Мои неотразимые гадюки. Книга 1 (СИ)

Три женщины и вправду убирались в просторной спальне с широкой кроватью под балдахином. Даже не переступив порога распахнутой двери, боевой режим ударил в ближайшую молодую бабу. Та как раз собиралась выйти, неся перед собой кипу свёрнутых тряпок. Её глаза только-только начали пучиться на явившееся чучело с корзиной. Свинья – мысленно дёрнулся Дон, когда женщина рухнула ему под ноги. Фашист – окрестил он манипулятора, когда следом умерла вторая, завалившись на кровать, которую застилала. Третья мыла полы в глубине спальни. Она разогнулась, обернулась, охнула и повалилась на мокрый пол.
– Может, хватит? – просипел Дон, с трудом разлепив одеревеневшие губы.
Осталось без ответа. Он попытался дистанцироваться от происходящего – не вышло. В соседней спальне парень с девушкой передвигали тахту. Он умер первым. Девчонка тупо хлопала ресницами, пытаясь сообразить, что происходит. Как же так: человека не били, а он рухнул, как неживой? Так и проморгала дурёха момент, когда ещё могла закричать.
Дона потащили к троим статичным собеседникам. А блок защиты системы внезапно подключил его к Лэти. Манипулятор вдруг сел посреди холла и принялся жрать – и смех, и грех. Дебильней этого героического освобождения принцесс, ничего не придумать. Лохматый засранец в замызганной рубахе с одним рукавом сидит посреди замка тёмного властелина. И грязными руками отправляет в рот куски – с некоторых, между прочим, на пол капают всякие жирные соусы. Он тщательно пережёвывает пищу. Затем вытирает вымазанные губы оставшимся рукавом и прикладывается к бутыли. Это не театр абсурда – бред чистейшей воды.
Тем более что в голове у этого задрота идёт трансляция в режиме онлайн. Глазами Лэти он напряжённо следит за неким лощёным писаным красавцем лет восемнадцати-двадцати. На роже омерзительная ухмылка, руки медленно напоказ расстёгивают щегольской узковатый для воина пояс. Кретин так старается казаться зловещим князем тьмы, что вот-вот пёрнет с натуги. Впрочем, это весьма кстати. Будь он не мелким пакостным мерзавцем, а подлинным подонком, Лэти, может, испугалась бы всерьёз. Но малышка спокойна и мрачна, как ночь. Её коробит от этого клоуна, а гадину распаляет всё больше – Лэти с трудом держит её в узде. Даже пытается спасти недоноска от самой себя – добрая девочка.
– Остановись, и я тебе ничего не сделаю, – пока ещё шепчет она вялыми губами.
Тело тоже плохо слушается, да она и не торопится шевелиться.
– Может, начнёшь с меня? – хрипит справа Паксая.
Лэти оборачивается к ней. Сама уже сползла с широченной тахты на пол, а вот Лэйра с Паксаей ещё там. Сестрица явно пытается расшевелить сведённое немощью тело. Сильный страх за объект Лэти – констатирует её состояние «эрудит» – ярко выраженное желание спасти. Ещё бы! Будь Паксая в форме, уже бы приготовила ублюдку глазунью из его собственных яиц, мелко накрошив в неё набухшую колбасу. Дон представлял, в каком отчаянии пребывала сестрица. Но манипулятор не зафиксировал угрозы для девчонок: щуп одыбал достаточно для ведения полноценных боевых действий. В головке Лэти уже концентрируется смертельный заряд – ублюдок доживает последние секунды.
«Системник» ещё контролирует ситуацию – где-то на заднем плане – а манипулятор уже выключил кино с заигравшимся злодеем и героиней «с изюминкой». Он в последний раз вытер рот, снял с колен и отставил корзину. Сделал пару глотков и поднялся. Подошёл к массивной закрытой двери и распахнул ровно в тот момент, когда сверху, с третьего этажа принесло приглушённый дикий вой. Не умет щупы тихо работать – просто беда. Врываются в мозг и крушат его, создавая для жертвы максимальный дискомфорт. Будто нарочно стремятся причинить, как можно, больше страданий и боли. Стервы! С этим нужно что-то делать.
