Мой опасный ректор академии космодесанта (СИ)

Сбежав по лестнице, я остановилась и прижала ладони к пылающим щекам. Меня похвалили! Главнокомандующий! Ректор!
До меня наконец-то дошло… Чувствуя, как меня переполняет дурная радость, я бросилась к информационному стенду. Хвост мотылялся как безумный, рассказывая всем чёрным хвостам в округе, как он счастлив, и как ему хорошо.
 Глава 26. Зартон. Прелюдия 
Я старался дышать помедленнее. По двум причинам. Первая — это успокаивало. Вторая — меньше одуряющего запаха Лики, взмокшей от пси-нагрузки.
Ролис выскочила из моего кабинета, поджав гипнотически-пушистый хвост на соблазнительно виляющей заднице. Дверь захлопнулась.
Мы с Грилом синхронно опустили глаза на хвосты друг друга — они неподвижно обвивали голень, ничем не выдавая эмоций. Понимающе переглянулись. Ещё бы. Сколько лет дружим, пять из которых провели бок о бок в железной банке в жестоких космических переделках на границе.
Одновременно шагнули к окну, разглядывая информационный стенд. Вскоре к нему подлетела тонкая белобрысая курсантка с недопустимо-завораживающей кисточкой на белом коротком недо-хвосте.
— Хорошая девочка. Перспективная, — задумчиво произнес главнокомандующий.
— Ей нужно еще многое подтянуть, — не согласился я.
— Да. Я смотрел ее файл. Боевая подготовка у нее хромает и физические данные на самой границе допуска. С ней нужно заниматься индивидуально.
Грил отошел от окна, прошёлся по моему кабинету.
— Если не сможет подтянуть это к концу семестра, я могу ее забрать и перевести в Йелзанский филиал, — предложил он. — Там требования легче, а уровень инструкторов-псионов не менее высокий. К тому же я могу лично подтянуть по сложным дисциплинам.
Внутри меня поднималась волна едва контролируемого бешенства. Я-то видел, какую стойку на Ялику сделал хвост главнокомандующего. Да и к течению тренировочного боя у меня было очень много вопросов.
— Не нужно, — жестко ответил я Грилу. — Я займусь этим вопросом. Лично. Ролис сдаст все зачеты.
Грил цепко глянул на меня и ухмыльнулся.
— Ну раз лично… — протянул он. — Тогда я за нее спокоен. Ты многому можешь научить. Не сомневаюсь в успехе ваших занятий.
После ухода Грила меня колотило от ярости. Если быть честным, Йелзанский филиал подходил Ролис намного больше. К тому же Крейтон — крутой псионик, прокачка у него пошла бы ей на пользу.
Но при одной мысли, что эта вертихвостка распушит свою кисточку для кого-то другого, заставляла стискивать хвостом голень, чтобы не разнести кабинет в хлам.
Я сел за рабочий терминал. Сделал попытку погрузиться в работу. Добро от Грила я получил. Можно было планировать масштабный практический интенсив для всей академии с привлечением сил космофлота.
Идея великолепная. Курсанты прокачаются в реальных космических условиях. А я, в рамках задуманной провокации, подставлюсь под удар диверсанта. Он не сможет пройти мимо такой наживки. Заглотнет вместе с крючком. Тут-то в дело вступит флот и Грил.
Я сражался с собой полчаса, но всё же пришлось признать: работать не выйдет. Кабинет я проветрил, но здесь всё равно пахло этой чертовкой. Я встал, опасаясь разбить оборудование. Обвил хвостом голень, стиснул руки на груди.
Перед глазами стоял тренировочный бой Ялики с Грилом. Меня душило бешенство. Было от чего. Мою девочку чуть не трахнули в пси-режиме. Старина Крейтон разворачивал полноценную прелюдию, мне пришлось вмешаться за пределами объёма тренировки и чувствительно прижать Грилу хвост.
Крейтон не дурак, понял мой толстый намек и не стал ломиться дальше. Завершил тренировку достойно. Больше не полезет. Рихты — собственники. Я предельно ясно дал понять Грилу, что Ролис — моя самка. Только. Моя.
Причём, неосознанно. Неожиданно даже для самого себя. На чистых инстинктах. Я потёр лоб, признавая суровый факт: сделал ведь это уже второй раз.
