Мой опасный ректор академии космодесанта (СИ)

Он что, не мог мне в академии всё объяснить?! Я вроде как вполне вменяема. Вот сейчас объяснил. Рассказал. Да я бы близко к этому крейсеру не подошла!
Нет! Надо было вот так. Исподтишка. Отвод. Без объяснений! Без всего!
Слабо соображая, что делаю, я подлетела к Зартону и со всего маху впечатала кулак в его стальное плечо. Отметив его приподнятую бровь и озадаченный взгляд, я тут же пожалела о сделанном: замахала рукой, чуть не приседая от боли — гад, вот ведь жёсткий!
Да и сама хороша! Хоть бы била в нормальное место, чтоб ему тоже стало больно, и кулак хоть бы сложила, как учили.
От обиды и злости замахнулась снова. Моё запястье остановилось рядом с прессом Зартона — просто не полетело дальше — его обвил мощный чёрный хвост.
Я подняла свирепый взгляд на рихта.
Одетый в армейские штаны и чёрную космийку с коротким рукавом, командор являл собой идеальную картину совершенного убийцы. Мощное рельефное тело. Сдавившие меня пси-поля…
Сверхсветовой рихт пришёл в движение. Открыл в стене проход ударом по панели. Швырнул меня внутрь пси-потоком.
Дверь захлопнулась. Темно. Пусто.
— Зартон! — рявкнула я, — а ты словами, до того, как давать отвод, не мог мне рассказать, что тут такая жопа?!
Я хотела поорать ещё, но горло сдавило. И не двинуться. Я бросила себя в пси-режим — меня опутывали экстра-линии. Ого, оказывается, и так можно?
Теперь, несмотря на темноту, в пси-диапазоне я видела неспешно приближающегося рихта. И даже не могла ничего сказать. Он подошёл. Деловито расстегнул мою форму, спустил брюки до колен, погладил край трусов, стянул и их.
Я потекла от неподвижности, невозможности сказать. От его неспешно-сдержанных движений.
А ещё… Его пси-линии что-то делали со мной. Я пыталась сопротивляться, но мои едва оформившиеся щупы жёстко оплетала его сила. Так же жёстко, как его рука наматывала сейчас мой хвост на широкое рихтово запястье.
Его вторжение в меня сзади оказалось тоже жёстким.
Жаль, что он перекрыл мне голос. Как сладко бы я щас заорала…
— Вы совершенно позабыли про устав, курсант Ролис, — невозмутимый голос ректора звучал задумчиво. — Недопустимое пренебрежение субординацией.
Говорил-то он спокойно… Но в том, как по-хозяйски он сдавил мой хвост и шею, как стискивали моё тело пси-потоки… Просачивалась обжигающая ярость.
Зажал пушистую кисточку зубами, закинул мои руки на свою шею. Подхватил меня под бёдра, поднял, раскрывая мои ноги широко. Размашисто ворвался в меня, придавливая клитор своим хвостом.
Пси-потоки рихта обвивали меня, порабощая полностью, обжигающими импульсами возбуждая меня до предела, и… не давая сорваться в оргазм.
— Субординация, Ролис, — прикусив мой ошарашенно-балдеющий хвостик, продолжал рассуждать ректор, входя и выходя на всю длину. — Вам всё время необходимо напоминать, что это. Кроме всего прочего, это ещё и подчинение приказам. Какой приказ вы получили?
Я растеклась спиной на широкой груди рихта, закинув руки назад на его шею, и балдела, как, пожалуй, ещё ни разу. То, что он делал пси-потоками… даже без разрядки, это был тотальный, непрекращающийся оргазм.
— Вы можете говорить, Ролис, — рыкнул Зартон. — Какой приказ я вам давал?
— Оставаться. В академии… — с громким стоном протянула я.
— Как по уставу следует ко мне обращаться?
— Как-нибудь! Я… я не могу больше! Я хочу…
— Полное отсутствие субординации! В вас, Ролис, ее еще нужно вбивать и вбивать, — зло рыкнул ректор, продолжая резко насаживать меня на свой каменный член.
— Согласна. Ах! Вбивайте. Еще...— простонала я, наконец-то улетая в глубокий космос.
Зартон низко зарычал, увеличивая во мне вибрацию, а затем неожиданно впился зубами в мое оголенное плечо. Я взвыла, но больше от накрывшей меня эйфории, чем от боли. Самка рихта во мне довольно заурчала. Самец ее пометил. Все правильно.
