Осознание (СИ)
Я вышел из админ корпуса и, поговорив с дежурным глядящим у входа, отправился в центр лагеря в очередной обход. У контрольного поста при переходе в закрытую часть ко мне присоединился боец согласно правилам, но я оставил его, решив самостоятельно пройти по баракам и просто взглянуть, как отреагирует на меня население, увидев без охраны. Нападений я не боялся в первый день. Пока они еще не пришли в себя и никто не разводит среди заключенных агитации можно вполне безопасно ходить по территории.
С первого по девятые мужские бараки я был ошеломлен пустотой. Из шестидесяти обитателей в каждом бараке на своих койках в это уже довольно позднее время было от силы человек десять. Остальных я видел на пустыре, не решившись подходить к ним, да возле стены ограждения женской половины лагеря, где обстановка внешне казалась довольно напряженной. Какие-то нелепые выкрики, какая-то толкотня. Но вместо чувства опасности от этих людей я испытал странное ощущение брезгливости. К своему стыду я не смог его подавить, слыша похабные выкрики в сторону женской половины и довольно веселые отзывы с той части лагеря.
Я обошел толпу и вернулся к посту на проходе в административную часть лагеря.
- Никто не пытался пройти? - спросил я.
- Пока нет. - Заверил меня лейтенант глядящий. - Не волнуйся Артем, я помню инструкции.
Я позволял всем без исключения офицерам обращаться ко мне на ты и по имени. Будучи в капитанском звании хоть и помощник коменданта, я нисколько не зазнавался и вообще старался вести себя уж если не как Василий, то тоже вполне лояльно ко всем. И к заключенным и к охране.
После принятия решения о смягчении режима было решено предоставить заключенным круглосуточный доступ в административную часть лагеря. Пост охраны хоть и оставался, но был скорее контрольным. Он должен был уведомить дежурного по лагерю в случае массового прохода заключенных или в случае откровенных беспорядков на проходной. В административной части лагеря находился просто банный комплекс и библиотека на первом этаже здания руководства. Сейчас еще особой необходимости в таком проходе не было, но с началом посевной, когда возвращаться в лагерь начнут дай бог засветло, доступ к бане нужно будет предоставить полный. Так почему не сразу начать?
Первая ночь прошла без происшествий. Только в половину четвертого утра вернувшийся Василий спросил, что за костры на пустыре за бараками. Я ему рассказал, что при очередном обходе побывал там, не нашел ничего криминального и разрешил всем самим решать во сколько они собираются отправляться спать.
- Ты их завтра не поднимешь. - Покачав головой, сказал Василий.
- А я и не должен. - Хмуро ответил я. - Они решили, что они вполне самостоятельны так пусть и сами думают. Но я напомнил им, что завтра вполне обычный рабочий день.
- Надо было бы отправить спать. - Сказал недовольный мной Василий.
- Я себе слабо представил как это смогу сделать. - Признался я. - А дергать охранение по таким вещам… так проще было все это и не начинать.
Покивав, Василий отправился домой, пообещав передать Насте, если та проснется что у меня все нормально. Но в половину пятого моя жена сама явилась ко мне в админ корпус и сказала:
- Слушай, я сейчас так напугалась…
Я не стал спрашивать, что она не спит и шастает, просто кивнул, интересуясь, что ее напугало. Настя частенько приходила ночами на мои дежурства. Не столько помочь мне скоротать время, сколько ей по ее словам не спалось без меня.
- Там возле забора недалеко от поста, двое стоят о чем-то спорят… я подумала охрана, а это заключенные. Хорошо, что они по ту сторону забора были. Но я все равно перетрусила и сразу бегом к тебе.
- Да уж. - Кивнул я. - Теперь тебе не стоит ночами здесь ходить. И вообще передам на пост, чтобы не пропускали ночами из поселка в лагерь никого. Административные постройки теперь будут доступны ночами для зеков. Они и сейчас могут пройти внутрь, но пока не знают об этом.
- А тебе не страшно? - спросила она.
- А чего боятся? - пожал я плечами. - Они не убийцы. Бросаться на вооруженного глядящего не посмеют. А посмеют даже не думая, пристрелю.
