Мариона. Планета счастливых женщин (СИ)

— В Ведомстве считают, что так будет честно по отношению ко всем. Правда, одного-то из кандидатов ты уже знаешь. Моя заявка на брак не активируется десять лет. Я привык довольствоваться аналогами и больше не планировал бороться за женщину. Я уже был женат, но она погибла, оставив мне сына. Гордас только на пороге взросления и сейчас ему особенно нужна мать. Впереди испытания по Уставу, у мальчика должен быть стимул вернуться. Только любящая мия может поддержать его веру в себя.
— Что значит «мия»…, - я спросила рассеянно, чтобы хоть что-то сказать, такой был разброд в голове.
— Это очень старое слово. Означает самое дорогое для человека существо — источник жизни, без которого остается только животное существование.
— И ты хочешь, чтобы я стала тебе женой и заменила ребенку мать?
— Да, я этого хочу. Но решать тебе, потому что я не вправе настаивать.
— Почему именно я? Мы же знакомы всего несколько часов, Лоут!
— Однажды я запретил себе думать о женщинах. О настоящих, живых женщинах. Мне было довольно и «кукол». А когда я увидел тебя на обреченном корабле… такую испуганную и дрожащую… Когда взял на руки… Я понял, что уже никогда не откажусь от тебя, Соня. Даже если ты предпочтешь другого. Я рассмотрю все способы тебя получить.
Глава 8. Столько новой информации
Патрульный космолет "Кастел"
Еще немного и, кажется, я добровольно соглашусь на «успокоительный» укол. Неужели это все со мной происходит взаправду?! И этот высокий представительный мужчина — вдовец почти терпеливо ждет моего ответа. Но если их законы таковы, как сказал Лоут и мне придется поспешно выйти замуж, чтобы из-за меня не передрались их «оголодавшие» мужчины, то…
О чем тут долго раздумывать! По сравнению с космическим рабством предложение Лоута — просто счастливый билет. Правда у меня куча сомнений и вопросов.
— Лоут, а мальчик не будет против? Как твой сын отнесется, что я у вас поселюсь и буду ему… эм…
«Наверно, мачеха, довольно суровое слово, даже произносить не хочу. Но у меня все-таки есть приличный опыт общения с подростками, например, мой брат меня младше на десять лет. Мы, конечно, частенько ссорились и даже порой в шутку воевали, но это же все по-родственному. Я постараюсь найти подход к парнишке, тем более мне уже жалко его. Надеюсь, он не будет видеть во мне врагиню, которая пришла занять место его дорогой мамочки».
Лоут поднялся с места и стал мерить небольшое пространство комнаты широкими шагами, разговаривая будто бы сам с собой. Признаться, я мало что поняла из его отрывистых тихих фраз.
— Гордас будет очень рад твоему появлению. Для него это словно бесценный дар. Он добрый, пожалуй, излишне добрый и открытый ребенок. Я начинаю бояться, что Маракх сильно его изменит, если не сломает совсем. Гордас ежедневно тренируется, но при сильном теле ему не достает духа и воли к победе. В нем нет злости, понимаешь, нет ярости и потому шансы вернуться ничтожно малы. А я не хочу его потерять, Соня. Ради него я готов на все. Кажется. Или я ошибаюсь. Посмотрим.
Потом мужчина неожиданно резко повернулся ко мне.
— Что еще тебя может беспокоить в нашем союзе? Да, у меня уже есть белые волосы, я не могу иметь детей. Но это обстоятельство можно легко разрешить.
Подобная тема вот прямо сейчас меня волновала мало. Какие там младенцы, самой бы уцелеть. Но я попыталась из вежливости поддержать разговор:
— Ты говоришь о врачебном вмешательстве? Искусственное оплодотворение? Знаешь, я даже не думаю…
— Нет! Никаких вмешательств в сокровенные таинства зачатия! Пусть на Сиане роботы-матки рожают новых людей из биоматериалов. Мы категорически против подобной ереси. И если тебе нужен ребенок, ты можешь получить его самым обычным путем, соединившись с подходящим мужчиной. По нашему закону, если муж недостаточно радует женщину, она вправе иметь друга. И даже не одного.
— Боже, какая дикость!
Лоут смотрел на меня холодными потемневшими глазами:
 
