Пройдя сквозь времена (СИ)

Это заявление вызвало одобрительный гул.
– Не надо так радоваться. Алкоголь нужен для того, чтобы инструменты были стерильными. Кстати, насчёт инструментов, Ричард! ― Женька серьёзно посмотрела на кузнеца. ― Когда будет готово то, что я заказал?
Мужчина довольно улыбнулся.
– Всё давно готово, мой господин.
– Хорошо. Тогда эти скальпеля нужно будет вымыть, прокалить на огне и положить в чашку с виски. У нас же есть в погребе виски?
Маргарет кивнула.
– Теперь опять вернёмся к Матильде. Я дам тебе двух помощниц, Долли и Инесс. Постарайтесь приготовить как можно больше сонного отвара. А вы, девушки, ― Женя обвела взглядом стайку молодых особ, ― нарежьте чистой ткани столько, сколько сможете, и скатайте её в рулоны. Теперь по поводу питания, Бриль! ― повар встрепенулся. ― Негоже подавать раненым бульон или жидкую овсянку. Бросай в котел с мясом овощи и травы, а потом дави все ступкой до жидкого состояния. Пища должна быть калорийной.
Бриль, единственный из слуг, умевший писать, тут же черкнул отточенным угольком новое слово.
– А как насчёт наших детей, милорд? Вы же обещали, что научите их читать и писать.
– Я помню. Мы обязательно откроем школу, где смогут учиться не только дети, но и все желающие. Но это будет не раньше, чем наш лорд вернётся в замок.
День пролетел незаметно. На закате Женька просто упала на свой тюфяк и закрыла глаза. Она провертелась всю ночь, то проваливаясь в беспокойный сон, то снова попадая в реальность. Девушка чувствовала опасность, смертельную опасность, которая сжимала сердце в тиски, и заставляла кровь холодеть в жилах.
К утру в её голове созрел план. Закутавшись в короткий плащ, Женька пробралась на конюшню и оседлала Лилу. Она была уверена, что стройная лошадка питает нежные чувства к огромному Дункану, который совсем не замечал робких влюблённых взглядов, прямо, как и его хозяин.
– Милая! Мы отправимся сейчас же и отыщем своих неотёсанных мужчин. Но ты мне должна помочь. Если ты найдёшь Дункана, то я найду лорда.
Жене показалось, что Лилу улыбнулась умными глазами.
– Тогда вперёд, моя красавица! И пусть ничто не остановит нас!
Но, остановиться пришлось очень скоро. Первым препятствием оказались запертые ворота и два стражника.
– Лорд не велел никого выпускать из замка. ― Сказал первый.
– И особенно Вас, мой господин. ― Смутился второй.
Женька поправила любимый берет и приосанилась.
– Но у меня срочное послание лорду. Только что получил по голубиной почте.
Стражники переглянулись: в замке не держали голубей. Но, если парень не шутит, возможно, депеша могла помочь их лорду решить исход сражения.
– Минуту. Мы спросим у командира. Если это действительно так срочно, думаю, он выделит для Вас сопровождение.
Женька не сдавалась.
– Какое на хрен сопровождение! В замке итак одни старики, да дети. Случись что, кто будет его защищать?
– Откройте ворота!
Девушка повернулась и увидела Святого Отца, гордо восседавшего на пегой кобыле.
– Вам сказано, что дело не терпит отлагательств. Кроме того, я сам буду сопровождать молодого господина.
Стражник дал команду солдатам. Наконец, ворота открылись, тяжёлая решётка поползла вверх, а мост начал медленно опускаться.
  
Глава 16
 
Граф Монтомери был приятно удивлён. Только утром он прибыл в Лондон, а уже в обед Эдуард призвал его к себе. Лео знал, что многие придворные месяцами дожидались аудиенции короля, а тут такая удача! Значит, он был нужен Его Величеству позарез.
– Лео! Друг мой! ― король распахнул свои объятия. ― Я знал, что ты немедля поспешишь на мой зов.
Граф почтенно склонился.
– Встань, какие могут быть церемонии!
– Я действительно отправился в дорогу сразу, как только получил письмо от Вас, мой государь! Могу ли я узнать причину такой поспешности?
Эдуард подошёл к рыцарю и положил руку на его широкое плечо.
– Я знаю о твоей утрате и скорблю вместе с тобой. Потерять ребёнка ― самое страшное испытание для любого отца. И особенно, если этот ребёнок единственный. Я тоже познал это горе, правда некоторые мои дети уходили к Ангелам ещё в младенчестве… это больно, очень больно.
 
