Де Виан Рейн. Хозяйка Инс-Айдена (СИ)

Наверное, только Дарену было труднее всего расставаться со своим первым другом. Но мой маленький мужчина держался, стараясь не подать виду, насколько он огорчён. До самого поворота, высунувшись в окно почтового дилижанса почти по пояс, сынишка махал бегущему за экипажем Эфе, что-то выкрикивая на языке друга. А Роско, чувствуя, что его хозяину грустно, затянул длинную песню и не замолкал до тех пор, пока мы не покинули округ Патермора.
В Киртауне мы надолго не задержались. Я лишь на полчаса зашла к градоначальнику и, пока мужчина приходил в себя от новости, что племя Аджуго продали мне свою землю, быстро заверила сделку между мной и Ферахой. Проследила, чтобы мсье Оливер внёс запись в реестр и потребовала его заверенную копию. Уже через час мы, попрощавшись с Майклом и наказав ему вести дела виллы и отписывать про всё, что происходит в Патерморе и Киртауне, поднялись на борт корабля.
Судно Мари было как минимум в два раза больше корабля мсье Оскара, который доставил нас в Акебалан. Современнее и на вид надёжнее. Каюты были просторнее, удобнее и с новой мебелью, которая не трещит от качки и не стонет во время шторма.
Желающих покинуть Акебалан не было, и мы оказались единственными пассажирами Мари. Это радовало и уже на следующий день вся наша компания чувствовала себя на корабле как дома. Хлоя, как всегда, захватила кухню, Натиша навела свой порядок в наших каютах, а заодно и в рубке капитана. Мсье Нордман был не против и, с надеждой во взгляде посматривая на Натишу, несколько раз намекнул девушке, что совершенно свободен.
Дарен спустя два дня путешествия по волнам чуть забылся и дни напролёт бегал в компании Роско по палубе. Сейчас, глядя на сына, я не узнавала своего ребёнка, он возмужал, стал крепким, загорелым и смелым мальчиком. Сын бесстрашно облазил все уголки корабля, удивляя капитана своими глубокими знаниями о строении судна.
Удивительно, но путь домой прошёл спокойно. Погода нам благоволила, вода была смирной и за всё время нашего путешествия не случилось шторма. А ещё половину пути нас сопровождали два дельфина, и это было невероятное зрелище. И даже Нел в этот раз не ощущала тягот морской болезни и практически всё время провела на палубе, с восторгом рассматривая необъятные просторы океана, сливающиеся на горизонте с небом…
— Мадам Делия, вы просили предупредить вас, — произнёс мсье Нордман, подойдя к небольшому навесу, построенному на палубе специально для нас. С приближением к Вирдании погода стала портиться, всё чаще на судно с небес обрушивался поток ледяной воды, температура снизилась, и мы, успев отвыкнув от холодов, ёжась, кутались в тёплые одежды.
— Мы приближаемся к Ранье? — промолвила, вглядываясь вдаль, но кроме серой, вздымающейся воды и того же мрачного серого неба, ничего не увидела.
— Да, мадам, через несколько часов пришвартуемся в порту Парбот.
— Спасибо, мсье Нордман, — благодарно улыбнулась мужчине, впервые за время пути вдруг ощутив странное волнение и безотчётную тревогу.
  
Глава 38
 
— Вернулись… — радостно выдохнула Яник, огласив то, о чём все мы думали, глядя на приближающийся порт Парбот.
И с толикой маленького превосходства великих путешественников мы смотрели на ничуть не изменившуюся суматоху возле небольшой площади причала, беготню грузчиков, крики извозчиков и матросов, рассматривали те же кирпичные стены зданий, серые остатки снега, неглубокие лужи и грязь.
Ничего не изменилось… мы словно и не покидали Ранье, разве что сами стали немного другими. Иным взглядом наблюдали за суетой людей, по-другому оценивали важно вышагивающих контролёров и со снисходительной улыбкой следили за толкучкой лоточников у пирса.
— Здесь есть ваши? — едва слышно произнесла, оглядев десяток нищих, столпившихся у покосившегося здания бывшего дока. Парни и мальчишки высматривали среди толпы человека побогаче, чтобы было чем поживиться.
— Всегда есть, — также тихо ответила Хлоя, вопросительно на меня взглянув.
— Надо отправить для Кипа записку, сообщить, что мы вернулись и ждём его, Аманду, Лудо и Барни в городском доме Доуманов.
 
