Каирская трилогия (ЛП)
— Подлинные кварталы Каира. Прекрасные места! А что ты скажешь на то, что я сам прожил там целую вечность со своим покойным отцом в Биргаване? Я был единственным ребёнком и самым настоящим бесёнком. Я часто собирал вместе мальчишек в кучу и мы ходили из квартала в квартал, не оставляя и камня на камне за собой, и горе тому, кто оказывался у нас на пути. Отец мой вне себя от гнева гонялся за мной с палкой… Так ты сказал, дитя моё, что твой дед — Мухаммад Иффат?
Ридван гордо ответил:
— Да, господин.
Паша немного подумал и сказал:
— Помню, что однажды видел его в доме одного депутата в Гамалийе. Знатный человек и искренний патриот. Он выдвинул было свою кандидатуру на предстоящих выборах, если бы в последний момент его не заменили на его друга-бывшего депутата. Недавняя коалиция потребовала честности на выборах, так что наши братья-либеральные конституционалисты получили себе несколько мест в парламенте. Так значит, ты однокурсник Хилми на юридическом факультете?! Прекрасно. Закон — господин любых других дисциплин. Для его изучения требуется блестящий ум. А для будущего тебе просто нужно потрудиться!
В его последней фразе прозвучали нотки, внушающие надежду и даже какое-то обещание, отчего в честолюбивое сердце Ридвана проник энтузиазм. Он сказал:
— За всю свою учёбу мы ни разу не провалились на экзамене!
— Браво! Это и есть основа основ. После этого будет должность и в прокуратуре, и в суде, и всегда найдётся кто-то, кто раскроет перед трудолюбивыми и усердными молодыми людьми запертые двери. Жизнь судьи великолепна. Её опорой является бодрый ум и живая совесть. По милости Аллаха я был одним из честных судей, но оставил судейский пост ради политической карьеры. Патриотизм иногда требует от нас бросить любимую работу. Однако и сегодня вы можете найти тех, кто приводит нас в пример справедливости и беспристрастности. Дай себе установку быть прилежным и беспристрастным, и после этого ты волен делать всё, что хочешь в своей личной жизни. Выполни свой долг и делай что хочешь. Но если ты не в состоянии выполнить свой долг, люди будут видеть в тебе только твои недостатки. Разве вы не видели, что многим любопытным так нравится говорить: «У такого-то министра такой-то недостаток, а у такого-то поэта такая-то болезнь»? Отлично. Но не все министры и поэты являются пострадавшими и жертвами. Стань сначала министром или поэтом, а потом делай, что тебе вздумается. Не упусти этот урок, профессор Ридван…
Хилми лукаво сказал, цитируя строки из стихов Аль-Мутанабби:
— Благороден тот муж, чьи недостатки легко подсчитать. Не так ли, Ваше Превосходительство?
Паша склонил голову к правому плечу и ответил:
— Конечно. Пресвят Тот, Кто вобрал в Себя всё совершенство. Человек же очень слаб, Ридван. Но он должен быть сильным в остальных сторонах жизни. Понимаешь?.. Если хочешь, я расскажу тебе о великих людях государства, и ты не найдёшь ни одного из них, у кого не было бы недостатков. Нам ещё предстоит долгая беседа на эту тему и усвоим уроки, чтобы наша жизнь была наполнена совершенством и счастьем…
Хилми посмотрел на Ридвана и сказал:
— Разве я не говорил тебе, что Его Превосходительство — это настоящее нетленное сокровище?
Абдуррахим-паша Иса, обращаясь к Ридвану, который почти не сводил с него глаз, сказал:
— Я люблю науку, люблю жизнь и люблю людей. Мне нравится подавать руку помощи молодым людям, пока они не станут взрослыми. Что в этом мире лучше любви? Если перед нами встаёт правовая проблема, мы должны её решить вместе. А если мы должны думать о будущем, то будем делать это вместе. Если мы стремимся к отдыху, мы должны отдыхать вместе. Никогда я не встречал такого мудрого человека, как Хасан-бек Имад. Сегодня он один из немногих избранных членов дипкорпуса, хотя и мой политический враг. Если он сосредоточится на чём-то, то занимается этим основательно. Если он в восторге от музыки, то танцует обнажённым. Этот мир восхитителен, но при условии, что и ты достаточно мудр и… обладаешь широкими познаниями! Ты не обладаешь широким кругозором, а, Ридван?
Хилми Иззат тут же ответил вместо друга:
— Если даже и нет, то мы подготовим его к расширению кругозора!..
