Плохая привычка (СИ)

— Ну, я тоже считаюсь начальником. В своём отделе, — добавила я и тряхнула волосами, пытаясь таким образом скинуть с себя напряжение.
Если он и дальше будет так прямо и строго на меня смотреть, то я начну чувствовать себя, как в детстве, когда меня вызывали на ковёр к директору школы. А краснеть в тесной кабинке лифта мне точно не хотелось.
— В каком автосервисе находится ваша машина, Наталья Николаевна?
— Вы хотите проверить мои слова? Думаете, я обманываю вас?
— Хочу узнать, в каком автосервисе уже неделю не могут сделать маленькую бабскую машинку. Заодно узнаю, в какой автосервис обращаться не стану.
— Вы планируете купить маленькую бабскую машину? Вашему «крузаку» нужен брелок? — повела я бровью и тут же пожалела о шутке, которой запустила в начальника.
Судя по его взгляду, он сейчас порубит меня разъехавшимися на нашем этаже створками лифта.
Хотя, он примерно всегда так и смотрит на людей — будто вот-вот их чем-нибудь порубит. Вячеслав Александровичу уже сорок два года, но его возраст выдает лишь седина в висках и в щетине, с которой он, наверное, никогда не расставался.
Высокий, подтянутый, холостой. Есть сын и садистские наклонности, выражающиеся в изощренных психологических пытках рабочего коллектива.
И «уже неделю»? Откуда он знает, когда я отдала свою машину в сервис?
Ну, конечно, дура! Я же паркуюсь рядом с его машиной. И то только потому, что больше никто не рискует, боясь поцарапать его дорогущую тачку. Я тоже боюсь, но если место всегда свободна недалеко от входа в офис, то почему бы его не занять, верно?
— Название сервиса, Наталья Николаевна? — с нажимом вопросил босс.
— Кузьмич, — выронила я.
Тем более, ему эта информация, наверняка, ни к чему. Он просто хочет проверить, где я проколюсь со своим опозданием. И, похоже, мой ответ его удовлетворил, раз на этом допрос закончился и он вышел из лифта так, будто один на нём сюда и приехал.
— Чё там Славик? Лютует с утра? — спросила Ира, моя «коллега по кулеру», как нас когда-то обозвал Вячеслав Александрович.
Мы не виноваты, что он выходит из своего кабинета на прогулку по офису в те моменты, когда мы стоим у кулера во время короткого перерыва.
— А он когда-то не лютует? — фыркнула я, заворачивая в свой кабинет. — Если он перестанет лютовать, то у него нужно будет проверить пульс.
Я поставила свою сумочку на край стола, выдвинула кресло и уже машинально запустила компьютер, чтобы начать работать.
— Слушай, Наташ… — по тону Иры я поняла, что сейчас будет гнилой подкат. — Ты же сейчас пойдёшь к Славику в кабинет подписывать бумаги?
— Возможно, — протянула я и подперла кулаком подбородок. Цепочка, на которой держались часы, сползла вниз по запястью.
— Может, дашь Славику моё заявление на отпуск? Подпишет… — Ира нервно хохотнула и дрожащей рукой положила передо мной лист бумаги.
— Почему с твоим заявлением должна идти я? Тебе надо, ты и иди за подписью? Как я Славику это объясню? «Это просто для подруги»?
Не знаю, почему, но почему-то всем было забавно называть сурового Вячеслава Александровича просто Славиком. Так он, наверное, всем нам казался меньше и проще.
— Потому что на меня и любого другого он сразу начнёт кричать и нифига не подпишет. Даже не посмотрит. Тем более с утра. А тебя он, хотя бы, выслушает.
— Я не буду, Ир. Это странно.
Я категорически отказалась и уткнулась в монитор компьютера, сделав вид, что увлечена работой.
— Ну, ясно, — вздохнула Ира разочаровано. Очень громко, очень показательно, очень театрально. И очень медленно начала уходить из моего кабинета. — Полтора года в отпуск не ходила и еще столько же не пойду…
— Чтоб тебя! — выругалась я себе под нос и, не глядя на подругу, вытянула руку в ее сторону. — Давай своё заявление.
— Наташа, я тебя люблю! Я привезу тебе вино и лучший магнитик из Абхазии! — начала она тараторить и не поленилась даже обнять так крепко, что едва не лишила дыхания.
— Как раз мне всё это пригодится, если Славик меня сейчас уволит.
— Не уволит. Возможно, поворчит, но тебя он точно не уволит.
 
