Злой наследник

— Кирилл, Николай, чем обязан такому удовольствию? Сегодня суббота, и я бы подумал, что такие молодые парни, как вы, будут опустошать где-то свои яйца, а не ехать в гости к отцу. – Голос Виктора был полон язвительного веселья.
 Я зашел в его кабинет, убедившись, что моя маска надежно закреплена. Я не мог допустить, чтобы Виктор увидел, как бомба, сброшенная Нико потрясла меня.
— Я помню те дни, когда был молод, силен и полон спермы и слюны.
 Виктор хрипло рассмеялся, вставая, чтобы подойти и обнять своих сыновей. Он поцеловал нас в обе щеки.
 Как всегда, от прикосновения человека, который создал и проклял меня, у меня по коже поползли мурашки.
— Кирилл не знал о своей помолвке, – тут же сказал Николай.
 Виктор вздохнул, отворачиваясь.
— И тебе не терпелось рассказать ему? – он повернулся и бросил на меня вызывающий взгляд. — И? В чем проблема?
 Виктор Чернов был абсолютно уверен в своей способности сокрушать противников. Своим взглядом он бросил мне вызов не согласиться с ним.
— На ком я женюсь? – спросил я наконец.
— София Де Санктис.
 Дерьмо. София Де Санктис была принцессой итальянской мафии в Нью-Джерси. Они контролировали Атлантик-Сити и чертовски много богатств, которые туда стекались, как легально, так и нет. Королевская семья преступного мира. В этом браке мой отец будет заинтересован любой ценой.
— Почему я? У них с Нико своя история, – заметил я.
 Нико с мрачным видом коснулся своей щеки.
— История? Она изувечила это красивое лицо лучше, чем кто-либо из мужчин.
 Виктор вздохнул.
— Софии не нравится Николай. Она не хочет быть с ним, и по какой-то причине ее отец склонен прислушиваться к ней. По крайней мере, в данный момент. Ты - единственный вариант, – сказал Виктор.
— Я не хочу жениться.
— Не моя проблема, – Виктор отвернулся. На этом разговор был окончен. — Но раз уж мы заговорили об этом, ты можешь встретиться со своей невестой сегодня вечером. Я договорился об ужине с Антонио Де Санктисом, чтобы обсудить ситуацию с Ричардсоном.
— Это моя сделка, – перебил я, снова раздражаясь уже по новой причине.
— Тогда хорошо, что ты присоединишься, верно? Увидимся позже. Нико, ты тоже приходи.
 Я знал Виктора, и было ясно, что со мной закончили. Спорить с ним не имело смысла. Кроме того, мне нужно было присутствовать на ужине, если речь шла о сделке, над которой я работал. Если Виктор пытался отстранить меня от моего бизнеса, это не предвещало ничего хорошего в будущем.
 Я повернулся и кивнул Нико.
 Он смотрел на меня с непроницаемым выражением лица.
— Ты закончил? – тихо спросил он, как будто ожидал от меня большего.
 У меня имелось много чего на уме, но сейчас было не время обсуждать это. Я не мог расшифровать взгляд своего непредсказуемого брата. Был ли он раздосадован тем, что не получил желанного фейерверка? Или его раздражало, что я могу жениться на Софии Де Санктис, женщине, на которую он положил глаз своим извращенным способом? Я не мог сказать. С Нико я никогда не был уверен.
 Я вышел со склада и забрался в ожидавшую меня машину. Иван сразу же отъехал, и я уставился на офис через тонированное окно.
 Мне было что сказать о перспективе брака с Де Санктис, но это не имело значения. Я бы не стал жениться на какой-то незнакомке. Я потратил семь лет на поиски Мэллори Мэдисон, и если бы я женился на ком-нибудь, то это была бы только она, даже если бы мне пришлось приставить пистолет к ее виску, чтобы добиться этого.
 Мой отец узнает об этом довольно скоро.
 Я вошел в свой холодный, скудно обставленный пентхаус в задумчивом облаке гнева. Виктор был настойчив, и не любил, когда ему бросали вызов. Несмотря на это, я ни за что не женился бы на ком-то другом, кроме Мэллори. Я бы убил нас обоих, прежде чем до этого дошло бы.