— В группе тоже будешь нарушать приказы? — он задал вопрос, лизнув укушенное плечо.
— Нет, — тихо ответила я.
Зартон замолчал. Он помог мне одеться, поправил нашу одежду. У самой двери рванул меня за локоть, вжал в себя и впился в губы жадным поцелуем. Пока я задыхалась от крышесносной смеси его ярости и нежности, он наклонился к моему уху и сказал:
 
— От старшей группы ни на шаг. Это самое тихое место, но с отличной пси-практикой. В любом другом месте будет хуже. Предупреждаю. Во время практики возможна крупная диверсия. Если это случится, полигон тебе покажется детской прогулкой. Шутки в сторону. Включай голову, Лика, и не подставляйся.
 Глава 32. Зартон. Учения 
Я догадывался, что я зверь. Но подумать не мог, чтобы настолько.
Учения ещё не развернулись во всю ширь, но командный состав и бывалые космо-десантники уже бросали на меня взгляды, в которых я читал осторожные сомнения в моей нормальности.
Основания у них явно были. Я сильно сдвинул грань допустимого от мирных учений к отражению вражеской атаки в масштабной войне на уничтожение.
Но я сохранял бесстрастное лицо и продолжал давить по нарастающей. Как и запланировал. Ведь сейчас я закладывал основу для достижения целого ряда весьма отдалённых целей, критически важных для безопасности наших границ.
Главнокомандующий звездной флотилии Крейтон Грил, как и я, получал все сводки в реальном времени. Я связывался с ним четверть часа назад. Он довольно усмехался и сдержанно меня хвалил. В конце сеанса связи Грил вообще заявил, что если бы в космо-академии не было диверсанта, его следовало бы придумать.
Ещё бы. Ведь сейчас из-за озверевшего командора-ректора интенсивно качались не только курсанты, которым крепко доставалось, но и ядро космической флотилии — лучшие из нас.
Я снова заглянул в план учений. Отметил, по каким веткам сценариев идут боевые группы. Зафиксировал выявленные сильные и слабые места, внося пометки на будущее.
Поймал себя на том, что лишний раз проверяю группу РК-5, в которую направил Лику. Всё ожидаемо штатно. Удар держат. Состав сильный. Моя девочка прокачается по-полной. После того, как она крайне небрежно — с психу, но всё же умудрилась меня стукнуть, за неё стало поспокойнее.
Я опять изучил свежайшие сводки с набирающих масштаб учений, мимоходом заглянул в списки курсантов в лазаретах. Удержал неподвижным взбрыкнувший хвост от злости на себя: ведь я уже смотрел их по служебной необходимости. Всё там было в пределах нормы.
Сейчас же я потратил дополнительные секунды, чтобы убедиться в отсутствии там обладательницы пушистого хвоста. Который точно следовало бы оторвать. Пожалел паршивку. Осознала ведь, что я был прав с этим отводом. Так-то она тоже была права... Мог в академии объяснить? Мог. Почему не стал? Да был уверен, что не пролезет. Научил на свою голову диверсантку.
Спасительная мысль про диверсанта наконец-то увела мысли в сторону от моей белоснежки, и я смог, наконец, полностью сосредоточиться на деле.
Крысёныш и те, кто за ним стоял, заглотили наживку. В системе уже вовсю хозяйничал вирус. Тот самый, что стал причиной инцидента на полигоне в академии, только ещё более навороченная его версия.
Он пока ничем не выдавал себя, но спецы министерства плотно контролировали его.
Всё шло штатно, как и было задумано. Самое время выходить на сцену мне.
Я ждал в рубке фрегата — манёвренного быстрого корабля, способного оперативно перемещаться по всему объёму космических учений. Через час я со своей боевой командой войду в модуль — планировался облёт одного из сложных секторов.
Вирус был уже в модуле: просочился во время подзарядки и планового прогона всех систем. Помощник главнокомандующего Грила во время сеанса связи имел из-за этого факта бледный вид, а сам Грил лыбился так, будто его флотилия захватила все обитаемые системы, истребила все до единого соседские корабли и теперь дружно могла отправиться в годовой отпуск.
Похоже, что мне на грудь упадёт ещё парочка наград — слишком много слабых мест флотилии выявила космо-практика моих курсантов.