Рожденная Огнем (СИ)

Это была свадьба. Красивая, пышная и богатая. Принц в черном брючном костюме и белой рубашке, с волосами, забранными в хвост, выглядел немного нелепо. Виною тому была венчавшая его голову корона, делая образ не таким цельным. На мне было странного кроя платье и фата, тянущаяся на много метров за спиной, где ее держали с десяток маленьких деток, не позволяя тонкой, как паутинка, ткани дотронуться до земли. Я сидела на спине красивого белого жеребца с единственным черным пятном на лбу. Он походил на единорога, расставшегося со своим рогом. Из гостей я не узнавала никого. Ни родителей, ни друзей. Только незнакомые лица. Лансел мялся у алтаря, нервно перебирая в руках кольца. Того и гляди уронит на землю, и толпа прислуги кинется искать их под пышными юбками собравшихся. Заиграла музыка. Традиционный марш переплетался с красивыми мотивами какой-то чужой музыки. Размеренными шагами, гордо вскинув голову, конь шел навстречу моей судьбе. Замуж-то я не собиралась, но в данный момент мнение невесты никого не интересовало. Заранее швырнув букет, зажатый доселе в руках, в толпу страждущих дам, я попыталась развернуть коня, но поводьев не оказалось. На пришпоривание, похлопывание и подергивание за гриву животное не реагировало. Неужели все же придется выйти за принца?
Проснулась я в холодном поту. Странный сон, навеянный вечерними событиями и несколькими бокалами вина, оставил после себя странное двоякое впечатление и надежду, что сон не являлся даже смутным и отдаленным видением. Взгляд блуждал по бархатному балдахину. Я лежала на кровати, плотно закутанная в одеяло. Место рядом пустовало. Шторы раздвинуты, впуская в комнату дневной свет. На стуле аккуратно висела свежая одежда: синее платье в пол из плотной ткани, украшенной вышивкой, и туфли лодочки. Переодевшись, я вышла из комнаты, отправляясь на поиски кого бы то ни было. Первой, как всегда, меня обнаружила стража. Но как видно слухи разносятся быстро и меня провожали почтительными кивками и пожеланиями доброго дня. Гораздо приятнее предложения провести ночь за решеткой и тычков в спину обоюдоострыми предметами. Все остальные обнаружились в трапезной. Проспав до обеда и пропустив завтрак, организм срочно требовал подкрепиться.
— О, да это же будущая Королева! — взревел Вовка, сидящий лицом к двери и первым заметивший мое появление.
— Точно. И первым моим указом будет — отрубить тебе голову, — присаживаясь за стол рядом с Тайном, парировала я. Садиться рядом с принцем не хотелось, хотя он всячески намекам на это косыми взглядами. Положив себе аппетитной курочки, запеченной картошки и салата, я уткнулась в тарелку. Отпустит ли теперь Лансел меня из замка, или будет держать до появления новой суженой? Соглашаясь вчера на глупое предложение, я совершенно не думала о будущем. Хотя бы самом ближайшем.
— Мачеха завтра прибудет, — как бы невзначай, закидывая в рот картошину, протянул Лансел. Мы с Фьеллисом резко подняли глаза на принца.
— Что она здесь забыла? — слова застревали в горле вместе с куском только что проглоченной курицы.
— Получила известие о моей помолвке. Хочет познакомиться с избранницей принца и будущей невесткой. Отец тоже хотел бы приехать, но пока не может вырваться. Прости. Лансел усиленно ковырялся в тарелке, скрывая виноватое лицо.
Выражение, которое не пристало носить принцу.
— Лан, вот ей богу я уже жалею, что согласилась на эту авантюру.
Ты хоть знаешь, что твоя мачеха может со мной сделать? Лучше б ты пригласил свору бешеных собак на праздник! — откинувшись на спинку стула, я прикрыла глаза. Аппетит пропал так же быстро, как появился. Будучи единственными, кто не осведомлен о родственных связях моего жениха, Тайн и Вовка недоуменно переглянулись.
— Это Флориана, — не открывая глаз, пояснила я двум несведущим друзьям. — Флориана его мачеха.
— Эта женщина? — выкрикнул Вовка, вскакивая со своего места. Стул под ним покачнулся, но все же устоял. Возможно, именно это не заставило нескольких привычно дежуривших у дверей стражников ворваться в трапезную и накостылять моему другу. Я лишь виновато пожала плечами, ведь соглашаясь, у меня даже в мыслях не возникла вероятность встретиться с Королевой.
 
