Мои неотразимые гадюки. Книга 1 (СИ)

Что? Ну-ка, ну-ка! Гадина не устояла перед соблазном – залезла одной скотнице в голову. Та на пару с подружкой волокла ведро воды. И вдруг – ни с того, ни с сего – споткнулась на ровном месте, выпустив дужку. Шлёпнулась, визжа, в образовавшуюся лужу. Вторая – вполне себе ловкая – попыталась отскочить. Но по странноватой траектории угодила в ту же лужу. Лэйра! Вот зараза! Нашла время устраивать порку прислуге – досадливо сплюнул Дон, ковыляя к наружным воротам крепости. Её, конечно, рановато покидать: девчонкам ещё предстоит миновать опекуна с женихом. Но с такой инвалидной легендой он может не успеть покинуть крепость раньше них.
Протащившись мимо крыльца присутственного дома, Дон не без досады обнаружил, что Нуобат уже выполз на крыльцо. Сияя на всю округу одутловатой похмельной физиономией, старик беседовал с управляющим и какими-то торговцами. Рядом возвышался каштартан провинции Хурабат и по совместительству одноимённый жених. Он увидал девчонок, въезжающих во внутренние ворота, и забеспокоился: не по душе ему эта прогулка. Дон мог бы подкорректировать Хурабу настроение, но Лэйра справилась своими силами.
Направила кобылу к крыльцу по услужливо образованному коридору между посетителями. Остановилась прямо перед Хурабом и что-то мило застрекотала по-сорочьи – Дон даже не прислушивался к этой чуши. Небось, лыбится с самым честным лицом, какое приобрела долгими тренировками в бизнесе. Жаль невозможно полюбоваться этой прохиндейкой её же глазами. А перескакивать в Лэти он не рисковал. Лэйре привычно его фискальство в голове – натренировалась, блуждая с ним по могильникам. А с Лэти он как-то позабыл это обкатать.
Обшарпанный хуторянин как раз добрался до ворот, где толпился конец очереди. Он протащился мимо, громко сокрушаясь по поводу дырки в голове. Столько ехал, так спешил, а главное, что хотел передать каштартану, забыл. Посетители, что стояли в очереди перед ним, сочувствовали, за ним – радовались. Появление каштартана вообще здорово оживило толпу. Поэтому никто и не заметил, как у самых ворот хуторянин нырнул влево, укрывшись за чьим-то привязанным к воротам конём. А из-за коня уже вынырнул какой-то другой посетитель. В коротком поношенном, но расшитом жилете. В шляпе, более узкие поля которой ещё сохраняли горизонтальное положение по отношению к земле. Борода исчезла, но усы остались – это чудовищное творение и само неплохо занавешивало подбородок.
Изменилась и физическая форма: новый персонаж весьма бодро вывел за ворота чужого коня. Забрался в седло и поскакал вниз по склону холма, отыгрывая затраченное на калеку время. Потому что Лэйра уже продвигалась к концу процедуры улещивания жениха в целях усыпления его бдительности. Целую серию мелодрамы этому посвятила. Но работала ювелирно, не экономя на времени в ущерб качеству. Обласканный лицемерной невестой Хураб расслабился и вернулся к проблемам тестя. Девчонки чинно поклонились обоим и тронули лошадей. Не без труда добрались сквозь толпу до ворот и с неописуемым облегчением покинули, наконец-то, крепость.
Всё, на первый этап их терпелки хватило – мысленно поздравил себя Дон. Всё-таки инопланетное сознание как-то влияет на местных щупов. И с этим нужно бы разобраться, когда в их жизни всё устаканится. Он отслеживал их на пределе корректных возможностей «ищейки» – из лавки рядом с холмом, куда, привязав коня, только что вошёл. Её хозяин – знавший Дона, как облупленного – кому хочешь, поклянётся, что никогда прежде не видал этого гостя столицы.
Сая – любимая кобылка Лэйры – устала манерничать. Вылетела из ворот, как засидевшаяся в девках тётка, неосторожно приглашённая на свидание. Дон глазом не успел моргнуть, как сестрички спустились с холма и понеслись по улице. Через минуту за ними проследовали трое всадников с трогательно индифферентными мордами. Воины – что с них взять? Никакого артистизма – отметил манипулятор, разглядывая затейливый нож. Прежде старик Нуобат слежкой за воспитанниками не грешил, но теперь перестраховывается. А влюблённые вообще сплошь и рядом параноики. Похоже, именно Хураб послал присмотреть за суженой – решил Дон, расплачиваясь за нож.
