Королевская невеста-затворница (ЛП)

— Церемония будет длиться три дня, — объясняю дамам. — Все три дня в тронном зале должны быть накрыты праздничные столы для воинов-циклопов. Пошлите гонцов к нашим ближайшим соседям, думаю присутствие на свадьбе представителей ишремской знати совсем не повредит. Чем скорее разнесется весть о нашем союзе, тем лучше.
Одна робкая женщина (кажется, одна из кузин бывшего лорда-управляющего) нервно сжимает в руках меховую муфту и озабоченно смотрит на меня.
— Как долго циклопы здесь пробудут? — спрашивает она низким тихим голосом. — Когда они снова уедут?
Я смотрю на женщин широко открытыми глазами и не знаю, что сказать. Они напуганы, и в этом нет их вины. Все мы слышали ужасные истории о жестокости воинов-циклопов, видели, на что они способны, когда рушился наш дом. Полагаю, женщины решили, что циклопы снова начнут нападать и грабить мирных жителей, а потом как ни в чем не бывало уедут в свои охотничьи угодья развлекаться и делить награбленное.
И тут я понимаю, что сама совершенно не знаю планов Матиора. Может он с самого начала планировал, женившись на мне, оставить править Ишремом и уехать со своими людьми, как только завершится брачный обряд. Мне бы радоваться такому раскладу, но от чего-то в душе лишь разочарование.
— Вечером я уточню этот вопрос у короля, — заверяю я ее.
***
До вечера мне так и не удалось увидеться с Матиором, можно было подумать, что он уехал, если бы не толпы воинов-циклопов, наводнивших замок. Циклопов сложно не заметить: сильные, загорелые, вооруженные до зубов, войны в одних кожаных штанах ярко выделяются на фоне бледных, худощавых, добротно одетых жителей Ишрема. Циклопы повсюду: патрулируют территорию вдоль стен замка, ходят по двору, устраивают спарринги в полях. Один из воинов всюду меня сопровождает. Следовало ожидать, что Матиор приставит ко мне охрану. Я не возражаю против подобных мер безопасности, но на все мои попытки заговорить с навязанным сопровождающим, воин отвечает лишь молчанием.
Устав от тщетных поисков будущего супруга, удаляюсь в свои комнаты. Отправляю одну из дам с запиской для моего охранника с поручением найти Матиора и пригласить на ужин в мои покои. Не знаю, примет ли он приглашение, но попытаться стоило в любом случае.
Вечер. В покоях накрыт стол с великолепным блюдами и лучшим вином, а я терпеливо жду будущего мужа, удобно расположившись в кресле. Я решила поселиться в своих старых покоях, хотя от знакомой с детства обстановки здесь ничего не осталось. Сложно не зацикливаться на прошлом, но я стараюсь.
Матиор приходит вскоре после наступления темноты, но, к моему великому удивлению, не один, а в сопровождении троих воинов. Мужчины выстраиваются вдоль стены у двери, а сам Матиор, скинув с плеч меховую накидку, направляется ко мне.
— У нас какие-то проблемы? — спрашиваю я, дождавшись, когда Матиор устроится в кресле напротив.
— Проблемы? — переспрашивает он, наполняя кубки вином. Практически осушив свой с одного глотка, Матиор устало откидывается на спинку кресла и тяжело вздыхает. Я вдруг замечаю, что он немного вспотел, и внезапно начинаю нервничать. В миг холодеют ладони, а сердце начинает неистово колотиться от одного лишь взгляда Матиора.
— Ты пришел в мои покои с охраной. Ожидаешь неприятностей? — я выгибаю бровь. — Или это меня ты опасаешься?
Он откидывает голову назад и смеется.
— Ах, милая Халла, не смеши меня, ты и мухи не обидишь.
— Тогда в чем же дело?
Матиор подается вперед, лукаво улыбаясь.
— Мы еще не женаты. Они здесь в качестве сопровождающих. По традиции мы не можем находиться наедине, пока ты официально не станешь моей женой.
Щеки жарко заалели.
— Теперь понимаю.
Я нервно поднимаю кубок и выпиваю вино до дна, после его признания мне нужен этот глоток храбрости, чтобы продолжить разговор. Я заставляю себя расслабиться, аккуратно ставлю кубок на стол и спокойно говорю:
— Я предупредила экономок о свадебной церемонии. Скажи, когда ты хочешь…
— Завтра.
