Мои неотразимые гадюки. Книга 1 (СИ)

Дон отменил триумфальное возвращение в собственный дом, куда с дозволения брата утекли обе гадючки. Лэкс наверняка перекрестился – вот реально не до них. Он даже на охоту не мог смыться – столько всего навалилось. И Дон застал нового каштара, где и ожидал: за столом в кабинете. Лэкс с заметной неловкостью карябал пером бумагу, скалясь на своё произведение, будто цепной пёс на фланирующие мимо стаи котов. На просочившегося в двери сопляка он даже не взглянул. Зато соизволил буркнуть:
– Пошёл вон!
– Я же по делу! – взъерепенился Дон в полном соответствии с мальчишескими повадками.
Перо замерло. Лэкс, не поднимая головы, сухо осведомился:
– Ну?
– Я видел Вепракса с двумя дружками на той поляне, где мы гуляли утром, – вытаращив глаза, оттарабанил Дон.
– Когда? – всерьёз заинтересовался каштар, отложив перо.
– Совсем недавно. Вы ушли, а я там заснул и…
– Ты что, дебил? – гневно процедил Лэкс.
– Я же не нарочно, – обиженно пробубнил безответственный сопляк.
– Ладно. Что с Вепраксом?
– Не знаю. Они меня разбудили. Ну, не сами, а их голоса. Меня они не видели. А я видел, как они попёрлись к лесу.
– Зачем? – не понял каштар.
– А я знаю? Они мне не друзья. Прошли мимо, я и рванул домой.
– Почему не доложил? – с подозрением сощурился Лэкс.
О тёрках Пакса с Вепраксом знал весь городок, ибо от детских проблем тут не привыкли отмахиваться.
– А вот не надо! – решил Дон, что ещё одна обида лишней не будет. – Я сразу пошёл к Вепрунту. Ты спроси у его людей, спроси. Тебе всякий скажет.
Дальше последовало сбивчивое повествование о младенце за калиткой, его мамаше и ударе Вепрунта, свидетелем которому Дон и оказался.
– А они мне говорят: беги за лекаркой. Я и побежал. Но вместе со мной к ней ещё кто-то рванул. Я и решил, что лучше тебя предупредить, раз Вепрунт помер.
– Точно умер? – уточнил Лэкс, поднявшись.
Дон сделал вид, будто задумался и признался:
– Не знаю. Так из дома кричали.
Лэкс подошёл к нему вплотную, нагнулся и прошептал:
– Лэйра к этому имеет отношение?
– Как это? – изобразил обалдение средней тяжести Дон.
– Ты знаешь как.
– Так она же у нас торчит. И Лэти с ней. Да и не станут они, – твёрдо отмёл подозрения Дон. – Не дуры же. Кто ж станет зазря подставляться и подставлять своих? Они ж скоро уедут. Если бы остались, Вепракс бы точно её достал. Она бы его наверняка пришибла. А теперь-то ей это зачем? Она только и думает, как поскорей смыться и не подставлять тебя. Любит же. У них кроме тебя никого не осталось.
Лэкс ничего не ответил. Выпрямился и помаршировал к двери. Но в его последнем взгляде Дон отчётливо прочитал искреннюю благодарность. Интересно, кому и за что? Хотя, за что, и так понятно: Вепрунт сдох и утащил за собой необходимость его грохнуть. Лэкс наверняка это планировал в числе первоочередных задач. Да и с благодарностью всё ясно: не манипулятору же, а судьбе. Мальчишка же оказался добрым вестником – вот и ему чуток перепало. Пожалуй, лучше уйти в подполье, пока городок лихорадит. А то мало ли что.
  
Глава 9
 
Первый уровень стратегии «Выживание гадов» пройден
Дон и девчонки забрались в недра притихшего особняка Татоны и припухли. Доклад манипулятора о содеянном – совершенно неожиданно для него – не произвёл на девчонок особого впечатления. Даже на юную чистосердечную Машулю. Видать, и в головке Лэти полных ходом шёл процесс адаптации к существованию в шкуре мутанта. У щупов в башке тоже какой-то агрегат: попроще, нежели у манипулятора, но так же не подарок. Малышка только вздохнула не по-детски и нырнула в какие-то свои мысли.
Паксая посочувствовала новоявленному братцу по поводу трудного дня. Катерина не распространялась по поводу своей жизни до смерти. Но, видать, хлебнула, как всякая порядочная русская баба. И теперь её интересовало лишь одно: безопасность для своих и отпор врагам. Она так и выразилась: хоть всех тут поубивай, но не позволяй нас разлучить, если ты мужчина. Любым способом: попытаются ли нас убить или растащить по разным углам. Если мы потеряем друг друга, лично ей конец. Сильное такое выступление. И не вполне женское – если Дон правильно себе представлял пресловутую женскую гибкость с приспособляемостью.
 
