Осознание (СИ)
- Кать, я же не спрашивал про себя. Я спросил про тебя. Кто ты такая? С кем я говорю сейчас? Там-то я тебя знаю. Ты классный ученый. Посвятила свою жизнь великому делу науки. Я не смеюсь и это не пафос. Если тебе так показалось, извини. - сказал я, видя, как она поджала губки и опять в ее глазах появилась непонятная злость. - Но я просто хочу знать, с кем я сейчас говорю. И стоит ли мне говорить с тобой тут. И стоит ли мне идти в этот зал контроля. Не уводи разговор в сторону. Я знаю тебя как прямую, честную… и даже прямолинейную. Я всегда с восхищением вспоминаю, как ты там на ВБНК заявила что группа просто в очередной раз потратила государственные деньги впустую.
Катя посмотрела вверх, и я понял, что она мне намекает «думай что говоришь - тебя слушают», но я и так понимал, что говорю. Еще не очень понимал, где, но что говорю, я понимал вполне:
- Так что останься простой честной и скажи мне кто ты?
Она уже даже хотела мне кажется сказать. Признаться в чем-то. Но вместо этого резко поднялась и сказала:
- Пошли, пропуска уже наверняка получены.
Я только покачал головой. Поднялся и вышел следом за ней в коридор. Дошли до лифта и Катя обратилась к офицеру в черном:
- Пропуска пришли?
Тот кивнул и протянул руку. Катя протянула ему свой паспорт и сказала мне тоже сдать свой. Когда нам вернули карты паспортов офицер прочитал с экрана:
- Как просили: вход-выход, нахождение неограниченно.
- Спасибо. - сказал Катя и повела меня в раскрытый уже для нас лифт.
В этот раз она нажала на цифру семьдесят шесть, и я заметил, что последняя цифра в третьем ряду панели лифта девяносто четыре. Почти сто, как Катя и говорила. Заметив мой взгляд, она пояснила:
- Ниже девяностого даже я проехать не могу. Но там и делать нечего особо. Всегда пусто. Там даже охранников нет. Просто НИ-КО-ГО. Раз или два раза в год там проводятся собрания, но и все.
- И кто там собирается? Правительство? - спросил с насмешкой я.
- Они никогда здесь не собираются. У них есть свои КП. - серьезно сказала Катя, будто я должен был знать, что такое ее «ка-пэ».
Лифт остановился и я увидев точно такой же зеркально-золотой коридор в недоумении посмотрел на Катю. Она опять выждала некоторое время прежде чем выйти. Наконец, мы шагнули вперед, и по обе стороны от себя я заметил за полупрозрачными стеклами автоматчиков. Никому ничего, не говоря, Катя пошла прямо и я, не отставая, шагал рядом с ней, попробовав даже изобразить ее выражение на лице. Этакое строго-отрешенное. Вид очень занятого чиновника спешащего на доклад.
В конце коридора перед дверьми стояли терминалы для считывания данных с паспортов. Приложив палец к карточке я прикоснулся паспортом к сканеру и как и у Кати у меня зажегся зеленый огонек. Но двери сразу не раскрылись. Меня честно говоря уже начинали утомлять эти странные задержки на ровном месте. Но не подавая вида я стоял в терпеливом ожидании.
Наконец тяжелые двери раскрылись, и мы оказались в обычном на первый взгляд коридоре какого-нибудь московского бизнес-центра. В коридоре буквально сразу попался человек в странной одежде больше похожей на светло голубую пижаму. Он рассеянно взглянул на нас и прошел мимо в одну из дверей.
