Дальний и Ближний (СИ)

Неожиданно открывается дверь и входит Шип.
— Лейтенант, ты свободен. Молодец! Профессионально умеешь тянуть время.
— Рад стараться, товарищ капитан!
Выходит, оставив нас одних.
Где моя Белка⁈- посыл глазами.
— Что ты на меня так смотришь? — отходит к окну. — Сюда подойди, — манит пальцем.
Послушно выполняю.
— Вон туда посмотри, — показывает на дорогу.
Там стоит небольшая белая машина, припаркованная на обочине. А рядом у скамейки ходит туда-сюда девушка в пальто нежно-розового цвета. Стрижка очень короткая и белые волосы.
— Девушка, как девушка. И что?
— А ты приглядись, — слегка улыбается и достаёт из пачки сигарету, подкуривает.
Она садится на скамейку и зажимает коленками ладони. Прямо как…
— Алина?
— Сейчас она снова Ольга, но не в этом суть, — приоткрывает окно и выпускает дым.
Я глаз от неё отвести не могу. В груди что-то надулось и распирает изнутри. Кажется, это моё сердце.
Срываюсь к двери.
Вспоминаю.
— Разрешите идти? — умоляюще смотрю на Шипа.
Он старше по званию, а я по форме.
— Разрешаю.
И всё!
Я как Флэш срываюсь с места и несусь на улицу. Меня даже на посту не успевают перехватить, а я без пропуска. Он на столе в кабинете остался. И рюкзак.
Похрен!
Сначала Белка.
Даже по сторонам не смотрю, когда дорогу перебегаю. Чуть под машину не угодил.
— Придурок! Куда ты летишь⁈- орёт вслед водитель.
А я уже в метре от моей девочки, которая в ужасе закрывает руками лицо.
— Ты нормальный, Глеб⁈- подходит и бьёт в грудь кулаком. — Он же тебя чуть не сбил.
— Не сбил же, — обхватываю любимое лицо и смотрю в её зелёные глаза. — Белочка… Живая и здоровая…
— А ты, похоже, рехнулся…
Смотрит куда-то мне за спину.
— Глеб, что ты ещё натворит? — встревожено.
— Ничего…- не отрываю от неё глаз.
— Только не говори, что они не по твою душу.
Я даже ответить не успеваю, как двое из охраны управления заламывают руки и ставят ласточкой.
Слышу звук притормозившей напротив машины.
— Эй, что происходит? — знакомый голос.
Приподнимаю голову.
Шип с двумя стаканами кофе в подставке идёт от тачки к нам.
— Товарищ капитан, он сбежал без пропуска и вещи личные где-то оставил.
— Тарас, это ошибка какая-то. Он ко мне бежал, — плаксиво шепчет Белка.
Тарас?
Значит, в кабинете — Денис.
— Отпустить! — резкий окрик сзади.
К нам направляется как раз он, с моим рюкзаком в руках.
Меня отпускают.
Потираю плечи. Могли и вывих сделать.
Оля ойкает и шокировано смотрит то на одного, то на другого.
— Это он Тарас, — тот, что с кофе, широко улыбаясь, указывает на брата. — Меня Денис зовут.
— Ты вещи забыл, — Тарас отдаёт мне рюкзак.
Белка всё ещё в шоке.
— Всё нормально, Ольга. Мы просто близнецы. На залив вас он водил.
— Не понял? — врезаюсь в него взглядом.
— Угомонись, амурский тигр. Они только гуляли. Он женат.
— А ты?
— А я с чужими женщинами не сплю. Забирайте его, Оля.
Она послушно кивает и указывает мне на пассажирское место в своей машине.
Пальчики на руле подрагивают от пережитого, лицо белое.
— Давай, я поведу, — предлагаю, понимая, что она себя не очень хорошо чувствует.
— Я сама. Ты город не знаешь, и здесь движение интенсивное.
— Справлюсь, не маленький. Ты бледная.
— У меня гемоглобин низкий.
— Что случилось? Эти мне сказали, что ты получаешь какое-то лечение, — киваю немного головой назад.
— Не сейчас, хорошо? — поворачивается и улыбается.
Проводит нежно рукой по щеке.
— Нет, рассказывай.
Тяжело выдыхает.
— Аксенов в аэропорту подсунул мне в сумку витамины, которые пропитал ядом. А перед этим внушил, что я должна их обязательно принимать.
— Как это — внушил?