— И он это позволит? Зная кто ты? Кстати, почему он еще не отдал тебя ей? — понижая голос до полушепота, уточнил Вовка.
— Просто он не совсем знает кто я. Во все подробности Его Высочество я не посвящала. Даже непревзойденная интуиция будущего Короля не позволила бы догадаться обо всем, что я скрывала. Сейчас Лансел знал лишь об охоте за моей головой, устроенной его мачехой. Поэтому-то мне и были запрещены прогулки за пределы территории замка.
— Простите друзья, но я не мог отказать Королеве в визите.
— Мы уходим, — встав из-за стола, ровным тоном произнес Фьеллис.
На лице эльфа не отражалась ни одной эмоции способной хоть как-то подсказать, что творится в его голове.
— Согласна. Флориана, небось, уже потирает руки в своей дьявольской карете. А оставшись здесь, я отдамся ей на золотом блюде. Останется только яблоко в зубы сунуть, — я последовала примеру эльфа. Лансел поднялся следом, преграждая мне путь.
— Простите, миледи, но вы невеста принца. Я не могу так просто вас отпустить.
— С нами пойдешь? — наивно уточнила я, уже зная ответ. Как и ожидалось, принц отрицательно покачал головой. Фьеллис достал меч из ножен. Удивительно, как многочисленная стража не заставила его расстаться со своим оружием. Даже лук у эльфа не конфисковали, а ведь остроухих боялись именно из-за непревзойденной меткости. Правда, принц все же просил оставлять его в предоставленных покоях, ведь у стражи нервы все же не железные.
— Эльфов не трогают в нашем городе. Неужели вы хотите драться с правителем и даже возможно ранить его, ведь о вас идут очень лестные слухи как о великолепном мечнике? Как вы считаете, будут ли столь же милосердны люди на улицах к вашему народу? В стенах этого города расселилось довольно много смешанных семей, поэтому принц официально заявил своему народу, что просит соблюдать учтивость и снисходительность по отношению к данной расе, невзирая на то, что официальный королевский указ обещает за головы эльфов неплохое вознаграждение. Лансел рассказал мне это, когда узнал, что один из моих друзей — эльф. Дипломатии принцу было не занимать. Лицо его оставалось спокойным и величественным. Лансел повернулся к Фьеллису спиной, даже не помышляя о том, чтобы позвать на помощь. Он уже знал результат своей речи. Даже будучи изгнанным, эльф оставался эльфом. Фьеллис опустил меч и, сжав зубы, отошел в сторону.
— Принц, на два слова, — я потянула поменявшегося в лице Лансела в коридор, уводя обратно в его покои. Проверив, чтобы поблизости не было вооруженных и любопытных стражников, усадив Лансела в кресло у камина и сев на мягкий ковер, я подробно рассказала ему всю правду, особенно красноречиво описывая встречу с Флорианой и ее потаенные желания. Молодой человек несколько раз менялся в лице, возможно не до конца доверяя сказанному.
— Теперь ты понимаешь, почему мне нельзя с ней встречаться?
— Теперь я понимаю, почему ты привлекла меня, — задумчиво произнес принц. — Ты другая. Боже, и что творится в этой коронованной голове?
— Лан, она хочет меня убить, ты понимаешь это или нет? Вчера ты сказал, что своим решением я спасла тебя. Так помоги и ты мне!
— Прости, Элея, но я не могу не познакомить тебя с ней. Но я обещаю, что с тобой ничего не случится. Она не тронет тебя, пока я рядом, — Лан опустил руки мне на плечи. И почему он такой упрямый?
 
— Что ж, слова принца закон в этом мире, — стряхнув его руки и поднимаясь на ноги, произнесла я. — Если вы не возражаете, я вернусь к друзьям и попрощаюсь. Вероятно, они решат не присутствовать на моей экзекуции.
— Элея… Покинув комнату, погрузившуюся в напряженную тишину, я вернулась в трапезную, где в ожидании томились мои друзья. Мой скорбный вид сразу расставил все по местам, не требуя лишних вопросов. Фьеллис расстроено опустился на стул.