Новая жизнь (ЛП)

— Вы вместе?
— Боже, Тэрин. — Мэнди подняла голову. Ее лицо было красным. — Ты сразу к делу, да?
Я пожала плечами и прислонилась к стене.
— У меня есть и другие вопросы. Веришь или нет, но я еще сдерживаюсь.
— О. — Мэнди снова опустила взгляд на колени. — Да. Наверное, вместе. Не знаю. Я бросила Дэвона.
— Ага. — Я закатила глаза, но она не могла это увидеть. — Мне казалось, что заодно ты покончила с Эмбер и Дженникой. Нет?
— Да, но вчера они пришли, чтобы поздравить меня с возвращением и узнать, как у меня дела. — Мэнди снова подняла взгляд. — И извиниться.
— Меня не волнуют твои друзья или парень. Я просто хочу, чтобы тебя окружали хорошие люди. И все.
— Я знаю и стараюсь, чтобы все так и было. Дэвон каждый день пишет мне и звонит. Я не разрешила ему вернуться.
— Хорошо.
Когда она это услышала, на ее лице появилась маленькая улыбка. Затем она вновь опустила голову и засунула руки под бедра. Ее нога начала выстукивать по полу.
— Что касается Эмбер и Дженники, то я люблю своих друзей. В смысле я тоже совершала плохие поступки. Кто я такая, чтобы не давать им второй шанс?
 — Ты никому не причиняла вреда.
— Я вредила самой себе.
— Да, и, насколько я могу судить, эта парочка только и делала, что обижала тебя.
Ее нога замерла. Мэнди подняла глаза. В них дрожали, готовясь пролиться, слезы. Одна слезинка ускользнула, и она смахнула ее.
— Мне необходимо попробовать, Тэрин. Я не такая сильная, как ты.
— Что ты имеешь в виду?
— Тебе никто не нужен. А я без семьи и друзей не могу. Я должна научиться прощать и надеяться, что рядом со мной всегда кто-нибудь будет. — Она покачала головой. — Я не такая как ты.
— Мне тоже нужны близкие люди.
— Нет, не нужны. Ты ни разу не говорила со мной о Брайане. Если бы тебе был кто-то нужен, то в первую очередь ты, как мне кажется, пришла бы к сестре. — По ее щеке покатилась еще одна слезинка. — Ты ни словном не поделилась. Мне пришлось выяснять все у Остина. Ты не рассказывала мне ни о своих родителях, ни о твоем удочерении. Другие тоже молчали. Остин только сказал, что все дерьмово. Я надеялась, что ты придешь на семейную терапию, но нет.
От Мэнди скрывали правду, и я была одной из тех, кто это делал.
— Мэнди, прости. Я не скрывала от тебя это специально, я просто… не знаю, о чем я думала. В последнее время я была не в себе. — Мне хотелось задать ей один вопрос, но я не была уверена, что наступило подходящее время. Имела ли я вообще право спрашивать об этом сейчас? — Почему вчера ты не приехала ко мне?
— Я собиралась, но мама сказала, что не стоит. Она видела тебя в школе, и ваша встреча прошла не лучшим образом. Я все равно решила поехать к тебе, но появились Эмбер и Дженника. Они уехали поздно, и… — Она нерешительно замолчала. — И я не знала, захочешь ли ты меня видеть. Остин велел мне поехать и обозвал трусихой. — Мэнди закатила глаза, ее улыбка исчезла. — Но в отличие от меня, он тебя не боится.
— Ты боишься меня?
— Мне кажется, будто я разочаровала тебя. — Она закрыла глаза. — Черт, я так долго держала это в себе. — Мэнди горько рассмеялась. — Почему я не чувствую, что разочаровала родителей, но чувствую, что разочаровала тебя?
— Не знаю. — С тех пор, как мы ушли со двора, меня не покидало напряжение, но после ее признания оно немного ослабло. Словно груз на душе стал меньше. — Давай не будем это анализировать? Прямо сейчас мне не справиться с еще большим количеством чувств.
Мэнди улыбнулась, заправив прядь волос за ухо.
— Которых слишком много после гибели Брайана?
Я кивнула. Мне не хотелось о нем говорить. Ни о нем, ни о Джейсе. Я покачала головой.
— Я ничего от тебя не скрываю. Просто чертовски больно даже думать об этом, не то что говорить.
Мэнди сдвинула брови и сжала губы.
— Ты жила все это время у Трэя?
— С тех пор, как отвезла тебя в клинику. Оставаться дома было неправильно, ведь я пошла наперекор твоим родителям.
