Мой опасный ректор академии космодесанта (СИ)
Я подняла глаза. Ректор в полный рост стоял на столе, глядя на меня сверху вниз.
Глубокий космос, как он был прекрасен! Хищный хвост изогнулся, нацелив на меня шипы, штаны вот-вот порвутся в области паха, мышцы вздуты, глаза сверкают, на губах дьявольская улыбка.
Ректор прыгнул. Я перекатилась, уходя от удара хвоста. Издала боевой вопль — умудрилась уронить его подсечкой! Извернулась, откатилась, разрывая дистанцию.
Мы снова на ногах. Мой хвостик требовательно шевельнулся в штанине.
Глаза ректора сузились.
Вот же быстрый, зверюга! Молниеносный рывок. Я заметила лишь смазанное движение — его сильная рука сжала мой подбородок, вторая резко сдавила оба моих запястья за спиной, чёрный хвост мгновенно зафиксировал ноги.
Его губы так близко к моим губам… Жаркое дыхание и… запах лютого желания…
Я дёрнулась, предчувствуя неладное: хвост ректора отпустил мои ноги, погладил острым кончиком икры, скользнул волнообразным движением под коленями, по задней поверхности бёдер… небрежно провел по ягодицам, надавил между ними, двигаясь выше и прорвал плотную ткань у самого основания хвоста.
— Не двигайся, — приказал он, глядя мне в глаза.
Я замерла, чувствуя, как хвост ректора проникает в образовавшуюся дыру, оплетает мой хвост и бережно извлекает его наружу.
— У тебя есть хвост, — сказал он.
— Да, — только и смогла выдохнуть я. Против своего желания, я опять начала возбуждаться. Он так близко, прижимает к своему каменному телу. И я тоже чувствую его немаленький интерес. Очень не маленький и очень твердый.
Встряхнула головой и сосредоточилась на его словах.
— Ты игнорируешь его. Это недопустимо в схватке.
Хвост ректора легонько шлёпнул ошалевшую от радости и прильнувшую к нему конечность по кисточке.
— Соберись, — нахмурился он.
— Так точно, — прошептала я, опуская глаза на его губы, ведь на них появилась крышесносная усмешка.
Хвост ректора тем временем растянул мой мягкий непослушный хвостик в странное положение вдоль правой ноги, почти прижав его к штанине, но придав изгиб у подколенной ямки.
— Вот так держи, — велел ректор сурово. — И снова бей.
Он отпустил и отошёл на шаг. Я запомнила положение хвоста, встала в боевую стойку… покачалась, оценивая изменения. А ведь неплохо!
Тело ощутилось иначе. Более послушным и сбалансированным, да и центр тяжести внезапно порадовал. Ректор довольно кивнул, и я перешла в атаку.
Он гонял меня по кабинету следующие пятнадцать минут, уклоняясь, бросая, зажимая, роняя, катая по полу, вдавливая спиной и животом в стены, в общем, издеваясь и лапая, как ему хотелось. Ни на секунду при этом не ослаблял контроль моего хвоста, то скручивая, то обидно шлёпая, то сжимая в кулаке, то наступая на него ногой.
Удовлетворившись результатом, он потребовал провести ту самую серию, что у меня не получалась, и я должна была сдать послезавтра… К своему изумлению, я выполнила её почти идеально. А потом без ошибок воспроизвела ещё два десятка раз по его приказу.
Весь урок занял всего полчаса, даже идеальный порядок в кабинете сохранился. Когда я убрала волосы в уставной хвост и поправила форму, ректор указал мне на дверь.
— Возвращайтесь к учёбе, — дал он мне указание напоследок, — помните, вы всё время под угрозой отчисления, курсант Ролис. А теперь ещё и под угрозой нападения, как свидетель. Дисциплину не нарушать. Для вас вводится комендантский час. Все передвижения по академии строго в рамках расписания. Я должен ежесекундно знать, где вы.
Я покорно поджала хвост, снова надёжно закреплённый внутри штанины — благо китель достаточно длинный, чтобы прикрыть дыру на крестце. Учитывая, что у ректора полный доступ ко всем камерам на территории, причём в любое время и в любом месте — с гало-проектора в коммуникаторе, замаскированном под старомодные наручные часы — он и в самом деле будет ежесекундно знать, где я и что делаю.
