Осознание (СИ)
- Отец не хотел девочку. И первым мама родила сына ему. Он посчитал, что на этом надо остановится, у такого наследства не должно быть много наследников. Это старое правило. Особенно при неоговоренных правилах наследования. О втором ребенке речи очень долго не шло. В тринадцать лет он отдал сына в спецшколу. Ну, знаешь эту типа интерната для одаренных детей. Хотя к его неудовольствию сын не отличался особыми талантами. Нет не глупый, упаси бог, но обычный нормальный пацан. Он нормально прилежно учился. Замечаний к нему не было. У него отличные отношения складывались с другими… Ведь никто не знал, кто он такой. Отец сам никогда не навещал его. Только на каникулах они виделись. В общем, ничего необычного для детей Лидеров. Он по своей воле прошел офицерские курсы в девятнадцать, когда получил диплом энергетика. В двадцать после курсов он попросился на Луну. Не знаю просто подальше от отца или, действительно, желая работать в самом уязвимом месте нашей энергетики. Добыча изотопов гелия в тот момент, как и сейчас, оставалась стратегической задачей.. не выгодной в каком-то смысле, но важной. Дейтеривые реакторы не оправдывали и не оправдывают возложенные на них задачи к примеру в орбитальной энергетике… И тогда мама заговорила о том что она устала быть одна все время. Отец призадумался. Понимаешь… семья для Лидера это не просто семья… Это, я даже не знаю как сказать. В общем, разводы в этой среде несколько непонятны и неприемлемы. Хотя о разводе речи и не шло. Я не знаю, любил ли он мать… вечно в разъездах. Вечно на работе пропадает. Он мог месяцами не появляться дома. Так что это вопрос такой… Наверное любил раз выбрал ее когда-то… Отец принял волевое решение быть с ней чаще и больше. Ну, и как следствие на двадцатом году их брака появилась я.
Это было настолько спокойно сказано, что я посчитал неуместным задавать какие-то вопросы. А Катя, потушив окурок, продолжила:
- Я точностью до запятой повторила путь моего брата. И даже офицерские курсы окончила без отрыва от работы здесь. Но на Луну меня пулеметами не загонишь. Я там была. - в этом месте я невольно вскинул брови. Я конечно тоже при желании мог бы попасть на туристический корабль. Этих компании устраивающие круизы по орбите, или до Марса и обратно с облетом планеты, было достаточно много. Да и на Луну нормально ходили небольшие лайнеры. В программе полета было посещение музея освоения Луны; Жизнь в обычном лунном поселке; Посещение частных владений, где богатенькие европейцы строили себе жилье только чтобы больше хвастаться, чем бывать там. В общем, там конечно было на что посмотреть, но не более одного раза. А мне видевшему все, что можно увидеть там, в Сети, и вовсе не хотелось в такую поездку. Катя не обратила на мое удивление внимания и продолжила: - Так что вместо Луны, я выбрала планетарную энергетику. Мне повезло очень. Именно здесь я познакомилась с очень сильным физиком-теоретиком. У него столько заслуг перед страной и миром… Ты его видел в коридоре. И хотя наши отношения зашли далеко за рамки ученицы-учителя… нам хватило сил расстаться прилично, что бы это не сказалось на моем отце, да и на моем будущем. Я обещала тебя только удивлять и удивлять правдой. Значит и про себя приходится правду рассказывать. Не ухмыляйся так… Он мне многое дал. Многому научил. Без его знаний, я бы не осилила «девять зеркал». Просто бы выдержки не хватило. Я ведь все-таки непоседа.