- А ты раньше в человека стрелял? - с сомнением спросила меня Настя. Пришлось признаваться что никогда, но это меня не остановит.
Я дождался возвращения лейтенанта с обхода и, оставив его в дежурке, пошел проводить до выхода из лагеря Настю. Мы шли под уже рассветным небом, и она зябко ежилась в своей легкой весенней куртке купленной в последнюю поездку в районном центре. На воротах я попрощался с Настей, обещая сразу после сдачи вахты, домой бежать и быть не позже девяти утра. Она поцеловала меня и вышла за ворота. Я обратился к лейтенанту и солдатам на воротах:
- Сегодня приказ Василий Михайлович оформит, в связи с тем, что на админ территорию заключенные получают доступ, запретить проход гражданских лиц к кому бы то ни было после перехода лагеря в ночной режим. Так что вы уже сейчас никого не пускайте.
- Да тут времени-то до утра осталось… - сказал лейтенант, показывая часы. Я покивал и пошел обратно в дежурку.
Утром при сдаче вахты и расхлебывая ночные посиделки заключенных, я говорил Василию:
- Надо перенести дежурку и арсенал за ворота лагеря. Страшновато все-таки.
Василий уже дважды распинавший меня за то, что на работы народ еле тащится, ответил устало:
- Арсенал да. Дежурку нет.
- Почему? - Спросил я, принимая докладную записку от контроля на воротах и передавая ее Василию. Мы стояли под деревянным грибком недалеко от арсенала и, прячась от моросящего дождя, наблюдали за движением отрядов заключенных разводимых на работы. Бегло просмотрев очередную записку, Василий ответил:
- Смысл теряется. - Видя мое непонимание он пояснил: - Арсенал уберем сегодня. Приспособим пустой склад с тарой и под оружие. А дежурка останется на том же месте. И офицеры и солдаты охранения будут находиться внутри лагеря. Может, только изымем оружие. Мы должны показать, что мы некий контроль их жизни, а вся эта затея не просто увеличение площади лагеря. Понятно? Он посмотрел на меня, и я с честным взором покачал отрицательно головой.
- Мы же не волю им даем… - попытался я напомнить ему.
- Угу. - Согласно кивнул он и пояснил: - Не волю. Мы просто меняем отношения с этими заключенными. Как в том городе. Ну, ты помнишь… мы им они нам и никаких стен. Не нравится, попробуй, найди лучше. Что вы хотите в лагере, то и делайте. Хотите бильярд, делайте бильярд. Хотите бассейн выкопать копайте… сами. Все сами. Хотите учиться чему-нибудь - учитесь.
- Но в том городе свободные люди жили, а не заключенные… Покачав головой, Василий сказал мне то, о чем я больше никогда не забыл:
- Блин… правда у тебя тоже с головой проблемы… не только у меня. Где ты вообще в этой стране свободных видел? Да чего там… на всей планете. Сам что ли свободен, делать что захочется? - Пришлось признать, что нет. Василий удовлетворенно кивнул и сказал: - Ну, значит, попробуем ими стать.
Сдав дежурство с замечаниями по организации выхода заключенных на работу, я направился домой к Насте. Она еще спала, когда я ввалился, и с улыбкой встретила меня в постели.
- Ты спать или тебе завтрак сделать, покушаешь?
- Я поел в столовой.- Сказал я раздеваясь и запрыгивая в постель. - В двенадцать меня разбуди. Поедем, погуляем. Если солнце выползет.
- А на службу ты не пойдешь? - спросила она, прижимаясь ко мне.
- Я с вахты сменился, все в сад. Никуда не пойду сегодня. Пусть они там без меня свой эксперимент расхлебывают. Проснусь, поедем на водохранилище.
- Ура! - Тихо, но радостно воскликнула Настя и прижав меня к себе
Я счастливо уткнулся ей в грудь и закрыл глаза. Я в который раз не понимал Василия, который сознательно отказывался, имея все возможности жить со своей Алиной. Надо хоть взглянуть на нее пристальней, думал я усыпая. Может она и не красавица вовсе, что Василий никак решиться не может начать нормально жить с ней за пределами лагеря.