Черный хвост резко щелкнул по полу. Я вытянулась в струнку:
— Так точно, цан ректор!
— Свободны, курсант Ролис.
Я по-уставному развернулась и пулей вылетела из кабинета.
Не знаю, как я пронеслась по коридорам и выскочила из здания, оказавшись у фонтана перед входом в общежитие. Не заметила. Опомнилась, только врезавшись во что-то жёсткое. Меня схватили чьи-то сильные руки, и прежде чем успела сообразить, что происходит, меня стиснули в объятиях и закружили.
— Ага! Попалась!
Крейг! Чтоб тебя.
— Кто тебе разрешил меня лапать? — прошипела я.
Взбудораженный хвост нервно дернулся в штанине. Избалованный вниманием такого образцового самца, как ректор Зартон, остальных представителей мужского пола он воспринимал теперь настороженно. И я тоже.
Остатки неукротимой похоти еще слабо колыхались в моих мыслях, но в целом, разум оставался ясным. Я была сыта. Даже пресыщена на данный момент.
Эх, мерзавец-ректор… Как же хорош!
В общем, Крейгу досталось. Похоже, он не понял, что именно произошло, но после прокачки у ректора я была по-хорошему зла. И теперь сумела его удивить.
Он охнул, отпустил меня, но лицо сохранил — отступил и окинул меня новым взглядом.
— Ялика Ролис… — растягивая губы в плотоядной улыбке, протянул он. — А ну-ка сделай так ещё.
Я встала в боевую стойку, но продемонстрировать новообретённые навыки не успела. Мы замерли от сигнала тревоги и пронзительного металлического голоса:
— Внимание! Это не учебная тревога! К вам обращается И8147-13 автоматической системы оповещения. Код опасности: белый. Потоки обучения: первый, второй, персонал категорий с первой по восьмую, должны проследовать в убежище.
Похолодев, я вытаращилась на Крейга, по-достоинству оценив его решительный вид, несмотря на бледность. Белый цвет опасности означал тотальную атаку неизвестных инопланетных форм жизни.
Металлический голос тем временем продолжал надрываться:
— Это не учения! Повторяю, это не учения! Потоки обучения с третьего по седьмой, административный и инструкторский состав, персонал категорий с восьмой по двадцатую, проследуйте на ближайшую точку сбора согласно протоколу О43. Код опасности: белый. Повторяю! Внимание! Это не учебная тревога!
Глава 7. Тревога
Возле нашей точки сбора уже толпился народ. Первичная информация о наших задачах уже была: в составе слаженной группы нас направляли на учебный полигон, кстати, тот самый, где я утром провалила зачёт — что-то там важное от внеземных тварей охранять.
Я выхватила взглядом однокурсников.
Вон собранный и серьезный Занг — тоже рихт. Эти звери вообще собрались отдельной группой, как главная ударная сила, и что-то обсуждали, контролируя глазами выдачу снаряжения и оружия остальным курсантам. И это были не только парни. Среди них еще и две девушки-рихта — предмет моей тайной зависти и скрытого раздражения.
Никогда мне не стать похожей на этих высоких хищных красавиц с черными волосами, гибкими хвостами и поджарыми тренированными телами. Они могли себе позволить выполнять все нормативы наравне с парнями. А я всегда плелась в конце рейтинга.
С ними рядом возвышался высокий незнакомый мне рихт, явно со старших курсов. Он бросал острые оценивающие взгляды в толпу и чуть заметно морщился.
Я отвела тоскливые взгляды от рихтов, в этот момент особенно остро ощущая свою неполноценность. Полукровность. Мысленно вздохнула и посмотрела на других членов группы.
Малышка Оми — наш медтехник, с бледным, решительным лицом закусила губу до крови. Она ковырялась в своем ранце и сверяла наличие препаратов со списком.
Коротышка Тарс, как всегда притащил еще целый кофр аппаратуры. Он был техником в нашей связке и обычно отвечал за связь.
Близнецы Онг и Енг спорили чуть в стороне. Им выдали один поглотитель на двоих. Мощная штука, но заряда хватает всего на десяток выстрелов. Зато какой эффект!
— Ролис, не спи, — толкнул меня в спину Крейг.
Я торопливо подскочила к стойке, приложила свой жетон и выхватила из приемного лотка стандартный боекомплект и полевой ранец, а затем и подсумок с запасными боеприпасами.