Лэйра же скупо похвалила студента за высокую обучаемость, а также отменную нечеловеческую бдительность. На этом она закрыла тему кровавых приключений манипулятора, который думает совершенно не о том. А о том – это про общую картину мира с их пребыванием тут в частности.
– Знаешь, Донатик, я тут поразмыслила, пока обжиралась ягодами. Ты прав: наши предшественники в шкуре щупов исчерпали лимит пребывания на этой ограниченной территории. А твой сегодняшний детектив только подтверждает: нам вообще нельзя надолго задерживаться на одном месте. Даже не предполагаю, а уверена: этот твой Вепрунт не мог не делиться своими умозаключениями на наш счёт с приятелями. Если уж его сопляк был в курсе. Наши предшественники в этих шкурах успели немного подрасти. Я имею ввиду: в относительной безопасности. Не будь твой Пакс этим самым стабилизатором, девчонки без матери давно бы уже прокололись. Но они продержались.
– А вы взрослые, – согласилась Паксая. – Тем более должны продержаться. Донатик, как ты думаешь: сколько времени мы сможем прожить у этого Нуобата?
– Нам нужно продержаться четыре года, – выдал Дон подсказку «эрудита».
– С этим что-то связано на законодательном уровне? – догадалась Лэйра.
– Угу. В пятнадцать я стану совершеннолетним. И по закону буду единственным властителем судеб своих младших сестёр, когда мы сбежим. Это позволит нам жить вместе, где бы мы ни осели в будущем. Ни одна собака не прицепится. Тут у них с этим строго. Дети слишком важное достояние нации, чтобы ими разбрасывались. И детское бродяжничество у местных просто нонсенс.
– Но они же тебе не сёстры, – удивлённо посмотрела на подруг Паксая.
– Станем, – уверенно заявила Лэйра. – Жить под крылышком руководителя целой губернии и не обзавестись подходящими документами?
– А заодно научимся выглядеть адекватно, – пробубнила Лэти. – А то ничего про эту жизнь не знаем. Я читала в интернете, что разведчиков всегда очень тщательно учили простой жизни в стране, куда их засылали. Ну, там, правильно делать покупки в магазинах. Знать, как лечиться и разбираться с полицией. И всякое такое прочее. А мы опять болтаем по-русски.
– Ты кого-то почуяла? – вскинула бровки Лэйра.
– Нет, – захлопала длинными ресничками Лэти. – Рядом никого.
– Ну и болтай, пока можно. Пара щупов и стабилизатор – кому по мозгам подобраться к нам незамеченным? Кстати, Донат, мы тут с девчонками посовещались и решили: ты к Нуобату не лезешь. Мы сами его обработаем. Прямо сегодня вечером за семейным ужином. Сначала подтолкнём на разговор Нуори. Пускай лично уговаривает отца, чтобы тот избавил её от ненужного довеска к жениху. А мы смажем старику мозги, чтобы легче пошло.
– С чего такая щедрость при нашей-то бедности? – хмыкнул Дон.
– Твои проникновения в чужую голову слишком грубые, – влепила ему правдой по сусалам Лэти. – Наверно они нужны только защищаться.
– И командовать, – съязвила Паксая.
– Я уже знаю, – отмахнулся Дон. – Не зря же на полянке полдня провалялся. Поднабрался науки. В голову не придёт спорить: вы для этого дела созданы, вам и флаг в руки. Если честно, я бы вообще откосил от этого мероприятия. Руки чешутся покопаться в собственных мозгах. У меня в руках пулемёт, а я из рогатки стреляю.
– Слышь ты, пулемётчик, – иронично скривила мордашку Паксая. – Не гони лошадей. Нам тут ещё какого-нибудь Рембо не хватало. И кучи трупов по ходу следования.
– Я же на перспективу, – лениво отмахнулся от паникёрши Дон. – Про запас. Короче! Отмажете меня с этим банкетом?