 
Он неспешно покинул лавку. Залез в седло и сдержанно стартовал за шпиками, не поджимая дистанцию – торопиться нужно с умом. Да и смысла нет. Всё равно за городом Сая начнёт ожидаемо фордыбачить. Степной кобылке, попавшей на юг недавно, было странно и крайне неудобно общаться с местными першеронами. На такого всадник мог влезть только по лестнице. И сидеть, раскорячившись: ноги врозь, как свинья на крыше. Саю с души воротило от этих монстров. А за городом на лужках перед джунглями горожане пасли домашнюю живность. Гордая степнячка бесилась, когда громадные и местами рогатые головы поворачивались на перестук её копыт по твёрдому покрытию древнего тракта.
– Тихо, милая! – вопила Лэйра на весь колхоз. – Спокойно! Они не кусаются!
Лэти за её спиной была спокойна, как чучело в музее. Гадины запросто управлялись с себе подобными, поскольку знали тех превосходно. Но животные требовали более вдумчивого подхода и немалых знаний об их природе. Лэйра слегка пренебрегала этой стороной искусства. А вот Лэти виртуозно общалась с меньшими братьями. Ей не приходилось остужать разгорячённый мозг лошади резким вторжением – мелкая гадючка действовала более тонко и своевременно.
Когда до кромки пригородного леса оставалось не более полукилометра, Дон запустил в голову Лэйры команду попридержать коней. Та моментально притормозила возмущённую кобылку – трое дилетантов-фискалов машинально сбавили ход. «Барбос» по команде манипулятора взломал мозги воинов: слегка подправил команду Хураба не спускать с девчонок глаз. С новой Дон заморачиваться не стал: чем сложней, тем ненадёжней. Две принципиально разные команды не должны вступать в конфликт.
Он приказал соглядатаям гнать вперёд, дабы не насторожить объект слежки. И поджидать его на выходе тракта из лесополосы. Дескать, никуда тот объект не денется – некуда ему деваться. Неизбежная стычка с ворами, которые с рассветом должны были активизироваться, закончится быстро – даже двойное превосходство воров против воинов просто пшик. Зато их участие напускало тумана по поводу внезапного исчезновения каштарий. Пока каштартаны сгоряча переимеют всех представителей криминальных профессий в округе, они с девчонками уйдут далеко.
Дон ворвался в джунгли по пятам троицы шпиков. Сая жарила за ним, негодующе вытягивая морду. Широкий древний тракт – по нему легко проходила конная колонна по восемь в ряд – содержался в порядке. Жеребец беспечно летел, не слишком-то глядя под ноги. Дон попридержал своего спринтера, огибая ползущий впереди воз. Затем снова ускорился, даже не оглянувшись на девчонок: он их знать не знает. Только успел расслышать отзвуки истерики Саи: воз тащил флегматичный серый колосс. Спустя пару минут впереди замелькала задница ещё одной телеги. Когда Дон обходил новое препятствие, девчонки уже потеряли его из виду. Так что второй свидетель безупречно честной прогулки каштарий не смог бы связать их с промчавшимся всадником. Они тут в последние десять минут носятся косяками.
Добравшись до их фирменной своротки, Дон попридержал коня. Развернул и двинул его в густые заросли, что с виду казались непроходимыми. А на деле своротка была хожена-перехожена вдоль и поперёк. Во время своих утренних прогулок Лэйра с Лэти нередко её пропалывали, оставляя в неприкосновенности лишь путанную ширму на обочине. Вскоре за спиной послышалось недовольное фырканье Саи – вертихвостка терпеть не могла загаженные густой растительностью просторы. Заставить её таранить заросли можно, только надавав паршивке по рогам. А вот лошадка Лэти продиралась вперёд спокойно, демонстрируя превосходство своей всадницы в гадских навыках.
Паксая ждала их у конспиративного дуба. Валялась в густой траве и мурлыкала под нос привязавшуюся с утра ёлочку, что родилась и росла в лесу. Лэйра отвела от лица ветку, под которую нырнула голова Саи, и подколола подругу:
– Всё дрыхнешь?