Глава семьи Пембертон (СИ)

В гостиницу я вернулась поздно вечером, дорога была отвратительной, меня всё время подбрасывало на кочках. Дождь словно навёрстывая упущенное лил как из ведра, кэб дважды застревал, и бедняга-извозчик с трудом его вытягивал из чавкающей грязи. Я тоже умудрилась обо что-то испачкать свой новый костюм, наступить в подло растёкшуюся прямо у входа в гостиницу лужу и промочить ноги в холодной воде.
Уставшая, раздражённая от неудачи, я поспешила поскорее оказаться в тепле и снять с себя промокшую одежду, впервые воспользовавшись местным лифтом, не желая хлюпать водой в обуви, поднимаясь на четвёртый этаж. Но стоило мне только выйти из небольшой кабины и повернуть в нужную мне сторону, за спиной тут же раздался шорох, я резко дёрнулась, в ту же секунду ощутив сильный удар по голове. Но прежде чем моё сознание уплыло в темноту, я почувствовала, как меня бережно подхватили на руки, а надо мной нависло чьё-то размытое лицо…
  
Глава 33
 
В себя пришла резко и, рывком сев, тотчас пожалела об этом. В затылок немилосердно выстрелило, к горлу подступила тошнота, а перед глазами залетали звёздочки. Но глубоко вдохнув и стиснув зубы до скрежета, я собралась с силами и быстро осмотрелась.
В просторной комнате, кроме меня, сейчас никого не было. Богато обставленная, но без помпезности и неуместной позолоты на стенах, она выглядела стильно и уютно. Две больших двери закрыты, окна были неплотно задёрнуты шторами, и я отметила, что на улице темно, а покои освещала небольшая настольная лампа. Рядом с кроватью на прикроватной тумбе стоял кувшин, и как бы мне ни хотелось сейчас пить, воду я безжалостно вылила на ковёр и, крепко сжав ручку своего оружия, спустила ноги на пол.
— Очнулась? — знакомый голос раздался слишком громко в этой гнетущей тишине. Испуганно вздрогнув, я быстро огляделась, не раздумывая, запустила в мужчину кувшин и тут же рванула к письменному столу, на котором красовалась медная девушка-статуэтка — она мне показалась более эффективным оружием.
— Эй! За что⁈ — прокричал мне вслед похититель, но я, не останавливаясь ни на секунду, добралась до места, схватив за ноги увесистую даму, почувствовала себя уверенней и круто развернулась:
— Отпусти меня сейчас же, иначе я…
— Да не держу я тебя! Алекс, тебе нельзя подниматься с постели, — прервал меня Брайн, осторожно ко мне подкрадываясь, — успокойся, и я всё тебе расскажу.
— Подойдёшь — и я разобью тебе голову! — предупредила, пятясь от наступающего на меня мужчины, но моя спина вдруг наткнулась на твёрдое и почему-то горячее препятствие, а мои руки сейчас же были скованны, будто железными хомутами.
— Вам здесь ничего не угрожает… Алекс, — прошептал над ухом ещё один знакомый голос, меня с лёгкостью подняли и понесли обратно на кровать.
— Отпустите меня немедленно! — взревела и даже попыталась вывернуться, но крепкие объятия Дэвида лишь сжали меня ещё сильней, а насмешливая улыбка и тихий голос внезапно меня пристыдили:
— Отпускаю, только не размахивайте этой красоткой, вы можете себя ранить.
— Что вам от меня нужно? — потребовала, покосившись на ковёр, на котором в луже замер один из моих похитителей.
— Ты ей ничего не рассказал?
— Не успел, вышел на секунду, вернулся, а здесь она… кувшином кидается, — хмыкнул Брайн и, опасливо поглядывая на статуэтку, всё ещё находящуюся в моих руках, быстро заговорил, — у меня сегодня вечером должна была состояться встреча в гостинице. Я забыл купить цветы и, завернув за угол здания, увидел тебя повисшей на каком-то типе. Сначала хотел пройти мимо, ну мало ли, выпила лишнего, но, вспомнив нашу утреннее знакомство, я подумал, что ты… в общем, тебя уже затянули в карету, их было трое. Я проследил за ними, знаешь, местечко не для приличных дам… поймал мальчишку, передал брату сообщение, Дэвид туда прибыл вместе с констеблями.
— Оставлять вас одну в гостинице было нельзя, и мы привезли вас ко мне домой, — закончил Дэвид, не сводя с меня свой пристального взгляда.
 
