Неожиданная Россия. XX век (СИ)

Зная же историю следующих после того Рождества месяцев и лет, фраза «Теперь не надо бояться больше человека с ружьем!» покажется скорее чёрным юмором. Переводивший её для Ленина «товарищ Рахья» всего через два месяца будет командовать финской красной гвардией в битве за город Тампере, крупнейшем сражении гражданской войны в Финляндии. Красные финны тогда проиграют наступающими войсками Маннергейма (ещё не маршала, а всего лишь бывшего царского генерала).
Но ровно век назад большая гражданская война ещё только разгоралась по городам и весям бывшей Российской империи. Что особенно удивительно – перед искушением праздничных каникул не устоял в те дни и генерал Деникин, будущий главный противник большевиков. Если Ленин с Крупской проведут праздничный отпуск в популярном до революции санатории Халила на берегу Финского залива (ныне посёлок Сосновый Бор под Выборгом), то генерал Деникин с молодой женой отправится на неделю в станицу Славянская, подальше от генералов и офицеров формирующейся «добровольческой армии» белых.
Впрочем, основная масса населения, судя по воспоминаниям современников, устраивала себе праздничные «каникулы» совсем просто – при помощи алкоголя. Благо, две революции 1917 года, хотя официально и не отменили введённый ещё царём «сухой закон», но превратили его в фикцию. «Полтава три дня пьянствует и громит винные склады» – запишет в дневнике 28 декабря (10 января) Владимир Короленко, популярнейший до революции писатель-«народник».
По соседству с Короленко, в городке Кобеляки приказчик Матвей Бабошко в тот день тоже отметит в дневнике: «Распространились слухи, что в Полтаве идёт бой, участвует артиллерия, и будто бы разгромлен винный склад. Не хватает в городе муки. Ветер и небольшой мороз».
31 декабря – 1 января / 12–13 января. «Кончился этот проклятый год»
Последний день 1917 года по старому календарю выпал на воскресенье, но в той России он не считался праздничным – обычный выходной. «Не холодный день с порывистым ветром… После чая разошлись до наступления нового года» – запишет в дневнике последний русский царь, не утруждая себя рефлексиями о завершении последнего года русской монархии.
Арестованный большевиками министр Шингарёв, когда-то поучаствовавший и в подпольной антимонархической деятельности, в дневнике за тот день будет более многословен, записав несколько коряво, но искренне: ««Последний день старого года и какого года! Я помню, что в прошлом году для наступающего нового года я высказал в статье пожелание, чтобы в 1917 г. получили, наконец, осуществления те стремления 17 октября 1905 года, которые остались невоплощенными в жизнь. Как далеко современная действительность опередила эти пожелания и в то же время как она их разбила…» Бывший министр Шингарёв не мог знать, что этот новый год станет для него последним в жизни – всего через неделю его убьют пьяные матросы-анархисты.
Большевики в силу своей атеистической идеологии Рождество не праздновали, поэтому уже тогда их местные организации начали отмечать именно Новый год. И вечером 31 декабря Ленин посетил праздничный концерт, устроенный в Выборгском районе Петрограда, в «Белом» (актовом) зале бывшего Михайловского юнкерского училища.
Накануне лидер советской России встретился с ещё остававшимися в Петрограде иностранными дипломатами, и французский военный атташе Жорж Садуль отметил в дневнике, что рождественские каникулы не пошли на пользу главе революции: «Ленин показался мне сегодня вечером усталым и мрачным. Видел его и вчера, после его возвращения из отпуска. Короткий отдых ни улучшил ни здоровья, ни настроения. Лихорадка спала, усталость не исчезла. Но за этим невероятным человеком столько силы и воли… Положение в стране, естественно, не блестяще. Транспорт работает всё хуже и хуже, что всё больше обостряет продовольственный кризис, и без того усугубившийся борьбой против Украины, которая отныне не пропускает на Север эшелоны с хлебом. Промышленность день ото дня разваливается…»
Первый день нового 1918 года – для Европы настало уже 14 января – Россия отметит и первым покушением на нового правителя. Автомобиль, на котором Ленин возвращался в Смольный, при повороте к Симеоновскому мосту (ныне мост Белинского) через реку Фонтанку, был обстрелян неизвестными. Пули в советского вождя тогда не попали. Лишь сопровождавший Ленина швейцарский коммунист Фриц Платтен получил лёгкое ранение – спустя четверть века ему так уже не повезёт, он будет застрелен конвоиром в сталинском лагере.
 