Ира игриво подмигнула мне и довольная поцокала каблуками из кабинета. Я собрала свои бумаги, положила на самый низ Иркино заявление об отпуске и, прихватив телефон, пошла в кабинет Вячеслава Александровича, чтобы традиционно пободаться с утра за рынок сбыта строительных материалов нашей компании.
Машинально поправив прическу и платье перед кабинетом босса, я коротко постучалась и вошла, услышав короткое и сухое «да».
— Вячеслав Александрович, — я сразу натянула улыбку и уверенно пошла к столу мужчины, зная, что он не терпит, когда его отвлекают от работы, а потом что-то невнятно мямлят. — Я к вам всё с тем же предложением.
— Твою мать, — недовольно и даже ворчливо выдохнул босс, но, всё же, оторвался от компьютера, сдвинул в сторону свои бумаги и взглядом указал мне положить мои. — Ты долго ко мне с этой хренью будешь ходить?
— Пока вы не дадите добро на то, чтобы мы поставили точку розничной торговли в этих двух точках.
— Здесь рынок тряпок, а здесь очко Дьявола, до которого никто не доедет, — указал он лениво на строчки адресов.
— Да, но в этом, как вы говорите, «очке Дьявола»… — я указала на второй адрес. По моему запястью вниз соскользнула цепочка часов, за которой Вячеслав Александрович проследил взглядом. — …находятся магазины автозапчастей. Значит там часто крутятся мужчины, которым наверняка пригодится что-то для строительства.
— Что-то для строительства нужно бабам, которым наскучило сверлить мозги своим мужьям, и они решили, что нужно посверлить ещё и стены.
— Тогда рынок тряпок? — поймала я его тут же. — Там полно, как вы говорите, баб.
— Федосеева, — вздохнул босс. — Отвали.
— Я завтра ведь снова приду, — улыбнулась я ему хищно и заглянула в голубые глаза, в которых очень хорошо читалось, как я ему надоела со своими выдумками.
— И я тебя снова пошлю. В эту игру я могу играть бесконечно.
— Ах, и ещё! — я сделала вид будто совсем запамятовала. Для вида порылась в бумагах и положила перед Вячеславом Александровичем Иркино заявление в кипе других бумаг на подпись. — Подпишите, пожалуйста, это, это, вот это и-и… это.
— Какого х… Почему Вяткина сама не пришла?
— Понимаете, её отвлёк звонок от клиента. Она дала мне подержать её заявление, а я решила, раз уж все равно иду к вам, то почему бы не…
— Не обнаглеть? — повел Смертин бровью.
— Ни в коем случае, — я тут же нацепила на лицо грусть-тоску-печаль. Почти как Ира в моем кабинете. — Простите. Если для вас это наглость, то…
Я вытянула Иркино заявление. Очень медленно. И взяла его в руки.
— Дай сюда! — рыкнул босс недовольно. Выхватил у меня заявление и размашисто подписал. — Скажи своей подружке, что в следующий раз заявление от нее я подпишу только на увольнение.
— Передам.
— И займись своими менеджерами. Мне нужны продажи, а не идеи.
— Хорошо.
Я собрала стопку уже подписанных бумаг и вышла с ними из кабинета Смертина.
В руке почти сразу завибрировал мобильник. Судя по номеру, звонили мне из «Кузьмича».
— Да?
— Наталья Николаевна, можете сегодня забрать свою машину в течение дня, — объявил мне мужской голос.
— Но вы же говорили, что еще дня два-три потребуется из-за очереди и ожидания деталей, — нахмурилась я, не понимая, откуда такое ускорение процесса ремонта машины.
— Детали приехали раньше. В принципе, уже через час можете забрать машину.
— Хорошо, спасибо! — я едва не сплясала на месте от неожиданно хорошей новости.
  
Глава 3
 
Никогда не умела отказывать себе в желании купить очередной комплект нижнего белья. Кто-то успокаивает нервы после тяжелого рабочего дня сладким, кто-то готовкой или уборкой, а я новыми трусами.
Хотя, раньше я тоже налегала на сладкое. Особенно после рождения Стёпки, когда закончила грудное вскармливание. Я не знаю, что со мной тогда произошло, но крыша у меня явно не была на месте. Я даже ночью просыпалась ради того, чтобы немного поесть.