Король направился к окну.
– Но, я не только отец своим детям, я ещё и правитель. У меня есть народ и определённые политические интересы. Теперь, когда свадьба твоей дочери с братом моего приграничного лорда невозможна, мы должны решить, как поступить в такой ситуации.
– Я внимательно слушаю Вас, Ваше Величество!
– Для тебя не секрет, мой друг, что под знамёна мятежного Уоллеса встаёт не только нищий сброд. Многие шотландские лэрды тайно или явно присоединились к негодяю. Я не могу ввести в Шотландию войска, пока не могу. И не могу собирать их у границы. А вот Уоллес может двинуться на Англию в любой момент. Поэтому, я хочу быть уверенным, что в случае нужды, ты поддержишь Ройса.
Граф кивнул.
– Неделю назад я заверил его в этом лично.
– Твоё горе велико. Но не стоит уединяться в замке и заливать его вином. Думаю, в твоей ситуации война сможет стать исцелением.
Монтгомери кивнул.
– Воистину, так.
– Только обещай, что не будешь специально подставлять свою седую гриву под шотландские палаши.
Это замечание вызвало на лице графа слабую улыбку.
– Обещаю!
– Тогда у меня просьба. Посети сегодня королеву, она ждёт тебя. Она столько слышала о твоей Элизабет, фрейлине моей незабвенной Элеоноры, что мечтала увидеть Дженни своей фрейлиной.
Граф поклонился и покинул покои короля.
Королева Маргарита сидела в солярии со своими фрейлинами и вышивала. Известие о глупой смерти Дженни, дочери любимицы её предшественницы Элеоноры Кастильской, сильно расстроило Её Величество. Стежки путались, нитки скручивались, а пяльцы выпадали из рук. Маргарита слышала столько удивительных историй о жене графа Монтгомери, красавице с серебряными волосами, умевшей исцелять одним прикосновением рук, что, во что бы то ни стало, решила заполучить её дочь. Возможно, девушка унаследовала от матери хоть малую толику талантов. А ещё ходили слухи, что во дворце с Элизабет жил огромный белый волк. Маргарита вздохнула. Да, жизнь прежней королевы казалась такой интересной и захватывающей, не то, что её. Она устала коротать свои дни за рукоделием и слушать глупую болтовню придворных дам.
– Граф Монтгомери! ― фрейлина вытянулась у дверей, как хорошо вымуштрованный гвардеец.
Маргарита отложила пяльцы и поднялась навстречу рыцарю.
– Лео! Мой милый Лео! Я так расстроена этим известием! ― на глазах доброй женщины навернулись слёзы. ― Сядь с нами, мой друг, и расскажи, какой была малышка-Дженнифер!
Граф сел на скамью рядом с королевой. Что он мог сказать?
– Моя дочь была прекрасной! Она так походила на Элизабет, только глаза у неё были мои, карие. Девочка получила замечательное образование и вполне могла претендовать на хорошее место при дворе.
Леонард снял с груди медальон и протянул его королеве.
– Этот портрет я заказал за несколько дней до смерти дочери.
Королева несколько минут рассматривала миниатюру, а потом передала её своим фрейлинам.
– Ты прав, мой рыцарь! Это дитя сказочно прекрасно.
Девушки рассматривали портрет и сочувственно вздыхали. И только одна дама сидела молча, плотно сжав губы. Она верила, что настанет час для мести. И этот час настал.
Леонард уже возвращался в отведённые ему покои, когда услышал за спиной быстрые шаги.
– Граф! Постойте!
Монтгомери остановился и увидел баронессу Бриджит. Ему совсем не нравилась эта женщина, которая успела доставить кучу неприятностей многим знатным рыцарям. Что ей теперь понадобилось от него?
 
– Что Вам угодно, моя госпожа? ― голос графа был сух и холоден.
– Я догнала Вас совершенно не для того, чтобы выразить свои соболезнования.