обращения с книгами? Не рвать, не пачкать, не жечь и не взрывать! Это братья мои! Плоть от плоти моей!
Мы с Эрикой ошарашенно кивнули. Не знаю как она, а я струдом подавила желание вытянуться по стойке смирно и отдать честь. Ну натуральный Энт! Как в книжке!
- И фамильяров свох научите! Чтоб не было у меня казусов! А то на расправу-то я быстр! – из-под приподнявшейся кроны туда-сюда вжикнули несколько упругих розог.
- Ну-ну, Карпинус! – примирительно проговорил Лимончелло, - Не пугай девушек. Не видишь, они старательные и прилежные. Всё будет хорошо!
- Ну девушки-то хорошие, - смягчился Осиныч. – Но к фамильярам их у меня доверия нет! Ух! Бурарум! – в воздухе снова свистнули упругие хлысты.
Кот и енот синхронно присели на задние лапы, прижали уши и преданно выпучили глаза, избражая из себя идеальных питомцев.
Мы с Эрикой переглянулись и обе подавили улыбки. Веры в идеальное поведение наших питомцев явно не было ни у одной из нас.----------------------------------* Карпинус (Carpinus)лат. -Граб; Популюс (Pópulus trémula) лат. - осина обыкновенная
Глава 11. Хлопоты по хозяйству. Кто, кто в теремочке живёт?
Сложив учебники в наши прекрасные безразмерные и бездонные сумки, мы наконец отправились заселяться в общежитие.
- Мы действительно будем жить вместе? – поинтересовалась Эрика у магистра.
- Кто-то против? – уточнил он, обводя нас заинтересованным взглядом.
- Яуу прротестую! – с драматичным подвыванием сообщил Маркиз.
- Протест отклоняется! – я шутливо дёрнула его за ухо.
- А мой? – надулся енот.
- И твой тоже, - кивнула Эрика.
- Яу буду жаловаться! – возмутился Маркиз. – В Лиугу защиты прав маугических животных! Это наусилие над своубодной личностью!
- Поддерживаю! – буркнул енот.
- Так, свободные личности, - прервала я поток демагогии. – Жрать хотите?
- Да! – воскликнул Маркиз
- А где еда? – закрутил носом енот. – Хочу!
Я хмыкнула и, достав из рюкзака остатки курицы, поделила между животными.
- Мило, но мало, - сообщил енот, мгновенно упихав свой кусок за щёку.
- Это я к тому, - продолжила я, что не стоит забывать, кто вас, таких замечательных и магических, кормит и любит!
- Ну, как-то так, - философски заметил магистр Лимончелло. – Бесхозных магических питомцев отправляют в монстрятник… и там они ждут, может кто-нибудь из студентов ими заинтересуется… иногда очень долго ждут. В клетках! – он сделал страшные глаза, наклоняясь к животным. – На казённых харчах!
Кот и енот выпучили глаза, синхронно сглотнули и посмотрели друг на друга.
- Поужалуй, я смоугу сделать над собой усилие, - промычал Маркиз, прижав уши и подрагивая усами.
- Я тоже попробую… - выдавил енот. – Вообще-то меня Леонид зовут. Это царское имя!
- Яу понял уже. Предвоудитель горстки немытых воуяк! А вот я Маркиз. Это титул.
- В первый раз слышу, чтобы на помойках раздавали титулы! – буркнул енот.
- Ну что, заселяться? – жизнерадостно прервал готовых снова вцепиться друг другу в шерсть питомцев Лимончелло.
- А коурмить нас тут плаунируют? – негодующе прошипел Маркиз. – Моуя хоузяйка так ослаубела, что еле на ногах держится! Но блаугородно отдала последний кусок воут эутому неблагодарному соузданию! – он драматично ткнул лапой в енота.
- Да-да! – почему-то смутился магистр. – Вот сейчас инфобраслетики получите, вещи в комнате бросите, и сразу вас в столовую проведу! Мы мгновенно!