Дело одинокой канарейки
Даша заглянула под стол, там ничего не было. Потом она заметила щель между полом и холодильником, в глубине которой явно что-то белело. Распластавшись, с большим трудом вытащила недостающие кусочки фотографий. Стряхнув пыль и паутину, Даша аккуратно сложила их на столе.
С одного из фрагментов на нее смотрели снисходительные глаза Германа Лозенко.
Глава 37
1
Лозенко положил телефонную трубку и откинулся на спинку кресла. Он давно ждал этой минуты. Ждал и вместе с тем не верил, что она когда-нибудь настанет.
Однако надо отдать должное, она действительно постаралась максимально облегчить задачу.
– Мне нужно передать подарок одному родственнику. Это сюрприз. В камере хранения, на Курском, возьмешь сумку, там же рядом будут лежать ключи от машины. Все возьмешь и поедешь на ВДНХ. Адрес и номер ячейки я послала тебе по Интернету. Машина – серо-зеленый «БМВ», номер тоже в письме. Отключишь сигнализацию, откроешь багажник, положишь туда сумку. – И, словно предупреждая вопрос, с легкой усмешкой добавила: – Поспеши, времени у тебя в обрез. Человек должен получить свой подарок вовремя. Кстати, – звонившая выдержала паузу, – не вздумай в сумку сунуть свой нос. Подарок приготовлен не для тебя.
– Так, может, тогда попросить кого-нибудь другого? Я сейчас немного занят...
– Когда мне понадобится твой совет, я за ним обращусь. А пока собирайся и быстро на вокзал. Мне посторонние не нужны. Нет времени работать – так и скажи, отправлю тебя на заслуженную пенсию.
И бросила трубку.
Герман встал, окинул взглядом свой роскошный кабинет. Здесь он всегда ощущал себя таким... значимым. Таким уверенным и спокойным. А сейчас это ощущение пропало. Вместо него резкое, лихорадочное чувство опасности вдруг полоснуло по натянутым до предела нервам. Мелькнула мысль – а не бросить ли все, пока не поздно? Денег у него достаточно, документы – какие угодно, сесть на ближайший самолет и улететь подальше отсюда.
Но чем больше он уговаривал себя, тем меньше верил в реальность задуманного. Несколько заказов недоделаны, а деньги взяты полностью. Он мог бы вернуть их, даже заплатить неустойку, но прекрасно понимал, что никто не захочет брать деньги обратно даже с двойной неустойкой. С этими людьми шутки плохи. Если он сбежит, а потом они его найдут, от смерти спасти сможет только чудо. Да и то вряд ли.
Лозенко оттянул ворот дорогого джемпера, словно тот мешал ему дышать. Как хотелось бы исчезнуть. Прямо сейчас. Исчезнуть и больше никогда не появляться в этой проклятой стране, не общаться с этим быдлом...
С другой стороны, чего он ждет, ведь у него все для этого готово: деньги, документы, только поймать такси и доехать до аэропорта. Чего он боится? Они, заказчики, даже не подозревают о его существовании. Его знают только контрагенты. Да и то, знают лишь его электронный адрес, абсолютно безымянный, анонимный адрес. Никто никогда не сможет добраться до этого кабинета. А если и сможет, то его уже давно здесь не будет. Все о нем знает только она... При необходимости она найдет его даже на обратной стороне Луны. От этой мысли Лозенко застонал и снова сел в кресло.
Надо, надо было сделать ее своей любовницей.
А может, это просто хитрый ход с ее стороны? Может, таким образом она заставляет его сделать первый шаг?
2
Лозенко налил коньяк, но пить не стал, вспомнив, что надо будет садиться за руль. Отставив бокал, он продолжал размышлять. Не напрасно ли он переживает? Не важно, хочет ока его или нет. Кроме всего прочего, именно он, Герман Лозенко, является в этой хрупкой цепи единственным звеном между исполнителями и заказчиками. Его нельзя просто так потерять. Человек, придумавший такую схему, не может не понимать этого. Вполне вероятно, что это действительно ничего не значащая передача. Надо немедленно успокоиться и, не задавая ни себе, ни другим лишних вопросов, забрать сумку на Курском вокзале и отвезти по назначению.
