Глава семьи Пембертон (СИ)

— Мисс?
— Александра Пембертон, — представилась молодому клерку, подав в небольшое окошко удостоверяющие документы, — у моей семьи в банке Буше открыты счета, а также имеется банковская ячейка номер двадцать шесть.
— Одну минуту мисс Александра, мне нужно проверить.
— Да, конечно, — кивнула, беглым взглядом осмотрев зал и клиентов. Молодая пара со счастливыми улыбками наверняка открывали совместный счёт. Старушка, трясущими руками забирала чек. Два тучных мужчины в дальнем углу зала, о чём-то спорили. А с вихрастой чёлкой парень, натужно пыхтя, отчитывал, скорее всего, часть от своего заработка, чтобы кому-то его отправить.
— Мисс Александра, всё в порядке, — проговорил, вернувшийся клерк, возвращая мне мои документы, — выписка счетов вашей семьи будет готова через десять минут, вы желаете подождать в зале или вас проводить в хранилище?
— В хранилище, — ответила и чуть помедлив, добавила, — подскажите мистер…
— Дью, мисс Александра, — представился молодой человек, вежливо улыбнувшись.
— Мистер Дью, я хочу оставить распоряжение, чтобы кроме меня никто не мог пользоваться счетами моей семьи.
— Простите мисс… но ваши счета пусты, — запнулся клерк, виновато мне улыбнувшись.
— И счёт миссис Элеоноры Уилсон?
— Я уточню, — растерянно пробормотал парень и снова сбежал, оставив меня у клиентской стойки. В этот раз ждать его пришлось чуть дольше, но вернулся юный клерк не один. Его сопровождал высокий, статный с широкой улыбкой мужчина, который цепким, изучающим взглядом быстро оценил мою персону и судя по снисходительному взору, остался чем-то доволен.
— Сэр, мисс Александра Пембертон…
— Идите Дью, — распорядилось, судя по всему, начальство и дружелюбно мне улыбаясь, представилось, — мистер Норман к вашим услугам мисс Александра, позвольте вас проводить в кабинет, нам необходимо уладить некоторые вопросы.
— Вопросы?
— Это займёт немного времени, — проигнорировал меня мистер Норман, взмахом руки показав нужное направление.
В кабинете меня ждали двое мужчин, как две капли воды, похожие друг на друга. И они не были близнецами, но их манеры, одежда, движения и даже тон голоса — снисходительный и высокомерный, был настолько идентичен, что я с интересом их сравнивала, пытаясь найти отличия. А управляющий и его помощник тем временем продолжали рассказывать мне, как сложно молодой барышне разобраться в финансах.
— Желающих обобрать наивную девушку…
— Благодарю — это всё? — прервала мужчин, устав слушать детские страшилки, — мистер Вилмер я понимаю ваши опасения, но мне не нужны советники.
— Мисс Александра, условия миссис Беатрис неукоснительны. Только после предоставления расчётов в целесообразности капиталовложения, банк сможет выдать вам требуемую сумму. В противном случае ежемесячная сумма вашего содержания будет не более ста форсов в месяц.
— Я учту требования миссис Беатрис, — ровным голосом проговорила, мысленно же я находилась в недоумении, ни о какой Беатрис я не знала и понятия не имела, кто эта женщина.
— Мистер Норман, проводите мисс Александру в хранилище, — закончил наш странный разговор управляющий. Я коротким кивком поблагодарив за беседу, молчаливой тенью проследовала за старшим клерком и вскоре очутилась в тёмном, без окон помещении с огромным количеством маленьких ячеек.
— Мисс Александра выписка счёта миссис Элеоноры будет готова через пять минут, — сообщил сопровождающий, помог вскрыть ячейку, вытащил железный короб и поставив его на небольшом столе, добавил, — я вернусь за вами через десять минут.
— Спасибо… — не глядя на мужчину, пробормотала, осторожно словно к бомбе замедленного действия, прикоснулась к холодной крышке…
  
Глава 7
 
— Мисс Александра, — окликнул меня мистер Норман, в ожидании замерев у стола, — вам потребуется ещё время?
— Нет, достаточно, — отказалась, убирая в картонную папку, документы, письма и старую, немного порванную по краям фотографию старушки. Ей было здесь лет девяносто, однако женщина стояла с прямой спиной, гордо расправив плечи, а её лицо излучало непоколебимую уверенность в себе.
 