— У него специализация — гипнотерапевт. Или что-то в этом роде… Через две недели меня увезли в больницу при смерти. Тарас поднял своих знакомых врачей, нашёл профессора, который этот препарат придумал. Меня долго лечили. И сейчас я прохожу терапию. Чтобы поймать Аксёнова, в Благовещенск сообщили, что я умерла. Ну, а он тебе сказал. И ты поверил…
 
— Убедительно говорил. Теперь понятно, почему в аэропорту он мне сказал, что ты не вернёшься. Он был уверен: тебе не выжить.
Она удивлённо приподнимает красивые бровки.
Она как красивая куколка. Тонкая, хрупкая и воздушная. И белые волосы ей очень идут, хоть и стрижка очень уж короткая.
У меня всё внутри бурлить начинает от желания. Прямо сейчас поцеловать хочу.
— Я люблю тебя, — выпаливаю очарованно.
— И я тебя, — сжимает руку на пару секунд.
На светофоре не выдерживаю и набрасываюсь с поцелуями. Крыша едет от прилива крови к голове и паху.
Сигналят сзади.
— Глеб! Надо ехать… — когда сигналят чаще.
— Пошли они на хуй, — не отрываясь от любимых губ.
— Потерпи немного, скоро до дома доедем, — выворачивается из моих объятий и успевает прошмыгнуть, пока не включился красный.
Зажмуриваюсь, откинувшись на подголовник. Внизу тянет, пиздец. Всё налилось и в боевой готовности.
Поэтому когда доезжаем и поднимаемся в квартиру Белки, я, не осматриваясь, сразу подхватываю её на руки и впечатываю спиной в стену. Губы жадно впиваются, а я язык пробивает дорогу в рот.
Руками нащупываю пуговицы на пальто и нервно расстёгиваю.
— Хочу тебя, — шепчу, вжимаясь губами в хрупкую шею.
Хихикает.
Слышен звук молнии на моей куртке. Скидываю её на пол.
Обхватывает за пояс, выдергивая рубаху.
Прохладными пальчиками скользит по моей горячей коже на животе. Выше. Слегка царапает.
У меня болезненный спазм.
— Я так скучала…- целуя в скулу.
— А как я скучал.
— Идём, — берёт за руку и ведёт за собой.
Я плохо соображаю, но квартира огромная.
Заводит в спальню и толкает рукой, я падаю спиной на большую и мягкую кровать.
Пританцовывая, снимает платье, оставаясь в черном кружевном белье и чулках.
— Вау…- выдыхаю, облизываясь.
Такой я её ещё не видел. Это очень сексуально.
— Ты с причёской и имидж сменила? — обхватываю руками её бедра, когда она садится на меня сверху. Игриво улыбается, расстёгивая пуговицы на рубашке.
— Цццц, — издаёт беличьи звуки и проводит ноготками от плеч до пояса, оставляя горящие огнем дорожки на коже.
Член толчком пытается распороть ткань на брюках.
Белка закусывает губку и водит по нему пальчиком.
Меня сейчас порвет, и я кончу, даже не начав.
Расстёгивает брюки, спускает резинку моих трусов, наклоняется и облизывает язычком головку.
Пизде-е-ц…
У меня сознание отлетает. Я уже с трудом понимаю, что происходит. Просто перехожу на инстинкты. А они требуют взять эту девочку и получить удовольствие.
Захват, переворот и Белка подо мной. Пока целую, снимаю одной рукой с неё трусики, второй ласкаю грудь. И беру своё. Жестко, грубо и беспощадно. Но ей нравится. Мне кажется, что она раньше никогда так не стонала во время нашего секса. У меня тоже тормоз исчезает. Стоны. Шепчу ей что-то пошлой на ушко. Не уверен, что она даже слышит. У неё сейчас такое лицо, словно она плавает в эйфории. И кончает. Раз, второй, третий… А потом вместе. И это феерично: со звёздами в глазах, и сердцем, бьющемся на пределах возможности.
Белка почти не двигается. С волнением прижимаюсь к ней.
— У тебя губы побелели, — обвожу пальцем припухшие губки.
Дышит прерывисто и глубоко.
— Алина?
Поворачивается ко мне.
Блин, я по привычке старым именем назвал.
— Оля, — поправляюсь.
— Всё хорошо… Просто у меня давно не было и нагрузки…
— Ну чего ты молчала-то? — приподнимаюсь на локтях.
— И лишить себя фантастического секса? Не-е-т…
— Я был бы нежным, а не как зверь, — прижимаюсь губами к виску.
Закрывает глаза и блаженно улыбается.
— Мне понравилось…