Завязать след (ЛП)

Мой гнев вспыхивает. — Отлично. Ну, Винсент, ты можешь убираться на хрен из моего кафе, — огрызаюсь я.
Его глаза расширяются. — Правда, — говорит он низким голосом. — Ты обычно разговариваешь с людьми, которые пытаются тебе помочь подобным образом?
— Ты только что сказал мне, что моя подруга, вероятно, мертва, — шиплю я.
— То, что тебе не нравится то, что я сказал, не делает это менее правдивым, — парирует он, приподнимая бровь.
— Ну, если бы я в это верила, то, вероятно, заперлась бы дома на следующие несколько лет, — говорю я. — Потому что, если у меня не будет никакой надежды, я ни за что не смогу жить дальше.
То, что я сказала, задело его за живое. — Надеяться бессмысленно, — тихо говорит он. — Реальность всегда наступает.
У меня вырывается невеселый смешок. — Я уверена, что так и есть, — говорю я, изо всех сил стараясь не сорваться на нем. — Спасибо, что напомнили мне об этом.
Он продолжает изучать меня, затем разочарованно вздыхает. Его пальцы перебирают волосы, когда он смотрит на меня. — Послушай, я не…
— Пожалуйста, уходи, — тихо говорю я, грустно улыбаясь ему. — Я закончила этот разговор.
Может быть, я драматизирую и груба. Я не знаю, как далеко зашел Винсент, чтобы навестить меня, но он действительно потратил время, обсуждая со мной Эйприл.
Но я не могу смириться с мыслью, что она…
Я просто не могу.
Я не могу пойти по этому пути, а этот Альфа только что попытался погасить искру надежды, которая у меня еще осталась.
Наконец, он встает, не сводя с меня глаз. — Приятно познакомиться, — ворчит он. — Я расскажу Лэндону, что мы обсуждали.
Я коротко киваю, не позволяя ему увидеть слезы, которые грозят пролиться. И все же, когда он уходит, я не могу избавиться от чувства, что совершила ошибку.
Но я хватаю наши чашки и салфетки, чтобы выбросить их. Затем достаю телефон и отправляю групповое сообщение Ривер и Лэндону.
Ваш друг — мудак.
29
РИВЕР
Я в двадцати минутах езды от городка Скайлар, не обращая внимания на сердитые взгляды полицейских, прохожу мимо оградительной ленты на месте преступления и вхожу в дом.
Я из бюро "Альфа". Если у них возникнут долбаные проблемы, они могут позвонить правительству.
Это очередная передозировка O .
На этот раз это девятнадцатилетний студент колледжа.
Лэндон уже там, и он вкратце рассказывает мне о событиях.
— Они думают, что это новая формула, — говорит он, нахмурившись. — Но это первая известная передозировка в этом городе.
— Дерьмо, — говорю я. — Блядь.
— Очень проницательно, — сухо говорит он. — Я обязательно передам родителям твои наилучшие пожелания.
— Привет. — К нам подходит один из офицеров Бета, которому я не досаждал. — Ребята, вы сейчас работаете над какими-нибудь делами о пропавших людях?
Мы оба поворачиваемся к нему. — В Айлтоне пропала Омега, — говорю я. — Почему ты спрашиваешь? Ты что-нибудь слышал?
Офицер качает головой. — Не об этом. Омега, которая жила здесь, пропадала все выходные. Ей двадцать лет. Ее лучшая подруга тоже пропала в ту же ночь.
— Подождите, что? — Рявкаю я. — Что вы имеете в виду, говоря, что они пропадали все выходные? Вы, идиоты, вообще составили отчет?
— Ривер, — предупреждает Лэндон.
Офицер хмурится. — Слушай, я понимаю, ты считаешь себя крутым дерьмом, потому что работаешь в Бюро, — рычит он. — Но мы и здесь выполняем свою работу. Ее родители не упоминали об этом до этого момента.
Я обмениваюсь взглядом с Лэндоном.
Три пропавших Омеги с интервалом в двадцать минут друг от друга?
— Черт, — говорю я, в то же время мой телефон жужжит.
Ваш друг — мудак.
Я замечаю, что она отправила это нам обоим, и Лэндон достает свой телефон и вздыхает.
— Что он сделал? — бормочет он.
— Вероятно, он был самим собой, — говорю я. — Своей уникальной, очаровательной личностью.