— Также ты сможешь уйти от меня после трех лет совместной жизни, если найдешь более достойного человека. И поверь, в них не бывает недостатка.
Я закрыла рот ладонью и только глазами хлопала. Он, что серьезно? Не удержаться от иронии:
— И часто у вас бывают такие «миграции»? А если в семье есть дети, тогда как? Женщина их забирает с собой и скачет от мужика к мужику со всем потомством? И это в порядке вещей, да?
— Особенность нашей расы такова, что в семьях появляется только один ребенок. Да, нас мало. А Мариона — лакомый кусочек для захватчиков вроде Сианы. И потому мы с детства учимся защищать свой мир. Развиваем военную отрасль, учимся сражаться всеми возможными способами. И Корона. Конечно, нас оберегает Корона.
— Я так поняла, что речь идет о каком-то огненном облаке вокруг вашей планеты, правильно?
— Корона состоит из трех колец: огненного, ледяного и газового. Подобные линии обороны не по зубам даже ненасытной Сиане. Только марионский корабль имеет маркеры, способные распознавать «щели» и посылать сигнал для открытия Врат. Только инспектора с Марионы могут решать — впустить ли в "домашние" слои атмосферы летательный объект или распылить его на микрочастицы, если это чужак.
— Да уж, Вселенная здорово позаботилась о вашей безопасности. Но это вечный закон природы — если вид малочислен, то должен быть великолепно защищен и приспособлен, иначе его сомнут в цепи эволюции.
— Вселенная? Может быть… Но мы верим в Создательницу. Она дала нашим предкам законы и поныне вершит наши судьбы.
— Ммм… ты имеешь в виду какую-то вашу мифическую богиню?
— Она одна и совершенно реальна. Ее имя — Мариона. И она хочет, чтобы ты жила на ее земле.
«Вот это сюрприз! Неужели они все там верят в подобные сказки… И личные отношения у них странные. Жена может свободно иметь любовников, рожать от них детей. Вот только не понятно, почему всего один ребенок в семье, неужели таковы особенности их расы?»
Я уткнулась подбородком в колени, прижатые к груди, и сомкнула веки, желая хоть на минутку отрешиться от всей этой неразберихи. Совершенно нет сил обдумывать порядки на Марионе, чепуха какая-то получается, но ведь мне придется подстраиваться под столь нелепую систему, раз уж я оказалась здесь.
И я даже не стала спорить, когда Лоут отвел с моего плеча волосы и, придерживая за спину, уложил на постель. Только о дреме и речи не могло быть, над ухом тотчас раздался глубокий проникновенный голос:
— Ты устала. И я слишком много открыл тебе сразу. Боялся, что не успею. Соня, я не хочу тебя отдавать другим, понимаешь. Я все могу сделать для тебя сам. Ты не пожалеешь, Соня.
Ну, чего он ко мне пристал со своими предложениями… Ничего мне от них не надо. Я просто хочу оказаться дома, хочу, чтобы весь это кошмар с похищением стерся с памяти как дурной сон. Лоут целует мои закрытые глаза, мокрые от слез, заправляет за ухо прядку волос, щекочет губами мочку уха. Шепчу еле слышно соленым губами:
— Не надо.
— Я совсем тебе не приятен?
Пришлось открыть глаза, и я тут же окунулась в сине-зеленое «море» под темными бровями… Может, зря я так зациклилась на себе. Лоут выглядит как обычный мужчина, причем в совершенной физической форме. И проблем у него тоже хватает. Один сына растит. Измаялся без женского внимания. Весь в работе. А мальчик тогда с кем?
Решение пришло мгновенно. Раз уж так все случилось бестолково в моей жизни, надо о себе забыть и попытаться хоть что-то хорошее сделать для других. Попробую стать хорошей мамой. Ну, и женой… А что требуется от жены? Слезы мои моментально высохли и щекам стало жарко. А Лоут лежит рядом и будто читает все мои мысли, вон даже улыбается лукаво.
 
— О чем ты еще боишься меня спросить?
— Надо составить список вопросов. А среди них есть очень деликатные.
— Я слушаю.
— Выходит так, будто мы оба стоим перед обязанностью вступить в брак. Я так это осознаю. Тебе нужно заполучить мать своему сыну, а мне по вашим правилам нельзя оставаться одиночкой, раз кругом изнывающие без партнерши самцы. Но я привыкла считать… У нас так принято, Лоут, то есть я бы так хотела…