— Доуманов? — удивлённо и одновременно воскликнули Натиша и Нел, с недоумением переглянувшись с Хлоей.
— Кип выкупил особняк у Фрэнка, оплатив его карточные долги, — со смехом пояснила девушкам и Глену, и чуть снизив тон, добавила, — слуг там не осталось, Фрэнк перестал платить им жалование два месяца назад. Дом не отапливается, сам муженёк переселился в поместье недалеко от Ранье, но я уверена, что как только мы устроимся, он непременно заявится в городской особняк.
— Гнать его?
— Нет, — коротко отозвалась, изумив своим ответом всех, кроме Глена, — идёмте… капитан подал знак, что пора спускаться.
К особняку Доуманов, находящемся в центре города, но в самой его респектабельной и тихой части, мы подъехали на пяти почтовых дилижансах. И это, конечно же, не осталось незамеченным слугами соседних домов, поэтому, я полагаю, уже через час о нашем прибытии будет судачить весь город. Но мне это и было нужно, я хотела, чтобы все знали, что Делия де Виан Рейн вернулась.
Так что наше водворение в дом пока ещё моего мужа было шумным. Натиша и Нел звонкими голосами раздавали приказы куда заносить наши чемоданы, коробки и ящики. Хлоя, выловив молочника, неудачно проходящего мимо особняка Доуманов, принялась выспрашивать у растерявшегося от её напора бедняги, где находится ближайший рынок. Оставив Яник знакомиться с кухней, она подхватила мужчину под руку и устремилась за продуктами.
Глен за всем разом следил, чтобы извозчики «случайно» не увезли наши ящики, а также контролировал трёх нанятых грузчиков, чтобы не припрятали чего, по их мнению, для нас лишнего.
Мы же с Дареном и любопытным, шебутным Роско отправились знакомиться с новым домом. Занятно, но двери были не заперты, как, впрочем, и ворота, хотя насколько я припоминаю, в этом районе грабить было чревато непоправимыми последствиями и мало кто из воров рисковал отправиться на дело в это богатое место…
— Мам, здесь была комната деда, я один раз заходил сюда, — рассказывал мой маленький экскурсовод, водя меня по светлому, красивому, но ужасно запущенному дому, — а здесь были покои бабушки, она меня угощала печеньем и молоком.
— Красивая комната, — задумчиво протянула, оглядев просторное помещение с большими окнами, выходящими в сад. Дель ни разу не была в комнате своей свекрови, и я не знала, что в ней ранее находилось, но сейчас у меня создалось впечатление, что хозяйка вышла из комнаты всего на минуту и должна вот-вот вернуться. Даже халат, небрежно наброшенный на спинку кресла, висел так, словно его сняли только что. И чтобы убедиться в своих предположениях, я прошла к шкафу и, распахнув его резные дверцы, увидела развешанные на плечиках, в основном домашние, платья и сложенную ровными стопочками прочую одежду.
— У бабушки здесь стоял сундук, из него она доставала нитки и шила картины, — продолжил делиться воспоминаниями Дарен.
— Его нет, — промолвила, перебирая в памяти всё, что рассказывал в своих письмах Кип, но так и не нашла ничего о свекрови. Получается, что в последний раз я её видела, когда она меня уколола шпилькой…
— Мадам! — прервал мои мысли окрик Натиши, голос девушки был совсем близко, и мы поспешили к двери.
— Что-то случилось?
— Мадам Делия, выберете себе и мсье Дарену комнаты, мы с них начнём уборку.
— Да, сейчас… Дарен, какая тебе больше всего понравилась?
— Та, что с выходом на балкон, — тут же ответил сын, быстро дополнив, — и Роско там понравилось.
— Отличный выбор, — улыбнулась ребёнку, которому приглянулась самая дальняя комната, но что примечательно, соседние покои явно ранее принадлежали женщине, а ещё имели по соседству с ними застеклённый балкон, а из него шла винтовая лестница вниз, ведущая в небольшой зимний сад.
— Тогда я займу соседнюю комнату, покои Глена будут напротив Дарена, а Кип и Аманда позже сами выберут себе то, что им понравится.