Осознание (СИ)
- А сколько у нас лагерных роб осталось в загашнике? Двадцать найдется?
- Да больше найдется. - Уверенно ответил тот. - Мы же их на тряпки да на поваров тратим.
- А давай тогда, Серег, наряжай их в арестантов. Да пусть повозюкаются. Ну, чтобы новенькими робы не выглядели. И если что, вы беглецы. По лесам сидели, когда сбежать смогли. Боялись выйти к новым властям. Да и старых еще опасались. Понятна идея? И оружие, если что, при побеге еще захватили. Ну, ты продумай там. Дай установку, что и как говорить своим, если провалитесь на подходах. Сергей поднялся и, застегивая куртку, сказал:
- Роба в такой холод не лучший вариант.
- Зато вместо петли на шею, лагерь. - Резонно заметил Василий. - А там глядишь, и освободят, коли поверят. Сергей кивнул и, выходя, сказал:
- Сейчас вернусь, скажу своим, чтобы в моднячую одежку одевались. Черт, как все не спланировано… Он вышел, и Василий сказал задумчиво:
- Сам знаю, что не спланировано. Но упускать не хочется. - Обращаясь к Артему, Василий спросил: - Справятся, как думаешь? Артем встал и, пройдясь по комнате, ответил, покачивая головой:
- Если резонатор протащат, то там и справляться особо не нужно километр накроет, так, что никто живым не уйдет. А не получится с резонатором, то гранатами не факт, что у них получится закидать нашего любимого Владимира.
- Может им Севу дать? - спросил Василий.
- Нет. - Категорично ответил Артем. - Раньше надо было думать. Нельзя рисковать так уж Севой.
- А Серегой значит можно? - спросил Василий с горькой усмешкой. Артем кивнул и сказал:
- Давай честно. Кроме него никто с этой задачей не справится. Ни ты, ни я. Там нужна именно такая группа, какая у Сереги. Абсолютно отмороженная и готовая на все. У них есть шанс заложить резонатор и свалить.
- Я не представляю, как они в центр протащат его. Был бы транспорт, какой.
- Транспорт? Ну, так транспорт вон в деревне стоит. - Сказал Артем. - Бери, не хочу.
- Форму шрамов тоже там же взять можно…
Вошедшему Сергею сказали, чтобы не суетился и посидел пока Василий с Артемом думу думают. Сергею идея с формой и транспортом не понравилась.
- Успеют передать о нападении и захвате. А мы наоборот ничего не успеем. Навстречу сразу же колонна двинет. У нас есть форма шрамовская. Чего париться? Нужен только транспорт.
- И что ты предлагаешь? Тот пожал плечами, присаживаясь за стол.
Я не долго пробыла среди этих нездоровых на голову мужиков. Они там еще о чем-то спорили, когда я попросилась на выход. Артем помог мне выбраться со скамьи, пропустив к выходу, и сказал, чтобы я ночевать опять к нему уходила, как в прошлый раз. Мол, там потеплее. Я поблагодарила и вышла.
Но я не сразу направилась в скворечник Артема. Обратилась к солдатику и спросила, где у них пленных держат. Тот проводил меня довольно далеко в лес по тропинке. Пока шли, у меня даже было время испугаться, а уж не задумал солдатик чего нехорошего. Но скоро нас окликнули и солдат ответив, провел меня к странному сооружению под навесом между деревьев.
- Вон яма. - Указал мне на сооружение солдатик и я попыталась подойти.
Но на встречу мне с автоматом наготове вышло двое солдат из-за деревьев и остановили меня. Я попыталась их уговорить дать мне пообщаться с новым заключенным. На что мне объяснили, куда мне идти и что делать, чтобы не мозолить глаза людям на посту. Я обиделась и громко позвала:
- Хадис! Хадис… Его голос в ответ звучал, обрадовано, но как-то глухо.
- Не бойся, Хадис. Я поговорю с Василием и Артемом. Они не будут тебя расстреливать.
Мои слова звучали, оказывается настолько глупо, что даже караульные заулыбались и только зашикали на меня, чтобы не шумела. Я ушла уже сама от ямы и, добравшись к дому Василия, встала у входа. Подышала немного и, постучавшись вошла. Попросила Артема выйти, и к неудовольствию Василия и Сергея, склонившихся над картой, он поднялся и вышел ко мне.