— Я действительно думал, что он сможет ей помочь, — бормочет он, качая головой. — Глупое предположение.
 
— Винсент пятилетней давности мог бы, — говорю я. — Не такой, какой он сейчас.
Я быстро отвечаю Скайлар, прежде чем продолжить разговор с офицером.
Жаль это слышать, красотка, но я не удивлен. Мы можем заехать к тебе вечером? Мы неподалеку.
Она посылает смайлик в ответ, и на мгновение в мире все становится на свои места.
Спустя несколько часов все изменилось.
Я подъезжаю к ее дому, страшась предстоящего разговора.
Лэндон говорит, что все пройдет хорошо.
Но я ее знаю.
Это будет нехорошо, и она не захочет слушать.
Но сейчас нам нужен единый фронт, когда мы будем разговаривать со Скайлар.
В идеальном мире я бы всегда держал ее при себе. Увез ее из Айлтона и запер в своей квартире, где она будет принадлежать только мне.
Но это эгоистично, и я бы свел ее с ума.
Лэндон уравновешивает нас, как бы мне ни было неприятно это признавать.
Я еще не дошел до конца подъездной дорожки, когда заметил перемену в ее запахе.
Оно слегка прокисло.
Она расстроена, и я чертовски ненавижу это.
К тому времени, как я подхожу к ее двери, я чувствую соленый запах ее слез.
Когда она открывает со слезящимися глазами, я не могу удержаться и заключаю ее в объятия.
— У тебя есть мы, — бормочу я, когда она кладет мою голову мне на грудь. — Я здесь.
Я позволяю ее запаху заземлить меня, и выпячиваю грудь, издавая для нее тихое мурлыканье.
Она вздыхает в моих объятиях, затем отходит от двери, чтобы я мог войти. Лэндон сидит на диване с желтым макароном в руке и кружкой перед ним на кофейном столике.
— Только что воспользовалась моим френч-прессом. Хочешь немного? — спрашивает она с выражением поражения на лице. Она выглядит бледнее, чем раньше, и темные круги под глазами вернулись.
— Что этот мудак тебе сказал? — Требую ответа я, следуя за ней на кухню. Я с тревогой наблюдаю, как она наливает большую чашку кофе, затем молча протягивает ее мне. Вздыхая, она садится на диван рядом с Лэндоном.
Я сажусь с противоположной стороны от нее, так что она оказывается зажатой между нами.
— У него очень пораженческий настрой, — говорит Лэндон. — Он не очень надеялся, когда обсуждал Эйприл.
— Нет, — хихикает Скайлар, уставившись на кофейный столик. — Он сказал, что она, вероятно, мертва.
Я сжимаю и разжимаю кулаки. Вот ублюдок.
Есть способ подойти к этим темам, и теперь, когда Винсенту стало не пофиг, я могу только представить, что этот кусок дерьма сказал ей.
— Я пообещала себе, что не буду плакать, — добавляет она, вытирая лицо. — Вполне возможно, что она ушла. Просто… он так негативно отнесся к этому. Он даже не хотел пытаться. — Ее голос срывается, и она стонет. — Черт, — бормочет она, качая головой. — Что с ним такое? И он сказал, что вы, ребята, даже не друзья?
Я обмениваюсь взглядом с Лэндоном, и он приподнимает бровь, как бы говоря, я не тот, кто собирается ей рассказывать.
Это история, которую даже я не хочу рассказывать.
— Одно дело вышло боком, — говорю я, изо всех сил стараясь быть кратким. — И после этого он досрочно ушел на пенсию. У нас были некоторые разногласия.
Она поднимает на меня взгляд, ее голубые глаза сияют. — Он все еще придурок, — бормочет она. — Я чуть не вылила на него свой горячий кофе.
Лэндон кривит губу. — Я бы с удовольствием стал свидетелем этого, — посмеивается он.
Мы замолкаем, и я расслабляюсь на ее диване, потягивая свой кофе. Это спокойный момент после напряженного дня, и я хочу наслаждаться ее ароматом и обществом, пока могу.
— Ну что ж, — говорит она. — Я могла бы организовать больше поисков. И когда я вернусь завтра на работу, я составлю планы с остальными. Мне просто нужно продолжать идти вперед, чтобы не развалиться на части.
Она делает глубокий вдох, откидывается на спинку дивана и кладет ноги на кофейный столик.