Измена. Я требую развод (СИ)
- Привет, Лиза! А где папа? – я оборачиваюсь, но нигде его не вижу, а ведь ребенка бы он не оставил, так что тут где-то подвох.
- А, да он за деревом прячется, хочет тебя напугать, - пожимает плечами Лиза, и Егор с извиняющимся выражением лица тут же выходит из-за большого дуба.
Ну да, с такими размерами только за крупным деревом спрячешься. Удивляюсь, что тут вообще такие есть. И этому ребячеству тоже удивляюсь, но приятно. Прямо как в школе!
- Привет, Эмма. Ну не за косички же тебя дергать, тем более ты их не носишь, - отшучивается Егор, а мне становится так тепло на душе, так весело. Он хотел бы подергать меня за косички? Прямо как в школе! Однако я повторяюсь.
- Эмма, а ты научишь меня печь яблочный пирог? Папа говорит, надо позвать тебя в гости, но не зовет, так что я зову! Нам сегодня будет скучно, делать нечего, а на пирог уже яблок купили.
Лиза тараторит без остановки, а Егор за ее спиной просто закрывает лицо рукой и, кажется, краснеет. О боже, я дожила до того дня, когда железного дровосека смутила маленькая девочка. Жизнь прожита не зря.
- Ну, раз папа не против и даже купил яблок, - я бросаю на Егора быстрый взгляд, и он всем своим видом дает понять, что очень за.
- Он не против, просто стесняется, - припечатывает Лиза и я смеюсь в ответ, смущая его еще больше.
– Тогда я приду к вам вечером, часов в шесть, - бросаю еще один взгляд на Егора, который опять закрывает лицо рукой, а второй демонстрирует палец вверх. – Пока, ребята!
Этим вечером я надеваю яркое платье и заплетаю косы.
. . .
Мы с Лизой выпекаем отличную шарлотку, она практически всё умудряется сделать сама, даже почистить яблоки специальным приспособлением. Хорошая растет девочка, способная. И очарования в ней столько, что на десяток детей бы хватило. Я всегда хотела детей, потом смирилась, что «не сейчас». Потом Марк сказал, что вообще не готов к детям.
И я часто ловила себя на мысли, как бы это было. Я бы пекла с дочерью печенье, мастерила с сыном поделки, мы бы все ходили гулять в парк, бегали за голубями, они засыпали бы меня миллионом вопросов, пачкали одежду, ели мороженое… И я ни разу не видела в этих мыслях Марка. Я всегда была одна, у меня был ребенок, или два, и нам было очень хорошо вместе.
И девочка в этих мыслях была очень похожа на Лизу. Хотя, может быть, это мозг сам так подогнал образ ребенка под нее, не знаю. Но сейчас я смотрю на нас со стороны и понимаю, что вот так примерно это и могло бы быть. Только тут с нами еще и Егор, тот кусочек паззла, которого в моих мыслях точно не было, и теперь картинка вдруг становится полной.
Небольшая, дружная семья. Папа, мама и дочь, которые хорошо проводят вечер в компании друг друга. Мечты, мечты…
- Лиза, детка, может, хватит уже? Это второй огромный кусок, - говорит Егор.
- Папочка, тебе тоже хватит, не жадничай, – непосредственно говорит девочка, и мы оба прыскаем со смеху.
- Думаю, папа переживает, чтобы у тебя не заболел живот, - объясняю я.
- Тогда я запью все это тёплым молоком! Бабушка Лида говорит, это самое лучше лекарство для животиков. Только я еще слишком маленькая, чтобы греть его самой, - и Лиза выразительно смотрит на отца.
Егор греет молоко для дочери, пока я наблюдаю за ними, доедая кусок шарлотки. Он очень хорошо смотрится на этой кухне с маленькой кастрюлькой, которая в его могучих руках смотрится почти игрушечной. Такой заботливый папа, греет молоко для дочки, помогает ей печь пирог…
Так, хватит залипать на мужчин, Эмма.
- Лизонька, а тебе не пора спать? Такой насыщенный выдался день, ты наверняка устала, - говорю я, потому что она уже украдкой потирает глаза.
- Я совсем не устала! Сейчас я пойду, надену новое платье и покажу тебе, оно очень красивое. Ты же хочешь посмотреть?
- Конечно. Новое платье – это очень интересно, - киваю я, а Лиза, допивая молоко со скоростью метеора, убегает в свою комнату.
- Спасибо, Эмма. И извини, что затащили тебя готовить, Лиза не оставляла меня в покое, - Егор тепло улыбается и пожимает плечами. Он стоит на другом конце кухни, но мне кажется, что даже оттуда я чувствую тепло.
- Все нормально, я люблю готовить. И детей люблю. А Лиза так вообще само очарование.
- У тебя есть дети? – спрашивает он.
- Нет. Будь у меня дети, они были бы со мной. Но, увы, я почти вольная птица, - выдыхаю я с ноткой горечи. Да, с детьми разводиться было бы сложнее, но я бы лучше прошла через семь кругов ада развода и опеки, только бы они у меня были.
- Почти?
- Я развожусь, кажется, я об этом говорила. Не думаю, что тебе это интересно, - пытаюсь я свернуть тему, но Егор не дает мне это сделать.
- Интересно, - говорит он быстро и отрывисто. – Ты долго была замужем?
- Восемь лет. А потом застала мужа с любовницей, сбежала куда глаза глядят… ну и вот, - я даже приподнимаю уголок губ, потому что «ну и вот» понятие глобальное, которое включает море, солнце, выпечку, Егора с Лизой, вот этот вечер в частности.
- Ну и вот, - улыбается железный дровосек в ответ. – Не жалеешь? Хотя, прости, наверное, это не моё дело.
- Да нет, всё нормально. Ты знаешь, я сначала очень страдала, думала, что жизнь закончилась. А потом стали всплывать интересные детали. И теперь я с нетерпением жду свободы.
Он кивает головой, показывая, что понимание меня. А я задаюсь вопросом, где же маленькая принцесса и её платье.
– Что-то Лизы не видно, надо, наверное, проверить?
Спустя минуту, мы находим ее мирно спящей на диване. Чего-то такого я и ожидала, все-таки выпечка плюс молоко вечером равняется хорошему сну, а где он вас застанет – не уточняется.
- Ну что ж, значит пойду и я домой. Спасибо за хороший вечер, Егор, - я улыбаюсь и только собираюсь направиться к двери, как лесоруб хватает меня за руку.
- Может, посидим еще немного, Эмма? Еще совсем рано, в доме есть не только шарлотка, да и за косички я тебя не подёргал, - он улыбается, произнося это, и всё звучит так заманчиво, что я соглашаюсь, всего пару секунд посомневавшись.
- Если только недолго, - киваю я, и мы перемещаемся обратно на кухню.
Когда я сажусь обратно за стол, на нем, помимо чайника с чаем, шарлотки, тарелки с закусками и фруктов, чудесным образом появляется и бутылочка белого сухого.
Магия, не иначе.
. . .
Хорошо, ладно, он мнеоченьнравится. О-о-очень. Не зря я краснею как школьница, заплетаю волосы в косы и радостно пеку каждый день. Не зря я часто думаю о нем, хочу сделать приятное его дочери и вот сейчас остаюсь на бокальчик белого, несмотря на усталость и позднее время.