- Чего тебе. - Спросил он закуривая. - Только быстрее. У нас и так ничего не спланировано. Время теряем. Одеяло там есть. Уже снизу печку должны были топить начать. Скоро тепло будет. Только плотнее полог закрой…
- Я не об этом. - Бесцеремонно перебила я его. - Хадис. Ну, тот парень из шрамов. Вы его серьезно расстреляете?
Артем, затягиваясь и пуская дым к звездам, проглядывавшим сквозь кроны, сказал:
- Да. Он не офицер, которых мы еще держим иногда на случай обмена на наших. Такие обмены редкость, но случаются, если контакт налажен. Так что с утречка, ему дадут выпить, закурить и отведут к расстрельным ямам.
Я не зная, что сказать, умоляюще посмотрела на него, и даже в таком плотном сумраке он все понял по моему лицу.
- Он солдат, малая. Он знал, на что шел, надевая форму и беря в руки оружие. Это одна из кхм… особенностей профессии, что ли. Так что просто пожалей его и попрощайся.
Он сказал это так обыденно и спокойно, что я не поверила, что она на самом деле к этому так относится.
- А почему вы его пожалеть не можете?! - спросила я чересчур громко. - Он же, правда, при мне не сделал вам ничего плохого!
- При тебе… - кивнул Артем. - А тот батальон, что в вашей деревне застрял, неплохо прошелся, вырезая деревни, в которых наши закреплялись отступая. Они не стеснялись минометами сравнивать поселки. Они на фильтрации столько мирных жителей расстреляли опасаясь что среди них много переодетых глядящих… В общем… он не он, но жить ему до утра. И то только потому, что ты так просила. Хотя Василий и не одобряет таких задержек. Зачем человека мучить, давать ему надежду?
- Артем, миленький… ну сделай что-нибудь. - Взмолилась я, надеясь его растрогать. - Ты же можешь. Я знаю, что ты добрый. Он выкинул окурок и сказал тихо:
- Ты ошибаешься. Я давно не добрый. И я давно стараюсь не делать неоправданно добрых дел. Хватит… Если бы мы тогда не отстояли Вовку… Если бы я не полез в ледяную воду его спасать. Я бы и месяц с пневмонией не валялся, и столько бы погибших у нас не было. Я говорю про Вовку Отморозь. Который вам цирк в Управе показал. Это он за год стал там, на юге, популярен как суперзвезда до Последней ночи. Язык-то подвешен. Где уговорами, где посулами, где таинственностью. Он не скрывает, что сейчас они в полный рост занимаются разработкой ядерного оружия. Знаешь, что это такое? Неважно. Года три и у них оно будет. А может и меньше. И тогда нам останется только лапки кверху поднять. Воевать против него безумием станет. А если бы мы просто немного подождали… он бы сам ласты откинул. Или если бы не мешали следователям фильтрационной комиссии. Они бы его в расход отправили. А теперь вот там сидит Серега, и знает что собирается идти почти на верную гибель, только чтобы отправить Отморозь туда откуда он к нам явился. Исправить нашу, и свою, кстати, ошибку.
- Да при чем тут это? - изумилась я. - Я же не за Морозова прошу. А за этого мальчика. За Хадиса!
- А он не мальчик. - Уверенно сказал Артем и повторил мои слова: - Двадцать пять лет, или сколько он там говорил… Какой же это мальчик?
- Все равно. Он же хороший добрый парень. Да, на всю бошку больной, раз ввязался в эту войну. Да, как дурак в меня влюбленный… Но он, правда, хороший. Покачивая головой и рассматривая меня саму, как больную, Артем сказал:
- Иди спать. Я посмотрю, что можно сделать. И не шастай по лагерю.
- Спасибо Артем! - Сказала я и бросилась ему на шею. А он, отстранив меня и пожелав спокойной ночи, вернулся к Василию.
Я же забралась по лестнице в жилье моего друга и с удовольствием прилегла на уже когда-то убаюкивавшую меня кровать на жердях. Усыпая я все вспоминала Артема и его обещание, что-либо сделать, и радовалась, что у меня есть такой друг. Василий бы просто ответил нет и все. А Артем и правда попробует спасти этого дурачка. Так я тогда думала. Так я надеялась на него, проваливаясь в сон. Но, конечно, уснув, я забыла про все на свете.
Сон второй: