Не отдавай меня (СИ)

Я в ужасе мычу, но он обхватывает меня поперек тела и больно прижимает щекой к полке.
- Ты будешь молчать... Ясно?.. Потому что после того, как ты ему надоешь, я заберу тебя себе.
Продолжаю выть в руку, чувствуя, как из глаз хлынули горячие потоки. Он же изнасилует меня прямо здесь!
- Я подожду, когда он наиграется, но потом...
Протолкнув колено между моих ног, грубо на него подсаживает.
- Влад! - вдруг раздается выкрик Дарьи. - Отпусти ее!.. Ты что творишь, Влад?!
Я тут же получаю свободу и, метнувшись к выходу, юркаю мимо Даши и выскакиваю в коридор. Последнее, что слышу:
- Не удержался, Дашка... Вертит жопой, как шалава.
Несусь наверх пулей, добегаю до своей комнаты и прячусь в углу между стеной и кроватью. Глубоко дыша, глушу свою истерику, а потом иду в душевую и тщательно умываюсь. В голове проясняется, и дышать сразу становится легче. Причина тому реакция Дарьи.
Она выглядела так, словно стала свидетелем совершения преступления. Ее шокировало то, что она увидела и, наверняка, поговорит с ним и убедит больше меня не трогать.
Вернувшись в комнату, ложусь на кровать и глядя в окно, наблюдаю, как внезапно поднявшийся ветер пригоняет с собой черные грозовые тучи.
Дождь. Это хорошо. Обмоет и польет розу, до которой я сегодня так и не донесла воды, и освежит воздух.
Как только по стеклу начинают стучать первые капли, я поднимаюсь и открываю окно. Люблю грозу и шум дождя.
Залезаю под одеяло и слушаю раскаты грома вдалеке. Примерно через час, когда становится совсем темно, в окно ударяет свет фар, и моего слуха достигает звук приближающихся автомобилей.
Поднявшись на локте, несколько секунд прислушиваюсь, а затем, поднявшись в кровати, пробираюсь к окну и выглядываю наружу. Три огромных черных внедорожника, следуя друг за другом, подъезжают к зданию и останавливаются перед входом.
Мое сердце, подскочив горлу, проваливается в живот. Чувствую затылком фантомные прикосновения его пальцев.
Лютый приехал. Даже не видя, я чувствую близость этого киборга!
И, действительно, он и его брат выходят из одной из машин и вместе с другими мужчинами сразу заходят в здание.
Я закрываю окно и снова закутываюсь в одеяло. Как ни стараюсь, не могу справиться с разбивающей тело дрожью. Перед глазами снова встают сцены того, что произошло в цокольном этаже, я будто вижу себя со стороны, чувствую его пальцы на своей голове, каменную твердость скользящего во рту члена и вкус...
Кручусь в постели, пытаясь переключить сознание на другие темы. Удивительно, но получается. Думаю о доме и, безмолвно глотая слезы, вспоминаю о Шерике. Как он там? Подкармливают его соседи?..
Внезапно тишину взрывает звук удара и звон битого стекла. Схватившись рукой за шею, я подскакиваю на месте и слышу чей-то глухой крик за окном.
Пульс за мгновение разгоняется до максимальных отметок. Тарабанит в ушах, оглушая.
Бросившись босиком к окну, раздвигаю жалюзи вижу на бетоне чье-то тело в окружении осколков стекла. Мужчина не шевелится.
- Господи... - шепчу беззвучно.
Надеваю шорты, футболку, на ходу влетаю в сланцы и выбегаю в коридор. Там никого. Лечу до лестницы, скатываюсь вниз и несусь на улицу.
Он лежит в луже, частично окрашенной в бордовый цвет, и над ним кто-то уже стоит.
- Влад... блядь... Влад!..
Это Влад?! Он выпал из окна?!
В ужасе прижав руки ко рту, делаю шаг вперед и вдруг слышу, как за спиной раздаются мужские шаги.
Узнаю его мгновенно. Энергетика агрессии парализует.
- Уведите ее. - говорит, указывая на меня рукой, удерживающей оружие, и идет прямиком к стонущему от боли Владу.
  
Глава 19
 
Глядя прямо перед собой и переставляя непослушные ноги, иду, словно под конвоем, до комнаты, из которой мне велят не высовываться.
Меня колотит, и по коже гуляет озноб, но мозг кипит от догадок и предположений.
За что он так с Владом?.. Не случайно ведь тот выпал из окна?
Мечусь по комнате, запустив пальцы в волосы и царапая кожу головы. Задыхаюсь. То горю, то холодею от ужаса.
 
Не из-за меня ведь?.. Нет?..
Господи, что за мысли?! Конечно, нет!
Прижав ладонь в груди, осторожно, словно меня могут услышать, подкрадываюсь к окну и раздвигаю жалюзи.
Там стоит микроавтобус с раскрытыми задними дверями, в который как раз в этот момент толкают носилки с Владом. Его руки беспокойно двигаются на животе, а сам он что-то говорит равнодушно смотрящему на него Лютому.
Адам тут же. Накинув капюшон толстовки на голову, курит и наблюдает за тем, как убирают битое стекло с асфальта.
Нет, точно не из-за меня. Скорее всего, проштрафился где-то.
Немного успокоившись, я раздеваюсь до трусов и майки и снова залезаю под одеяло.
Свернувшись калачиком, концентрируюсь на мерном стуке дождя по стеклу и незаметно засыпаю.
Однако вскоре сквозь сон слышу звук открываемой двери и кожей чувствую скользнувший под одеяло холодок.
Открываю глаза и прямо перед собой вижу Лютого. Смотрит на меня, сидя на корточках у кровати.
Я ни пошевелиться, ни слова сказать не могу. Лежу перед ним ни жива, ни мертва. Во взгляде его как в трясине застряв.
Он не выглядит взбешенным или взволнованным. Черты его лица расслаблены, но пристальный взгляд из-под бровей и упавшая на лоб челка придают образу зловещности.
И запах... от него пахнет дождем, кровью и адреналином. Почти так же, как в ту ночь, что я нашла его раненого на берегу реки.
Сейчас я знаю, с чем ассоциировать этот запах и поэтому, сгребая одеяло в кулаки, подтягиваю его до самого подбородка.
Лютый реагирует незамедлительно. Протянув руку, тянет его вниз, и я не справляюсь. Ткань тут же выскальзывает из ослабших пальцев, и моя обнажившаяся кожа вмиг покрывается мурашками.
- Не надо... - пищу еле слышно, понимая, что это бесполезно.
Еще ни разу не помогло.
Не помогает и в этот раз. Снимая с меня одеяло, он обнажает сначала плечи, потом грудь и живот и, наконец, бедра. Убирает руку и, упираясь локтями в колени, кладет подбородок на сложенные в замок руки.
Я промерзаю насквозь, словно температура в комнате резко падает до минусовых значений. Даже трястись не могу, настолько мне страшно.
Закрываю глаза, мечтая умереть на месте и вдруг чувствую это. Легкое, почти невесомое, прикосновение к руке, что ударяет разрядом тока. Его пальцы на плече, дорожка вдоль ключицы, контур груди и тяжелая ладонь на ребрах.
Резкий выдох, и меня разбивает дрожь.
Он играет. Забавляется, как лев с мышкой перед тем, как раздавить ее лапой.
Закусив губы, подавляю всхлип.
- Тшш...
Я открываю глаза, смотрю в потолок, пытаясь принять неизбежное, а Ян поднимается на ноги и начинает раздеваться. Снимает черную футболку, тихо бряцая пряжкой ремня, расстегивает и стягивает джинсы.
Я не смотрю. Я боюсь.
Услышав шелест фольги, догадываюсь, что надевает презерватив. В этот момент у меня перехватывает горло, и я прячу лицо в руках.
Трясет сильнее. Я дышу, пытаясь настроиться, но не отнимаю рук от лица, даже когда просаживается матрас и с меня стягивают трусы.
- Убери руки. - говорит он тихо.
Я не могу, я боюсь видеть его!..
И тогда он делает это сам. Обхватив запястья, отводит руки в стороны. А затем, стянув бретели майки по плечам, оголяет грудь.
Я пытаюсь прикрыться, но Ян не позволяет, и тогда, поджав колени к груди, я отталкиваю его ногами. На что он, грубо разведя их стороны, устраивается между моих бедер.
- Нет! Нет!..
Замахиваюсь ладонью, которую он ловит на лету вдруг вижу его всего.
Огромного, сильного, беспощадного. Смотрю в пустые глаза татуировки на груди, а потом на стоящий вертикально член, настроенный на меня не менее агрессивно, чем его хозяин.
Сразу выдыхаюсь. Пусть возьмет, что хочет, и уходит.
Расслабляюсь и, Лютый, почувствовав это, тут же накрывает меня собой. Обездвиживает, придавливая всей тяжестью своего тела.