— Кхм… спасибо, и извините за кувшин, — пробормотала, объяснения звучали разумно, — а этих… кто меня похитил, задержали?
— Да, констебли ждут вас для дачи показаний, мы всё, что знали, рассказали. Но сегодня и завтра доктор запретил вам подниматься с кровати, — голосом, не терпящим возражений, произнёс Дэвид и, чуть помедлив, добавил, — вы не пришли…
— Как-то навалилось всё, — ответила, смущённо улыбнувшись, сразу догадавшись, о чём говорит мужчина.
— Эм… вы знакомы? — с недоумением уточнил Брайн, прерывая наше затянувшееся молчание, — ты не говорил.
— Да, познакомились в Амевере… — ответил мужчина, вновь возвращаясь ко мне, — об этих проблемах вы тогда говорили? Вас преследуют?
— Не знаю, я не видела похитителя, но их точно было двое. Кто-то ударил меня по голове, а второй подхватил на руки. Я едва вышла из лифта, когда это произошло, и не успела отреагировать.
— Констебли задержали троих, двое обычные бродяги, которых полно на нижних улицах Грейтауна. Третий — мсье Терранс Уилсон, он вам знаком?
— Терранс⁈ Да, знаком, это мой брат, — не смогла сдержать удивления, так как от него никак не ожидала такого поступка: не потому, что верила в силу нашего родства, просто он не был похож на человека, который мог решиться на похищение.
— Брат? — изумлённо переспросил Брайн, тотчас переглянувшись с Дэвидом, — зачем он…
— У меня нет ни одного предположения, мы сегодня впервые с ним встретились. Я ни разу не была в Вирдании, как и семья Уилсон, насколько мне известно, не посещала Амевер.
— Уверен, констеблям удастся выяснить причину похищения, — подытожил Дэвид наш странный разговор и, покосившись в сторону осколков, а затем и на ковёр, добавил, — в доме есть ещё одна свободная комната.
— Мне вполне… — но договорить я не успела, мужчина снова меня подхватил на руки и, не слушая возражений, направился к двери.
Комната, в которую мы вошли, была явно обитаема. На это указывали брошенная на спинку кресла рубаха, тапочки у двери, книга на столе, там же ручка, исписанный лист бумаги и прочие мелочи, принадлежавшие мужчине.
Кровать хоть и была заправлена, но до сих пор хранила в себе тепло и тонкий аромат мускуса, который меня неожиданно взволновал. Мои щёки тут же обдало жаром, дыхание участилось, и я порадовалась, что в покоях Дэвида сейчас было темно.
— Завтра утром придёт доктор, — прошептал мужчина, поправляя на мне тяжёлое одеяло. Брайн остался в немного разгромленных покоях, и сейчас в этой погруженной в сумерки комнате мы находились вдвоём с Дэвидом.
— Спасибо вам, если бы не вы…
— Алекс, вам нужен отдых, — не позволил мне договорить мужчина и вдруг, резко развернувшись, спешно покинул покои, оставляя меня одну. Его уход был похож на бегство, и я отчего-то довольно улыбнулась.
После всего произошедшего и неожиданной встречи спать мне совсем не хотелось. Головная боль вернулась, а тошнота накатывала волнами. Гадая, кто или что могло подтолкнуть Терранса на преступление, мыслями я невольно возвращалась к Дэвиду. Воспоминания о наших недолгих беседах у океана, его чётко очерченные губы и пронзительный взгляд то и дело просачивались через, как оказалось, хрупкий заслон разума. А необъяснимая тяга к совершенно незнакомому мне мужчине чуть пугала, но давно забытые эмоции, признаться, волновали, осталась самая малость — контролировать их и не потерять себя…
Не помню, как я уснула, но пробуждение было приятным. В широкие окна заглядывало яркое и такое редкое в Вирдании солнце, за окном наверняка находился сад и сквозь стекло доносился разноголосый щебет птиц. В комнате было тихо и тепло, а аппетитный запах кофе и жареного бекона дразнил, напоминая, что после вчерашнего обеда, на котором я не проглотила ни кусочка, во рту у меня не было и маковой росинки.
— Доброе утро, мисс Александра. Я подумал, что вам будет скучно завтракать в одиночестве, и решил присоединиться, если вы, конечно, не против, — проговорил Дэвид, проходя в комнату, — Марта сказала, что вы уже проснулись.