— Ты была права. Они не отвезли бы меня в рехаб. А если и отвезли бы, то в какое-нибудь дорогущее место, где на меня бы никто не давил. Папа сказал бы им относиться ко мне, как к принцессе. Та клиника, в которую меня отвезла ты...
 
— Она хорошая, — закончила я за нее. — Я возила туда Брайана. Ему было необходимо место, где не сюсюкают с пациентами.
— Да, — засмеялась Мэнди. — Там не сюсюкают, и именно это и было мне нужно. И еще я думаю, что устала всем лгать. Спасибо, Тэрин.
Я онемела.
В глазах Мэнди стояли слезы, но когда она улыбнулась мне, я поняла, что это не слезы обиды.
— Спасибо, — вновь произнесла она.
Я кивнула.
— Хорошо. — Мой голос охрип, и это было единственным, что я смогла вымолвить.
— Ты ходила на похороны?
Я покачала головой. Грудь сдавило.
— Нет. Насколько я знаю, это была закрытая церемония. Меня не позвали.
— Это жестоко.
— Ну а чего ты ожидала? Джейс, можно сказать, сам и убил его. Конечно, он не пустил меня. Я бы пришла с требованиями и вопросами.
А также с пистолетом или ножом.
— Что ты имеешь в виду?
— Что?
— Ты винишь в смерти Брайана его брата? — Теребя подол платья, она нахмурила брови и склонила голову набок. — Я думала, его застрелили при ограблении. Так говорят. Почему в этом виноват его брат? Если только его ограбил не он, в чем я сомневаюсь. Ну, раз уж он организовал его похороны и все такое… — Она замолчала, подняла голову и нахмурилась еще больше. — Тэрин? Что случилось? Я сказала что-то не то?
Убийство при ограблении. Вот, значит, как они все обыграли. У меня вырвался грубый смешок. Я не могла поверить в услышанное.
— Тэрин? — Мэнди встала и пошла было ко мне, но в нескольких шагах остановилась. — В чем дело? Что я такого сказала? — В ее голосе прозвучала истерическая нотка.
Я покачала головой. Затем приказала себе оставаться спокойной.
— Кто тебе это сказал? — спросила я.
— Эмбер и Дженника.
— Откуда они об этом узнали?
Мэнди подняла было плечо, но опустила его.
— Не знаю. Я ничем не помогла тебе, только сделала хуже. Прости меня, Тэрин. Чем я могу тебе помочь? Скажи, что мне сделать, чтобы все исправить?
Ничего нельзя было сделать.
— Мне нужно поговорить с Эмбер и Дженникой.
 — Ладно. — Мэнди направилась к двери. — Я приведу их. — Она открыла дверь, затем остановилась и промолвила: — Я хочу тебе помочь, Тэрин, как ты помогла мне. Прости за то, что сделала хуже.
Внутри меня полыхал огонь. Я чувствовала себя истекающей кровью, словно кто-то прошелся граблями по всем моим органам и оставил умирать.
— Ты помогла мне. Поверь, это правда.
Мэнди ушла, и я закрыла глаза. Успокойся и выслушай их, призывала я себя мысленно, пытаясь успокоить бушующий внутри ураган, но успокоиться не получилось. Я воспользовалась своим последним способом — сосчитать до ста. Когда я досчитала до шестидесяти девяти, раздался стук в дверь, и в комнату вошел Трэй.
— Что происходит? — Он закрыл дверь и прислонился к ней спиной. Из коридора послышались голоса, и дверная ручка повернулась. Он крикнул: — Дайте мне минуту.
Наступила тишина, а затем мы услышали ответ Мэнди:
— Всего минуту, Эванс. Она все еще моя сестра.
Не ответив ей, Трэй сосредоточился на мне. Он пытался понять, что со мной происходит.
— В чем дело?
Воспользовавшись случаем, я окинула его всего взглядом. Трэй был великолепен. Иногда я этого не замечала. Он был красивым. Терпеливым и добрым. Он защищал меня. Он заботился обо мне и сражался бок о бок со мной. У него было много достоинств, но он не был только моим. Я увидела это внизу, и часть меня заревновала. Делиться им не хотелось, но я знала, что иначе нельзя. Когда я увидела его здесь, мне словно напомнили о другой стороне Трэя. Карие глаза, светлые волосы, распутная улыбка, точеные скулы, широкие плечи, тонкая талия. У меня увлажнилось во рту, когда я вспомнила ощущение его тела.