 
 За пределами моей квартиры в коридоре дежурил охранник. Камеры наблюдения охватывали все здание, и слепых зон не было – по крайней мере, так мне сказали. Между мной и теми, кто попытался бы меня убить, было семнадцать этажей. Чтобы попасть на этот этаж, нужно было нажать кнопку на лифте с помощью ключа. За дверьми стояли мои самые надежные, элитные охранники. Они были последней линией обороны, наряду с множеством оружия, спрятанного в квартире. Если бы кому-то удалось пробиться сквозь все эти слои, я бы не сдался без боя.
 Переступив порог, я оглядел прихожую. Здесь было не так много мебели. Я предпочел оставить всё именно в таком виде. Это не было уютное место для отдыха, где можно ослабить бдительность. Это была клетка, в которой я закрывался на ночь. Напоминание о том, чего стоит выживание в моем мире. Я знал, что Мэллори возненавидит это место, но я искренне не понимал, как наполнить его теплом. Мне нужно было, чтобы она сделала это. Без нее я был одинокой оболочкой.
 Из новой камеры, незаметно установленной в светильнике, на меня падал ровный красный свет. Вся квартира была увешана камерами, изображения с которых поступало прямо на мой телефон и ноутбук.
 Скоро у меня в клетке появится маленькая птичка, и я буду смотреть, как она бьется и плачет навзрыд, когда поймет, что стены этой тюрьмы – предел ее мира. Скоро я приведу сюда Мэллори и запру ее внутри вместе с собой. Я чувствовал себя как ребенок перед Рождеством.
 Я снял туфли, наслаждаясь резким холодом итальянской мраморной плитки на своей коже. Прошел по длинному коридору, который разветвлялся в пяти направлениях, и направился в свой кабинет. Внутри я включил компьютер, но оставил выключенным свет. Я предпочитал темноту.
 Компьютер ожил, и я ввел пароль, выводя на экран последнее просмотренное, – видеозапись из квартиры Мэллори.
 Молли.
 На записи она была прекрасна. Пленительна. Я мог признать, что был предвзят, потому что она всегда очаровывала меня со дня нашего знакомства – своевольная, избалованная маленькая богачка, которая была так потрясена встречей со мной. Девушка, которая дала мне шанс. Единственная, кого я впустил в свое сердце.
 И я определенно заплатил за эту слабость. Моя рука опустилась на колено. Это заставило меня почувствовать себя стариком. Раньше я чувствовал себя изможденным душой и телом – изможденным, использованным и утомленным. Но больше нет.
 Я наблюдал, как Мэллори готовится к своей смене в «Синем кролике». Ей нужно было питаться плотной пищей, насыщенной витаминами и минералами. Я хотел, чтобы ее волосы снова сияли, а глаза были ясными. Кроме того, я не хотел беспокоиться о том, что сломаю ей ребро, пока буду ломать ее волю. Она нужна была мне здоровой и крепкой, чтобы укротить ее и заставить подчиниться.
 Стянув штаны, я провел ладонью по своему члену, совершая длинные, неспешные движения вверх-вниз. В последнее время я всегда был твердым. С того дня, как я узнал, что ее нашли – с того дня, как я стал обладать ею. Она даже не подозревала, что у нее появился новый владелец. И понятия не имела, что теперь является моей собственностью, но она узнает об этом. Скоро.
 Я гладил себя, потирая грибовидную головку члена и размазывая липкую сперму, которая текла из головки при мысли о Мэллори. Мастурбация сняла напряжение, но боль в яйцах никогда по-настоящему не утихнет, пока я не окажусь глубоко внутри своей маленькой одержимости. Пока я не накачаю ее пустую киску своей спермой, наполнив ее и, надеюсь, засадив свое семя глубоко внутрь.
 Лучший способ навсегда удержать Мэллори рядом со мной – это привязать ее ко мне всеми возможными методами. Ничто не было под запретом, когда речь шла о том, чтобы подчинить ее себе. Выводок детей стал бы приятным дополнением к моим планам поработить ее сердце и сломить ее свободную волю. В своем воображении я видел ее распухшей от моего ребенка, слишком тяжелой и зависимой от меня, чтобы бежать, даже когда она узнает правду о том, кто я такой.