Первый — с курсантом Крейгом Эвансом. Вот парень удивился предъявлению прав. Как не вбил тогда поганца в бетонное покрытие, до сих пор удивляло. И сейчас красная пелена застилала глаза, стоило лишь вспомнить беспомощно дрожащий белый хвостик, обвитый чужим отростком.
 
Мелкую паршивку хотелось оберегать. Здравый смысл и опыт требовал делать это самым эффективным способом: Ролис должна стать сильнее и быть способной защитить себя самостоятельно. Даже от меня.
Когда она сможет ударить меня — так, чтобы я не поддался — будем считать, что первая стадия пройдена.
Я раздражённо прошёлся по кабинету. Я уже признался себе, что работать не выйдет. Сейчас я знал совершенно точно. Работать не выйдет до тех пор, пока не спущу пар — руки так и чесались накрутить на кулак бесстыжий белый хвост.
Приняв решение, я внёс изменения в расписание Ролис, отправил ей вызов на тренировку через три часа, а сам пошёл в спортзал. Необходимо остыть, иначе я точно откручу ей хвост.
После нескольких изматывающих серий в тренажёрке я дополнительно нагрузил себя на полосе препятствий.
Забавно. Мысли о пси-тренировке Ролис с Грилом позволяли подняться на новый уровень. Только рекордные восемьдесят один пункт выбивать не получалось: от тихого бешенства терял концентрацию и результаты болтались в районе от шестидесяти до семидесяти двух.
После душа, спокойный и умеренно-злой, я направился в зал. Были у меня мысли. Как воспользоваться кое-каким оборудованием.
Ролис зашла настороженная, зажатая. Её хвостик испуганно и недоверчиво жался к ногам. Но после трёх серий из двадцати кругов по залу и продвинутого рукопашного комплекса моя курсантка стала ароматно-потной, восхитительно-злой и неотразимо-притягательной.
Белый хвост терялся, то ли срочно отрастить себе жало и заняться немедленным устранением меня, то ли обвиться вокруг моего хвоста, выпрашивая ласку.
Я опустил глаза на свой хвост: тот то и дело выпускал шипы и тянулся к белому недоразумению. Исключительно в воспитательных целях, как убеждал он меня. Лгун.
— Всё сделала? — спросил я Лику.
Она дерзко сдула прядь со лба и скосила глаза на дверь, закрытую ректоровским доступом. На всякий случай попятилась от меня.
Пряча усмешку, шагнул вперёд. Исключительно в целях позлить, расстегнул верхнюю пуговицу формы. Белый хвост заинтригованно вильнул и потянулся к моему, но я отозвал свой подальше, и приказал:
— За мной, Ролис. У меня для вас сегодня особая тренировка.
Коридоры приветливо зажигали огни. За мной слышались торопливо-перепуганные шаги курсантки. Мои губы кривила усмешка. Да. Я был намерен прокачать Ролис по-полной. Для ее же блага и моего спокойствия.
По пути я позволил себе небольшой инструктаж. Всё же в её тонком, чуть подрагивающем голосе было что-то чарующее, хотелось слушать.
— Вы уже отрабатывали координацию на платформе с фиксацией?
— Нет, — настороженно отозвалась Лика позади меня, торопясь приноровиться к моему широкому шагу.
— Допуск низкий?
— Да я вообще первый раз про такое слышу! — мелодично рыкнула она, но тут же поправилась: — я не знаю, что это, цан ректор.
— Значит, пока нет допуска, — скрывая улыбку, строго сказал я. — Интересно?
Лика торопливо бежала за мной. Ответила не сразу.
— А вы разве дадите допуск?..
Я шёл впереди. Поэтому можно было не скрывать ухмылку. Конечно дам. Ещё как.
— Если обещаешь отработать по-полной, и с подружками об этом не болтать.
Провокация сработала.
— Да нет у меня никаких подружек, — раздраженно буркнула курсантка.
Я знал, что нет. Но её злость увеличивала показатели, позволяла концентрироваться не на страхах, а на испытании. Нужно разозлить сильнее. До тренажёра пять минут. Ещё двадцать пять процентов и будет то, что нужно.
— Как твои сокурсники приняли твою хвостатость, Ролис? — нейтральным тоном осведомился я. — Уже все рихты тебя позажимали, или кто-то не успел?
— Я полукровка, — после долгой паузы зло пропыхтела она. — Не интересую.
Забавно. Сразу пятнадцать процентов. Нужно будет отдельно позаниматься в режиме Крихнейс-ноль. На провокации уж очень быстро ведётся. Но это потом. А пока…