— Выписка счета миссис Беатрис Уилсон готова, — предугадал моё желание старший клерк, убирая ящик на место.
— Мистер Хью Пембертон знал о моей бабушке и её наследстве?
— Да мисс и неоднократно пытался воспользоваться им, но условия миссис Беатрис в нашем банке строго выполняются. Деньгами может воспользоваться только младшая дочь, в которой течёт кровь Уилсон и при условии предоставления расчёта, что эта сумма действительно увеличит капитал семьи.
— А моя мать? Она приносила расчёты?
— Нет, мисс Александра, мистер Майрон Пембертон не хотел брать с них и форса. А миссис Элеонора ни разу не посещала наш банк.
— Значит, на её личном счёте накопилась приличная сумма?
— Нет, мисс… простите, мистер Хью снял их три месяца назад.
— Ясно, что ж, пока придётся воспользоваться ежемесячным содержанием бабушки.
— От вас потребуется подписать заявление и получить чек.
— Благодарю мистер Норман, я могу забрать кулон бабушки?
— Конечно, — улыбнулся мужчина, вновь вытаскивая ящик, приподняв крышку, дождался, пока я вытащу бархатный мешочек и чуть помедлив, проговорил, — если позволите, я дам вам совет.
— Слушаю вас.
— Не доверяйте мистеру Хью Пембертон и подумайте над словами мистера Вилмера. С банком сотрудничают опытные бизнесмены и они подскажут вам, куда выгодно вложить сбережения миссис Беатрис. На полученную прибыль вы сможете устроить вашу жизнь, как пожелаете.
— Я подумаю, — не стала отказываться, аккуратно вытаскивая зелёный камень в серебряной, почерневшей от времени оправе, висевший на такой же тёмной цепочке. И защёлкнув замочек у себя на шее, спрятала кулон под рубаху.
Банк Буше я покинула только спустя полчаса, на оформление и выдачу сотни форсов вышло чуть дольше времени, чем я рассчитывала. За время моего ожидания, мимо кресла, на котором я расположилась, пару раз прошли несколько клерков, они без стеснения меня разглядывали и будто бы делали ставки, как долго я продержусь. Это немного раздражало и забавляло одновременно, но осознание, что наследство эксцентричной бабули, добавило мне головной боли, меня не покидало.
Старушка оказалась очень интересным человеком, она первая, кто построил в Вирдании фабрику по обработке хлопка. Трижды побывала замужем и овдовев, увеличила своё состояние в пять раз. Родила двух сыновей и дочь, она до самой кончины управляла семьёй, не давая всем спуску. В каждой строчке письма, написанной твёрдой рукой женщины, сквозило уверенностью в своих действиях, непримиримостью и авторитарной силой.
Не знаю, чем она руководствовалась, в письме об этом ни строчки, но всю недвижимость в том числе, и фабрику она завещала сыновьям. Дочери же передала письмо и счёт в банке с внушительной суммой, которым можно воспользоваться только, если выполнить, выставленные ей условия.
Миссис Элеонора, мать Алекс о своей матери никогда не говорила. Вообще, в поместье Пембертон имя Беатрис ни разу не прозвучало и это наводило на мысль, что на бабку держали обиду. Причина мне была неясна, но полагаю, знай её, мне было бы куда проще разобраться в семейных тайнах. Ведь если верить словам бабули, то со стороны миссис Элеоноры тоже достаточно родни, но и о них в нашем доме никогда не вспоминали.
Задумавшись, я не сразу заметила, что давно покинула бульвар Джонстаун и спустилась к набережной в районе Сент-Плейс. Приезжая в Окленд, отец всегда приводил сюда братьев, и они больше трёх часов безуспешно забрасывали удочки на старом причале.
Лишь однажды я уговорила мать и меня отпустили с мальчишками на берег и даже дали несколько раз забросить удочку. В тот день мы устроили пикник, нянька Петти собрала нам корзину, строго наказав не кормить горластых чаек, и проследить, чтобы мужчины не пустили ветчину на наживку. А если прищурится и долго смотреть на деревянный мосток, можно увидеть, как Эндрю положив на голову Тайлеру морскую пену, с криком убегает от разъярённого старшего брата…