Лицо паши осветила детская улыбка, говорившая о его ненасытной страсти к удовольствиям. Он сказал:
— Этот мальчишка настоящий бесёнок, Ридван. Но что же я могу поделать?.. Он же твой друг детства, о везунчик! Не я первым сказал, что рыбак рыбака видит издалека. Ты тоже, должно быть, бесёнок. Расскажи-ка мне, Ридван, кто ты такой? А? Ты дал мне возможность говорить совершенно неосознанно, пока сам молчишь, словно сметливый политик. А?.. Говори, Ридван, что ты любишь и что ненавидишь?
В этот момент вошёл слуга, принёсший поднос с кофе. Он был таким же безбородым, как швейцар и шофёр. Они выпили по стакану воды, смешанной с цветочной эссенцией. Паша вновь заговорил:
— Вода с цветочной эссенцией — напиток жителей квартала Хусейна. Не так ли?
Ридван улыбнулся и пробормотал:
— Да, господин.
Паша, в восторге кивнув головой, сказал:
— Протяните руку помощи, о люди Хусейна!
Они все рассмеялись, даже слуга, и тот улыбнулся, покидая фойе. Паша же снова спросил:
— А что ты любишь?.. И что ненавидишь?.. Можешь говорить откровенно, Ридван. Позволь мне облегчить тебе ответ. Тебя интересует политика?
Хилми Иззат ответил и в этот раз:
— Мы оба состоим в студенческом комитете.
— Этот первая причина нашего сближения. Так же, как и литература?
Хилми Иззат опять сказал:
— Он сходит с ума по Шауки, Хафизу и Аль-Манфалути…
Паша закричал на него:
— Да замолчи уже. Братец мой, я желаю слышать твой голос…
Они снова засмеялись, и Ридван ответил с улыбкой:
— Я просто умираю по Шауки, Хафизу и Аль-Манфалути…
Паша с удивлением заметил:
— «Умираю по…» ну и выражение! Его можно услышать только в Гамалийе. Название квартала происходит от красоты [77], так, Ридван? Значит, ты почитатель таких стихов, как «Золотое серебро» или «В ночи, когда всё стихло…», и «Кто бы ни был», «Устранив одно, он остановится на другом»?… О Боже… боже… Это ещё одна причина нашего сближения, о Гамалийя. А ты любишь вокал?
— Он большой поклонник…
— Да замолчи ты.
Они снова засмеялись, и Ридван сказал:
— Умм Кульсум.
— Прекрасно. Я, возможно, почитатель прежнего вокала. Но любой вокал прекрасен в целом. Мне нравится и глубокий, и легкомысленный стиль, как сказал Аль-Маарри, и я умираю по нему, как сказал ты. Прекрасно. Сегодня восхитительный вечер.
Тут зазвонил телефон, и паша подошёл к нему. Приложив трубку к уху, сказал: «Алло!..»
— Здравствуйте… Здравствуйте, Ваше Превосходительство паша.
— ……
— Я откровенно высказал своё мнение лидеру, и оно такое же, как у других членов «Вафда»: Махира и Ан-Нукраши.
— ……
— Сожалею, паша. Я не могу. Я не забыл, что король Фуад когда-то возражал против моего выдвижения. И король Фуад последний, кто смеет говорить о нравственности. В любом случае, я с вами увижусь завтра в клубе. До свидания, паша…
Он вернулся нахмуренный, но как только увидел лицо Ридвана, к нему вновь вернулась радость, и он продолжал:
— Да, господин Ридван. Мы с тобой познакомились, и это знакомство было замечательным. Я советую тебе быть усердным и не отказываться от своего долга и идеалов. Потом мы поговорим о музыке и довольстве…
Но тут Ридван взглянул на свои часы, и на лице паши промелькнула тень беспокойства. Он сказал:
— Только не это! Часы это враг дружеских собраний.
Ридван с некоторым смущением пробормотал:
— Но мы уже опаздываем, Ваше Превосходительство.
— Поздно!.. Ты имеешь в виду, что поздно для меня, намекаешь на мой возраст?!! Ошибаешься, сынок. Я по-прежнему люблю проводить ночи в беседах о красоте, с пением до часу ночи. Ночь ещё и не начиналась. Мы скажем лишь «Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного», и не возражай. Моя машина в вашем распоряжении до самого утра. До меня дошли слухи, что ты проводишь иногда ночи вне дома за учебниками. Так давайте заниматься вместе. Почему бы нет?.. До чего мне будет приятно вернуться и вновь вспомнить основы законодательства или что-то из шариата. Кстати, кто преподаёт у вас шариат?.. Шейх Ибрахим Надим? Да подарит ему Аллах приятный вечер. Он великий человек. Не удивляйся. Однажды мы увековечим в истории всех великих людей нашего века. Ты должен всё это понимать. Да будет наша ночь ночью любви и дружбы. Хилми, ну-ка скажи мне, какой самый подходящий напиток для подобной ночи?