Новатор (СИ)
Майор встает, кивает и докладывается:
* * *Товарищ комбриг. Бригада несет постоянное дежурство во воздухе. Все подъездные дороги к Суньу под контролем. Периодически происходят облеты территории в районах харбин и Цицикар, где расположены резервы противника.
Противник один раз уже пытался вывести войска из Цицикара и по нему был немедленно нанесен авиаудар. У нас полное господство в воздухе, небо в районе полностью закрыто для противника. ББ и истребители несут постоянное дежурство в воздухе, наготове все находятся дежурные группы истребителей и штурмовиков.
Приближающиеся колонны мы заметим заблаговременно и по ним будет нанесен удар, мы их уничтожим безо всяких сомнений.
* * *Он садится и понимаю что все, совещание закончено.
И еще я понимаю:
* * *Наша бригада, это реально грозная сила именно за счет выучки, высокой насыщенности боевой техники и консолидации усилий с авиацией, с которой мы работаем в рамках одних планов и под одним командованием.
Пока еще не явным, но уже ощутимым, а после, это буде жестко прописано, кто отдает приказы и кто их исполняет.
Все это реально работает и будет результат, уже сейчас. А что будет когда у нас сформируется корпус со своей авиацией и артиллерией? А когда армия и фронт? Да с бойцами натренированными в Маньчжурии и еще где…?
Это сила, правильное решение, надо и дальше двигаться в этом направлении.
* * *Рокоссовский встает и объявляет:
— Совещание окончено. Ком полков возвращаются в расположение частей. Начштаба и нач. разведки, в расположение командного пункта, а нам с Вами товарищи. — Говорит он гостям из Москвы и мне с Володе. — Предлагаю проехаться до расположения огневых позиций бригады и посмотреть все на месте.—
Все согласны и мы расходимся согласно предложениям комбрига.
* * *11.06.1937
Вторник
Суньу
11.15
— Ну вот мы уже и на огневых позициях, в двух километрах за линией тяжелых САУ, уже выдвинувшихся на позицию для нанесения удара под прикрытием БТ8 и БТР. — Думаю я и отмечаю:— Они встали в восьми километрах от первой линии укреп района. Дальше, уже перед ударом последует рывок на два километра вперед, пятиминутный удар и отход назад. А пока мы стоим на одной линии с ними, с этими самыми смертоносными громадами.—
А дальше все понеслось:
* * *… .11.30 где-то вдалеке ухнуло, потом загрохотало и над нами полетели снаряды. Да, это, тяжелый артиллерийский полк щедро отправил свои восемь сотен гостинцев японцам. Только вот они, думаю, будут совсем не рады такому подарку…
… .12.00 И над укреп районом появились наши птички, даже нет, не так, наши орлы. Это дальние бомбардировщики БАР-2, 10 шт., пришли на точку и отбомбились как на учениях, сбросив две сотни сто килограммовых бомб на километровую линию укреплений. И ушли, сделав вираж, а над укреплениями взрывы, всплески пламени и наверно крики убитых и раненых….
… .12.20 И тут же, взревев двигателями, рванули вперед наши тяжелые самоходки. И вновь все как на учениях, японцам просто нечего нам противопоставить. САУ выходят на огневой рубеж и почти в автоматном режиме начинают обстрел укреплений. Пять минут и они развернулись и ушли, оставив за спиной очередной взрывы, крики и страх. Да, они выпустили 640 снарядов и каждый что-нибудь, или кого-нибудь нашел…
13.00 И снова авиация, на цель зашли наши скоростные ближние бомбардировщики СУ-2, 15 шт., И они спокойно и размеренно выпускают на укрепления девяносто смертоносных подарков и тут же уходят….
13.30 Минуты перерыва и воздухе появились десятки огненных росчерков, это уже ударил дивизион реактивных минометов РМ-1316, выпустив в шести километров 288 реактивных снарядов калибра 130 мм. Сжигающих и уничтожающих все в том месте куда они попадут. Страшное оружие, недаром в другом будущем его называли «Органом Сталина».
… А в 13.45, японцы видно устали и пошли в самоубийственную контратаку силами двух десятков стареньких танков. Но наши бронебойщики, на СУ-76 уничтожили восемь из них на дистанции в пять километров, с оставшимися пятнадцатью, немедленно вступил в бой наш танковый батальон, уничтожив еще семь и потеряв два своих, но не фатально, оттащили танки и спасли ребят….
Японцы развернулись и попытались уйти, но тут пришли штурмовики, как раз по расписанию, в 14.00. И пятерка штурмовиков отделилась, прицелилась, зашла и как на учениях разбомбила японские танки, а остальные пятнадцать зашли на цель и отбомбились……
И так раз за разом до девяти вечера и еще дня спустя.
* * ** * *17.06.1937
Понедельник
Суньу
18.00
— Ну вот, мы их и достали. — Думаю я, глядя на непроницаемых японцев.
И я вспоминаю прошедшие дни:
* * *Да, они запросили переговоры, не выдержали все-таки. Кое-как перенесли первые сирию ударов, которые мы наносили, как и планировалось три дня. А потом мы встали на перерыв.
Сутки ждали, японцы попытались пару раз выйди из укреплений и тут же попали под наши удары.
Но они не проявили активности к переговорам, да и мы ничего не предлагали.
И четырнадцатого июня возобновились удары, сирого по расписанию, каждые полчаса, налеты, бомбежки.
И вновь остановились. Семнадцатого вечером, в 19.00, подогнали поближе машину с громкоговорителем и проорали на японском предложение о переговорах. И время дали до 08.00. восемнадцатого июня.
Они задумались и утром явились, японский генерал в сопровождении пары офицеров. Потом пошли переговоры, первый раунд.
Наше предложение было вполне почетно, они просто выдвигаются колоннами из укреплений и маршируют до Бейаня. За пять — семь дней дойдут.
Они задумались и ушли, мы им дали время до вечера.
И вот они вернулись. Согласились, деваться им было уже некуда. Помощь прийти не может, они спасаются только за укреплениями, но потери все равно велики. Ежедневно сотни убитых и раненых. По нашим оценкам, они за неделю потеряли около двух тысяч человек. И укрепления постепенно разрушаются.
Мы то умные, удары сосредотачиваем в одной зоне укреплений, примерно трехкилометровой протяженности и ее уже частично разрушили.
Они поняли простую истину, мы если надо будем стоять и бить, а они ничего сделать не могут. Подкрепления из Харбина или Цицикара просто не дойдут, у них нет достаточных сил авиации, что нейтрализовать наши удары и следовательно, любые выдвинувшиеся силы будут обречены на уничтожение.
Это заведомо проигрышная ситуация для них. Они запросили похоже Харбин, те подтвердили, что не могут помочь и учитывая то, что мы не претендуем на эту территорию, мы всего лишь требуем ее оставить, они согласились уйти.
Наверно, в надежде вернутся, но их ждет большой и неприятный сюрприз.
* * *Размышление закончилось, японцы подписали документы и ушли, немного странно поглядывая на меня, как будто размышляя:
— Почему русский принц с армией, а японские нет? —
Я оборачиваюсь к комбригу и Мерецкову, присутствующим тут и поставившим свои подписи на документе, после меня конечно и спрашиваю:
— Ну что товарищи командиры? Все, операция почти закончена?—
Они в унисон кивают и подтверждают словами:
— Да, завтра мы проконтролируем выход японцев и дальше все по плану. — Говорит Рокоссовский, а Мерецков добавляет:
— Не забудьте, товарищ комбриг, перед нашим уходом. Заминировать все что возможно и подорвать.—