Но если это простая передача, зачем столько сложностей?
Не в силах больше пребывать в неизвестности, Герман прошел в холл, раздраженно сдернул с вешалки пальто и вышел из квартиры, даже не посмотрев по обыкновению на себя в зеркало.
Глава 38
1
Воскресенье подходило к концу. Даша задумчиво смотрела на телефон. Это даже смешно: из десяти звонков все десять мимо цели. И куда народ мог разбежаться? Отпуска вроде закончились, а на дачу не поедешь – на улице холод собачий. Она автоматически взглянула на окно, завешенное одеялом, и поежилась. Интересно, когда, черт возьми, в Москве начнется отопительный сезон?!
Моросил бесконечный дождь. Даша включила все четыре конфорки плиты, натянула еще один свитер и, подперев рыжую голову, пригорюнилась. Картина вырисовывалась невеселая: друзья-знакомые разбежались в разные стороны, словно тараканы; хозяйка с деньгами и ключами исчезла в неизвестном направлении; у нее у самой квартира в одной стране, работа в другой, денег нет вообще. От семьи одни фотографии остались. А главное, ни малейшего представления, как жить дальше.
Кстати, по поводу денег, когда, интересно, на работе зарплату выдают? Кажется, этот пункт она забыла уточнить.
Даша потерла кончик носа – влажный и холодный, как у здоровой собаки.
Ведь если Анька решила от нее сбежать, жить будет не на что... Правда, в холодильнике какой-то корм остался, но за батон хлеба в метро не пустят. А как же тогда зарплату получить? Зарплата на работе, она здесь, а в метро – злые автоматы.
Мысль о зарплате немного согрела. Однако огорчало то, что она никак не могла вспомнить, в какой же именно момент ее должны выплатить – до того, как начала работать, посередине или в конце. Единственно, что Даша знала твердо: рано или поздно деньги обязательно должны заплатить. И опять вздохнула: ясно одно – это произойдет не сегодня. Сегодня воскресенье.
Больше всего ее смущало исчезновение Анны. Подруга не только предоставляла кров и стол, но и поддерживала все ее дурацкие начинания. Куда Петрова могла деться? Неужели и правда обиделась из-за этой драки?
Даша подула на ладошки. Изо рта еле заметно шел пар. Она выдохнула еще раз, убедилась, что это действительно пар, и с ужасом представила, что произойдет, когда ударят настоящие холода. Нет, она и в самом деле негодяйка – хозяйку выжила, устроила из приличной квартиры какой-то бомжатник...
Но где, черт побери, бродит Петрова?
И тут, как всегда, ей в голову пришла гениальная мысль.
2
Денег хватило только на метро. От метро до дома Лаймониса пришлось идти пешком минут двадцать.
Перед входом Даша помялась пару секунд ради очистки совести, решив, что долг приличиям отдан, решительно потянула дверь на себя.
Однако в лифте силы снова покинули ее. Она отчетливо представила, как рассердится Аня, увидев ее физиономию. Даша пыталась сосредоточиться, чтобы придумать более или менее вескую причину для своего визита, но ни одно даже мало-мальски подходящее оправдание не приходило ей в голову.
«Ладно, откроют, выдам что-нибудь экспромтом», – подумала она и нажала кнопку звонка.
Некоторое время по ту сторону двери было тихо. Даша уже было подумала, что ошиблась в своих расчетах, и Аня с Эдиком развлекаются где-то в другом месте, как за дверью послышались шаги и характерный шорох: видимо, кто-то пытался разглядеть ее в глазок.
Даша придала своему лицу несчастное выражение. Может, сжалятся.
Наконец дверь распахнулась. Вопреки ожиданиям, вместо заигравшейся парочки в проеме возник хмурый физик в темно-зеленом махровом халате.
– Здрасьте, – робко произнесла Даша и попыталась заглянуть физику за плечо, не виднеется ли где подруга.
– Привет. Чем обязан?
– У вас Анечки случайно...
Леонид отрицательно покачал головой.
– Я один. – Помолчал и многозначительно добавил: – Работаю.