А в комнате, куда он шагнул, уже повскакали на ноги трое обещанных собеседников. Двое пожилых и один помоложе. Этот успел выхватить из ножен саблю: и то, и другое довольно круто украшены. Его «отморозок» прикончил сразу. Допросить – успел вякнуть Дон, прежде чем сдох следующий. И о чудо: манипулятор прислушался. Просто обездвижил обе туши: мужики так грохнулись, что Дон мысленно поморщился. Так-то приложишься – мало не покажется. А манипулятор окончательно выпустил на свободу свою биологическую систему – Дон даже встряхнулся, дабы убедиться. Повёл плечами, подпрыгнул, присел.
 
Он подошёл к новым знакомым и внимательно их рассмотрел. Один постарше: тучный, седой, с холодными глазами того самого упыря, до которого не дотягивал приконченный Лэти насильник. Одет шикарно. На нём не куртка, а натуральное пальто, расшитое серебром по тёмно-синему бархату. На шее широкое золотое ожерелье из финтифлюшек с завитками и камушками. Седые длинные волосы были отменно уложены, до того, как его опрокинули на пол. Целый герцог – не иначе. Хотя Дон не удивился бы, узнав, что это сам цээр цээрата Янатуш: высокомерие из всех дыр.
Второй тоже весь из себя. Коротко стриженые волосы тронуты сединой. Но в отличие от приятеля, он не тучен, а громаден. Дон и сам не коротышка, а этот амбал будет выше головы на полторы. Плечи шире кресла, в котором он сидел. Морда медвежья, мускулы под простой рубахой устрашающие. Лапы-грабли в мозолях от оружия. Натурально чудовище. Кто ж такой?
И тут его круто удивили. Нет, реально: давно его так не били по башке новостями. Ибо «эрудит» в своей гадской манере равнодушно оповестил: МБЕ – многофункциональная боевая единица. Боевое подразделение биомутантов.
– С вами не соскучишься, – вырвалось у Дона.
Растерявшись, он уселся в кресло и задумчиво поскрёб щетину на подбородке. Надо же: натуральный арм. А почему раньше не доложили – осведомился он у блока идентификации. Шёл процесс подбора кода доступа к воздействию – отрапортовал «эрудит». И что, подобрали – недоверчиво уточнил Дон. Даже так? Отлично. Тогда команда на взлом. Амбал и так был стопроцентно обездвижен – даже морда заморожена. Теперь же его гневно сверкающие глаза махом остекленели.
Что дальше – продолжил докапываться Дон. Запущен процесс подбора оперативных кодов управления – порадовал «эрудит». Долго ещё? Процедура выполнена на восемьдесят два процента, на восемьдесят четыре процента, на… Умолкни – попросил Дон и призадумался.
Было о чём. Тот факт, что арм оказался в этом доме, ему по барабану. Это проблема цээрата Янатуш и его соседей. В голову не придёт, будто в восточных королевствах не водятся ренегаты, продающие интересы родины. Люди везде люди. Однако на его горизонте нарисовался соблазн пополнить систему ещё одной боевой единицей. Причём, более адекватной, нежели девицы-щупы. Интересно, что об этом думают его мозги?
После краткого сухого обоснования блока защиты системы Дон отказался от этой идеи. Да, часть мозга, отвечающая за мутанта, подчиниться полностью и бесповоротно. А вот человеческая половина МБЕ люто ненавидит МСДАП, которого мигом опознала. И попытается уничтожить. Не станешь же таскать за собой вечно зомбированного арма. Тем более, если собираешься навестить дедушку, прописавшегося в Империи. Там появление арма-зомби спровоцирует тотальную охоту на его кукловода.
– Что ж, раз нельзя, значит, не стоит, – философски подвёл итог коллегиальных размышлений Дон. – Думаю, не стоит даже вступать с ним в переговоры. Приказ на уничтожение, – намеренно приказал он вслух, мысленно отменяя повеление. – Да, и разморозить этого, – ткнул он пальцем в седого, изобразив на лице ухмылку киношного злодея. – Я так предвкушал эту встречу, что терпеть невмоготу.
Толстяк в бархате почувствовал, как его отпустило, перевернулся на бок и вытаращился на арма. Вообще-то движение такой грудной клетки невозможно не заметить – даже в замедленном темпе. Это, если не пялиться исключительно на его квадратную грозную рожу с вытаращенными мёртвыми окулярами.
– Эспе-Нуас! – хрипло воззвал к арму толстяк, не веря собственным глазам.
– Бесполезно, – вежливо пояснил Дон, закинув ногу на ногу. – Он уже мёртв. Сам не в восторге, но за всё приходится платить.