Катя, не останавливаясь, шла дальше. Еще один человек прижался к стене, чтобы пропустить ее стремительно идущую к, только ей ведомой, цели. Но вот следующий встреченный человек в пижаме пройти нам не дал. Он бы годился в отцы мне, но словно мальчишка свистнул двумя пальцами и пошел радостно улыбаясь навстречу нам. Я заметил на лице Кати тоже улыбку и подумал, что это ее старый знакомый. Закралась мысль, а может это и есть ее отец. Но по разговору между ними я понял, что он кто угодно, но не папа моей Кати. Они обнялись, расцеловались в щеки, но мужчина обратился к ней на вы и я немного прояснил для себя, что Катя здесь не просто редкий и желанный гость, она здесь на уровне ясного солнышка для некоторых. Пока они там ворковали вокруг начала скапливаться толпа. Многие лезли, толкаясь локтями чтобы поздороваться с Катей. Я заметил женщину, что чуть ли не всплакнула, обнимаясь с моей любимой. Вытирая уголки глаз, женщина все причитала, почему Катя так редко к ним приезжает. А Катюха все твердила, что она сама по горло в работе. Что было бы время, конечно, она непременно, проводила его с ними. Что у нее в Москве и так толком знакомых нет кроме них. Но вот работа… Где-то я все это слышал…
Понимая, что вырваться ей не дадут по-хорошему, Катя взяла меня за руку и сказала на ухо:
- Ради бога не потеряйся. Если что девятая комната отдыха. Не забудь!
И одновременно держа меня за руку, отвечая всем и вся Катя, словно ледокол двинула по коридору.
Толпа отстала от нас за странными турникетами в коридоре. Пройдя за них, Катя повернулась и пообещала, что мы скоро выйдем. Люди кивали улыбаясь, но расходится не спешили. Чуть постояв, мы двинулись дальше уже по пустому коридору. Поясняя мне, отставание других она сказала:
- Свободные смены не имеют права пересекать контрольный рубеж. Только те, кто в это время должен быть на вахте.
Я ничего не понял, но спрашивать не стал. Катя сама мне сказала делать вид, что я тут не первый раз…
Коридор кончился настоящей сейфовой дверью. Катя приложила свой паспорт к приемнику и многотонная стальная плита двинулась в сторону. Мы не дождавшись полного открытия перешагнули через стальной вал на котором каталась дверь и попали в гигантское шарообразное помещение. Количество людей в нем работающее одновременно не поддавалось исчислению. Все с телефонной гарнитурой у рта и уха и они что-то говорили или молча, уткнувшись в терминалы пред собой, делали вид, что ужасно заняты. Но в нашу сторону повернулись многие. И уже привычные улыбки вскрики, возгласы приветствия. Но никто не встал со своего места. Я заметил в центре зала столы за которыми сидели сотрудники безопасности в черной форме. Те тоже смотрели в нашу сторону, но несколько хмуро.
- Вот я и дома. Дом, милый дом. - непонятно к чему сказала Катя, и я сжал зубы чтобы не взорваться вопросами. Катя улыбнулась мне как-то тихо и спокойно и сказала: - Пойдем.
Мы сначала спускались на дно зала между рядами работающих терминалов. Затем начали подниматься все выше и выше пока не добрались до последнего ряда.
- Разницы нет, вокруг обходить или через контроль спускаться и подниматься. - пояснила мне Катя поворачиваясь ко входу. - Идеальная сфера. Вот наверху… с этой строны просто привычнее смотреть, ну типа как на карте, наша страна. Великая колониальная империя интегрированного типа - Россия. Я прокрутил в уме название моей страны и переспросил:
- Какая?
- Великая. Или у тебя сомнения? - усмехнулась Катя.
- У меня сомнения, что колониальная. - сказал я с сарказмом.
- А ты не сомневайся. - уверенно так сказала Катя. - Она всегда была такой. Как только за границы московского княжества вышла. И вела она себя всегда, как колониальная держава. Вон метрополия выделена. Москва, московская область, европейская часть… А все остальное колонии. Сырьевые, технологические…
- Я не понимаю… - признался я, искренне с самого рождения веривший в неделимость и единость своей страны.
- Какое слово именно не понимаешь. - спросила, не язвя, а просто так, Катя. И сразу начала пояснять: - Империи существовали нескольких типов, кроме псевдо империй которые, только больной да любопытный изучал и классифицировал. Мне было лень с этим разбираться. Все колониальные империи распались. В природе существует одна такая единственная империя, которая живет, не смотря ни на что. Империи, чьи колонии были оторваны от метрополии, распались окончательно в двадцатом веке. Они прекратили свое существование, как колониальные и начали просто жить, как страны, имеющие остаточное влияние в ранее покоренных землях. Империи интегрированного типа, такие как австро-венгерская и прочие тоже приказали долго жить по причинам скорее внешнего воздействия, чем внутренним. И только Москва сохранила большинство своих колоний, просто внушив всем и себе самой, что мы единое целое.