Я слушал ее и диву давался. Я думал это у меня необычно насыщенная жизнь… А оказывается Катюха и на Луне побывала и офицером стать успела, и ученый неплохой из нее получился. Да и любовники у нее, так скажем, я им не сравнение…
- Я взялась за проект «Новая энергия» по личной просьбе отца. Он не хотел приказывать моему брату, а просто просьбу братик спустил на тормозах. Я не знаю, что у них там случилось но, в общем, в проект я влилась сразу после отказа брата возвращаться до истечения очередного контракта с Лунной Добывающей Компанией. Он там не руководитель какого-нибудь куста, а ведущий специалист в управлении уже. Ему не хочется покидать такое место и я его понимаю. Проект новый, рисковый, люди, которые им занимаются никак не связаны друг с другом и сколотить новую команду это нужно время, силы… много чего нужно. Отец не питал иллюзий на счет меня, но он видел результат моей работы над зеркалами, и вполне верил что я справлюсь с ролью наблюдателя за проектом. Не руководителем, не главным специалистом, не даже ведущим… простым наблюдателем. Но внедрять меня принудительно через министерство отца было бы глупо и мне пришлось без особого легендирования спокойно и методично пробиваться в святая святых проекта - к Полякову, к Кстессу, к Павлу, будь он не ладен… Сволочь, такую характеристику написал. Удавила бы лично…
Я удивился этой ее реакции. Разве она не могла спокойно пожаловаться отцу, и нашлось бы немало желающих удавить Павла вместо нее. Да и при чем тут пожаловаться. Отец наверняка знал о характеристике. И сам бы расправился с таким… Но ведь Павла насколько я понял никто не тронул. Что тут, порядочность Кати проявилась? Не очень верилось судя по ненависти которую я заметил на ее лице. Или прямой запрет отца мстить?
- Но нельзя. - сокрушенно сказала Катя словно отвечая на мои мысли. - Он охрененный специалист. Таких как он мало. Он и ученый великолепный и организатор. Он станет великим, если и дальше будет так аккуратен. Выманить кабинетного математика на расчеты в самое пекло это не каждому по силам. А сделать, так что бы математик думал, что это именно его самого идея, так просто подвиг. Павел на всю катушку использовал мозги этого монстра, что бы получить новые модели. И получил их. Другое дело, что он уже сам сомневается в перспективности того направления, что выбрал. Он, наверное, меня частенько вспоминает сейчас. Я ведь ему подсказывала полученные выводы Кстесса. Он не верил. Ну, это лирика… пусть бог будет ему судьей. В конце концов, что такое деньги, потраченные на пустышку? Мы можем себе пока такое позволить. А что характеристику такую написал… Знал бы он, какая я на самом деле стерва, он бы там двухтомник оформил…
Мы вместе невольно рассмеялись. Предложив продолжить в комнатах отдыха, она повела меня дальше по одному из коридоров.
Девятый сектор комнат отдыха включал в себя несколько залов украшенных живыми растениями, фонтанчики, телевизоры, развешанные на стенах, и автоматизированный небольшой столовый комплекс. Помимо залов было несколько спальных комнат, в одну из которых мы спрятались с чашками в руках.
- Значит, ты просто следишь за тем, кто что делает? - спросил я.
- Коха, ты вообще слушаешь, что я говорю? - возмутилась она. - Я сама так же там работаю. Но если мне становится в рамках проекта что-то известно, я должна ненавязчиво довести это до сведения ближайших мне участников. Я никто для них, чтобы давить и говорить харе фигней маяться. Но я намекнула на чужие идеи, а вы думайте, спорьте, узнавайте. Подкидываю им пищу для размышления так сказать. И плюс к этому занимаюсь своей профессиональной деятельностью. Я очень хочу выбить обычным путем серию нужных мне экспериментов. Но для них нужна новая аппаратура. Она даже уже просчитана и даже проекты нарисованы. Есть чертежи и ТУ, но нет одобрения руководителя проекта. И для этого я поеду на Дикое поле, чтобы самой уже убеждать, умолять, показывать, что эта серия экспериментов нужна проекту. Что разность плотности буде она доказана объяснит все эти выхлопы в местах пробоев. Что мы сможем, не парясь просто доить темное пространство до бесконечности. Понимаешь? Поляков уже понимает. Ему осталось только признать некоторые свои идеи ошибочными и позволить мне провести свои эксперименты. И хотя я и говорю «осталось только», это самая тяжелая часть дела. Всем тяжело признавать свои ошибки. А тем более ошибки, на которые потрачено столько денег и времени. Но Поляков умница и я надеюсь, что у меня все получится. Я спросил то, что волновало меня уже довольно сильно после всего сказанного:
- Слушай, а отец понимает вообще что там, на Диком поле, не курорт? Он знает сколько там народу погибло. Катя посмотрела на меня немного с грустинкой и сказала: