Не отдавай меня (СИ)

Я останавливаюсь, разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов, но меня тут же перехватывают и, извивающуюся в истерике, тащат в машину.
Я кричу. Мне больно. Болит все, что только может болеть. Душа, все нутро, кожа и даже волосы. Я сгораю заживо.
Машина едет, а истерика не проходит. Меня держат чьи-то руки, прижимают к сидению, не позволяя выпрыгнуть из джипа на ходу. Переговариваясь, они не обращают на мои стенания никакого внимания. В голосах шок и неверие.
В какой-то момент мои ресурсы резко заканчиваются. Я впадаю в состояние, напоминающее анабиоз.
Слышу разговоры по телефону и даже крик Адама в его динамике. Слышу, как охрана с кем-то говорит через опущенное стекло. И только когда меня трясут за плечо, поднимаюсь и понимаю, что мы на базе.
Обо мне словно забывают. Адам в ярости. Кричит на всю территорию, раздает удары налево и направо. Слышится звон стекла и грохот - переворачивается тяжелая, стоящая у входа, скамейка.
Я, стоя у открытой двери машины, наблюдаю со стороны, словно меня это не касается.
Затем, скользнув мимо мужчин, захожу в корпус и поднимаюсь на третий этаж.
Воздуха не хватает, легкие не справляются, и в глазах темные мушки. Но, не останавливаясь, дохожу на нашей с Яном бывшей комнаты и толкаю дверь от себя.
Темно. Пусто. Мертво.
Встав в изножии кровати, закрываю глаза и вдруг чувствую, как боль возвращается.
Со двора доносится рев Адама. Он растерян и раздавлен, и сжигает своей яростью все, что видит. Я тоже так хочу. Крушить, бить, ломать, кричать свою боль, пока не станет легче.
Но ведь не станет.
Яна это не вернет.
Ян!..
Повернувшись вокруг своей оси, я иду из комнаты. Мне нечего здесь делать без него. Шагаю обратно по коридору, постепенно ускоряясь. Резь в груди побуждает действовать. Делать хоть что-нибудь!..
Слетаю вниз, на первый этаж и выскакиваю на улицу.
- Где Адам?! - набрасываюсь на первого попавшегося мужчину.
Он бледен и дезориентирован, но кивает на здание.
- В цоколе.
Бегу назад. Пролетаю два лестничных пролета вниз и едва не врываюсь в толпу. Их здесь очень много, и на меня никто не обращает внимания.
Адама нахожу в кабинете. Он и еще двое из охраны, склонившись над ноутбуком, смотрят в монитор. Брат Яна курит, рука, удерживающая сигарету, сильно трясется.
- Адам!..
Вскинув взгляд, смотрит будто сквозь меня. Лицо белое.
- Адам, вытащи его!
- Уведите ее!.. - машет в мою сторону рукой.
- Адам!.. Сделай что-нибудь!.. Верни его! - прорезаю голосом гулкий шум.
- Уйди!.. Не до тебя!
- Не уйду!..
- Влад, уведи ее!..
- Нет!.. Адам!.. Позволь мне остаться!.. Мне тебе сказать кое-что надо!
Мрачно глядя, наконец, фокусирует на мне взгляд. Я иду прямо на него и, подойдя вплотную, беру его за рукав и шепчу в ухо:
- Я беременна, Адам...
Он, кажется, еще белее становится. Отстранившись, шокировано осматривает меня с ног до головы.
- Блядь...
- Адам... - проговариваю тихо. - Адам, пожалуйста, давай позвоним вашему дяде.
- Не лезь не в свое дело.
- Я сама позвоню, умоляю, дай мне номер...
Он смотрит на меня бесконечно долго, а меня колотит, потому что счет идет на секунды. Вижу, что сам думал об этом, и буквально слышу хруст, с которым ломаются его принципы.
- Отец в гробу перевернется...
- Вашего отца давно нет, а Ян...
Адам тяжело сглатывает и велит всем выйти из кабинета. Тушит окурок в пепельнице и берет телефон со стола.
  
Глава 67
 
- Литовский. - говорит Адам резко в трубку, когда на том конце отвечают. - Соедини с Боградом.
Мне холодно, словно я голая в прорубь провалилась. Тошнит немного.
Глядя на меня исподлобья, очевидно ожидает соединения. Наконец, слышу в динамике чей-то голос и по стиснутым челюстям Адама понимаю, что он принадлежит его дяде.
- Приветствую. - произносит холодно, включает телефон на громкую связь и кладет его на стол.
Я не шевелюсь и не дышу, словно это может ненароком разорвать ту тонкую ниточку, что протянулась между родственниками.
 
- Здравствуй, Адам!.. Здравствуй, милый! - раздается вальяжный прокуренный голос. - Луна на Землю упадет!.. Племянник любимый про дядьку вспомнил!..
Смеется, прерываясь на хриплый кашель. Старший Лютый, словно разминая шею, медленно поворачивает голову из стороны в сторону.
- Я по делу Боград.
- По делу, говоришь? По какому делу?.. На свадьбу меня позвать хочешь? Или на крестины к первенцу?.. А?..
- Ян у Турка... помоги...
Повернувшись ко мне спиной, Адам пристраивает бедра на угол стола. Я все еще не двигаюсь.
- Помоги-и-и... - копирует комично. - А сами-то что?.. Обосрались?
- Боград. Назови цену.
- Цену, блядь?! Отец вас так научил?!..
Адам оборачивается через плечо. Выглядит растерянным. На мой живот смотрит.
- Ты поможешь?.. Скажи, что сделать...
- Вы уже все, что можно, сделали.
- Ты про Марата? Они Яна стреляли!..
- В курсе! Не про Марата!.. - выплевывает с агрессией. - Хули сопли жевали целый год? Не Марата убирать надо было, а самого Турка. Дебилы!..
Сдержанно выдохнув, Адам повторяет свой вопрос:
- Боград, ты поможешь?
- Дядя Володя!.. Сука!.. Дядя Володя я для вас!..
Нервно проведя ладонью по лбу, тот переспрашивает.
- Дядя Володя, ты поможешь?
От затылка вдоль позвоночника струится холод, но сердце свое я чувствую. По щекам горячие слезы бегут.
Господи!.. Пожалуйста!..
Дядя Володя, пожалуйста!..
- Помогу. - проговаривает он после очередного приступа кашля. - Турок охуел в край, но договариваться вам с ним придется.
- Не вопрос. Мы уже предлагали перемирие. Он отказался.
- Согласится, никуда не денется, паскуда.
Я не могу больше себя сдерживать, падаю на диван и реву, спрятав лицо в ладони.
Мужчины обсуждают детали. Адам словно забывает о моем присутствии, говорит коротко и по делу.
А затем, отключившись, снова закуривает и принимается ждать.
- Он поможет, да?.. - икаю и всхлипываю.
- Блядь... - смотрит на меня, на мой живот и тушит сигарету. - Да. Ян знает?
Отрицательно качаю головой.
- Я не успела ему сказать. Не хотела по телефону.
Адам ничего не отвечает, сложив руки на груди, ждет звонка своего дяди. Нервничает, кусая нижнюю губу.
Тот перезванивает минут через пятнадцать. Он тут же принимает вызов, я вытягиваюсь в струну.
- Если честно, заебала ваша возня, Адамчик. - начинает Боград без предисловий. - Почистить территорию от Турка я не могу, сам понимаешь, не по понятиям... Он местный. В общак платит вовремя и дела в городе делал, когда ты еще мамкину сиську сосал.
- Мы договоримся, если он захочет.
- Захочет.
- С Яном что? - спрашивает, бросив на меня взгляд.
Все нервные окончания в узлы завязываются. Мышцы тянет, ногти кожу ладоней вспарывают.
- Отправь своих за ним. Привезут туда же, откуда забрали.
- Спасибо, Боград! - выкрикивает Адам и тут же прочищает горло. - Спасибо, дядя Володя!.. Я... мы не забудем...
- Встретиться надо, повидаться, да о делишках потрындеть...
- Да, давай... Яна заберу и встретимся...
- Там подлатать его надо будет. Потрепали немного.
- Подлатаем.
Я не сдерживаю болезненного стона. Зажав рот ладонями, снова срываюсь на рыдания.
- Кто у тебя там? - вдруг спрашивает дядька.
Адам награждает меня укоризненным взглядом.
- Жена Яна.
- О, как!.. Женился, а я ни сном, ни духом...
- Свадьбы еще не было. - оправдывается старший Лютый. - Позовем, обязательно, дядя Володя.
Они еще о чем-то говорят, я не слышу. Грудь и горло разрывает от рыданий. Боль и страх за него рушат меня изнутри.
- Иди наверх. - обращается ко мне Адам, вынимая несколько стволов из большого сейфа.