На другом конце огромной страны, в шести тысячах вёрст от всё ещё столичного Петрограда, во Владивостоке тот день отметит в своём дневнике Элеонора Прей, жена коммерсанта из США. «Одновременно с русским Новым годом, – пишет американка, – появился и крейсер под флагом “Юнион Джек”. Слава Богу, мир не забыл о нас. Но какой позор, как стыдно за Россию, что она опустилась до такого уровня, когда приходится посылать иностранные корабли для защиты её подданных. Что это будет за новогодний день за русских патриотов!»
В тот день в гавани Владивостока, действительно, появились британский эсминец и японский крейсер – так тихо и буднично начиналась иностранная интервенция. Следующие пять лет, пока не закончится гражданская война, столица Приморья будет фактически управляться чужими военными.
Зная историю наступившего век назад 1918 года, завершить рассказ о тех рождественских и новогодних праздниках хочется строками из дневника Ивана Бунина, ещё не Нобелевского лауреата. «Кончился этот проклятый год, – гласит дневник писателя за 1 января старого стиля, – Но что дальше? Может нечто ещё более ужасное. Даже, наверное, так. А кругом нечто поразительное: почти все почему-то необыкновенно веселы…»
  
Глава 25. Брестский мир как попытка выиграть проигранную мировую войну
 
Исполнилось чуть более века с тех пор, как в Брест-Литовске был подписан мирный договор между Советской Россией и странами германского блока. «Брестский мир» не понят как современниками, так и потомками. Прошедшее целое столетие так и не прояснило истинных причин и целей «похабного мира»…
Общеизвестно, сколь непреклонно и яростно добивался заключения этого мира вождь большевизма, глава Советской России Ленин. Добивался вопреки непониманию, а порой и прямому противодействию своих ближайших соратников. Добивался вопреки всему миру – поражение германского блока с момента вступления в войну США являлось делом времени, а страны Антанты были готовы признать правительство Ленина в обмен на продолжение войны…
Проще всего объяснить действия вождя большевиков плоской версией о «кайзеровском агенте». Но не тем человеком был Владимир Ильич Ленин, чтобы действовать не в своих политических интересах, а только по заданию германских спецслужб.
Вопреки здравому смыслу 3 марта 1918 г. сепаратный мир был подписан. Прошло немногим более полугода и Германия капитулировала, ноябрьская революция довершила крах Второго Рейха.
«Брестский мир» оказался незавершенным и вследствие этого непонятым глобальным замыслом стратега революции. Естественно, ни документы, ни работы самого Ленина не содержат и намека на истинную природу Брестского соглашения. Понять, что же скрывалось за словами о «передышке», можно только учитывая всю логику событий 1914–1918 гг.
В годы мировой войны, находясь на территории нейтральной Швейцарии, Ленин имел возможность реально оценить положение противоборствующих сторон. Германский блок, не сумев сломить сопротивление России и Франции, был втянут в позиционную войну на истощение. Поражение Германии было неизбежно. Но когда это случится? И в каком состоянии будут к этому времени победители?..
 
Ленин пошел на сотрудничество со стороной, заведомо для него проигравшей мировую войну. Замечу – первую всемирную войну в истории человечества! Встав во главе страны, надломленной войной и разрушенной буржуазной революцией, Ленин был вынужден решать сложнейшую геополитическую задачу сохранения единого и независимого государства. Более того – это государство должно было быстро обрести мощь, способную инициировать и возглавить мировую революцию.