Во взгляде Матиора горит желание. Он делает еще один глоток и продолжает:
— Мы начнем завтра со Смотрин невесты.
— Хорошо, — еле слышно отвечаю я. Завтра меня разденут догола на глазах у толпы и словно варварскую рабыню преподнесут в дар будущему мужу. Страшно от одной лишь мысли об этом, но в тоже время и сладко-волнительно. Поерзав на стуле в попытке заглушить ноющую боль внутри, верчу в руках кубок.
— Сколько времени ты планируешь провести в Ишреме после церемонии?
Его взгляд сужается.
— О чем ты говоришь?
Боюсь, я его обидела. В преддверии свадьбы злить жениха не самая лучшая идея. По спине побежали неприятные холодные мурашки. Нервно облизываю губы и стараюсь взять себя в руки.
— Твой отец не пожелал надолго оставаться в новых владениях. На сколько мне известно, циклопы — кочевой народ. Наш край не может похвастаться богатыми охотничьими угодьями. Ишрем — земля пахарей и земледельцев. Мне просто любопытно, как надолго ты собираешься остаться в Ишреме после свадьбы, прежде чем отправиться на родину?
Матиор поднимается с кресла. Боюсь, что сказала или сделала что-то настолько оскорбительное, что он сейчас уйдет. «Нужно что-то сказать, остановить его…» Но вместо выхода Матир направляется к окну, распахивает ставни, а затем смотрит на меня.
— Подойди и скажи, что ты видишь.
И я подчиняюсь, юбки шуршат по каменному полу.
— Уже темно, я ничего не увижу.
— Ну, не так уж и темно, — говорит он. — Иди ко мне.
Выглядываю в окно, силясь понять, что хочет показать мне Матиор. Из покоев открывается прекрасный вид на окрестности замка. Внизу, во внутреннем дворике суетятся слуги и стражники, спешащие по своим делам, в конюшнях ночью полно работы. На крепостных стенах мерцают факелы. Не вижу ничего необычного, поэтому смотрю дальше. За стенами замка вижу множество темных фигур, силуэты лошадей и костры. Мне удается различить, что треугольные темные фигуры — это палатки. Воины-циклопы решили остаться за стенами замка.
— Что это значит?
Матиор хмуро смотрит на меня, не понимая вопроса.
— Твои люди не собираются оставаться в Ишреме? Это ты хотел мне показать?
Матиор хмыкает.
— Войны не ночуют в замке, потому что хотят быть рядом со своими лошадьми. Вот и все. И нет, я хотел, чтобы ты увидела палатки.
Матиор весело смотрит на меня, словно теперь мне должно было стать все ясно. Но я лишь больше запуталась.
— И что с того?
— Циклопы не ставят палатки, если только не собираются задержаться на одном месте на некоторое время. В любом другом случае воин будет спать под звездами.
Матиор касается моей длинной косы, которую я перекинула через плечо. Волосы у меня густые и очень длинные, носить их распущенными на варварский манер не лучшая идея, но и делать богато украшенные прически, принятые в Ишреме, мне показалось неправильным. Так что в качестве компромисса я заплела простую косу без лишних изысков. Замечаю, насколько аккуратно с восхищением Матиор поглаживает тяжелую косу, и понимаю, что сделала правильный выбор. Мгновение уходит на осознание того, что Матиор продолжает что-то рассказывать, и я снова пытаюсь сосредоточиться на его словах.
— Мы остаемся.
— Правда? — неверяще спрашиваю я. — В Ишреме?
— Да, на время.
Матиор в задумчивости глядя в окно потирает кончик косы между большим и указательным пальцами.
— Отец не всегда принимал правильные решения. Правда, не могу назвать завоевание Ишрема ошибкой, — произносит он, чарующе улыбаясь, — в чем он точно был не прав, так это в безразличном, халатном отношении к своим владениям. Хороший правитель заботится о своем народе. Став королем, я обязан восстановить порядок и обеспечить благополучие всех земель, принадлежащих циклопам.
И снова не могу не восхититься мудростью будущего супруга.
— В твое отсутствие Ишремом могу управлять я.