Злой наследник

— Я... я не делала этого с тех пор, как... ты… – призналась я.
 Руки Кирилла замерли на моих бедрах.
— У нас никогда не было секса.
— Я знаю. – Я позволила ему соединить все точки.
 Он долго молчал, вероятно, гадая, что, черт возьми, со мной не так, раз я все еще девственница. Отлично. Это убило всё настроение.
— Но я хочу. Я умру, если ты остановишься, – сказала я, оборачиваясь, чтобы посмотреть на него через плечо.
— Я не остановлюсь, Мэллори. Просто размышляю, – тихо сказал он.
— О чем? – спросила я, прижимаясь задницей к его твердому стояку. Он оказался длиннее и толще, чем я себе представляла.
— Волею судьбы, несмотря ни на что, я все равно останусь единственным, – резко ответил он.
 Он направил свой член к моему входу и толкнулся внутрь. Его руки переместились к моим ягодицам, и он широко раздвинул их, заставив меня почувствовать себя грязной и сексуальной одновременно.
— Первый и последний, – торжественно произнес он.
 Слова прозвучали как мрачное обещание, когда он протиснулся внутрь. Он был большим - очень большим. Несмотря на влажность, я чувствовала, как каждый дюйм проникает в меня, безжалостно раздвигая непривыкшие мышцы. Я вскрикнула, но взяла себя в руки и стала вдыхать и выдыхать, пытаясь побороть инстинктивное желание сомкнуть ноги и вытолкнуть его. Заниматься сексом в первый раз было больно. Разве этого не следовало ожидать? Хотя это было скорее жжение, чем боль, и через несколько секунд я уже приспособилась.
 Кирилл замер, когда его бедра столкнулись с моей задницей. Он был глубоко внутри меня. Его ноги прижимали мои к холодному мрамору, а руки держали меня раскрытой, чтобы он мог наблюдать за тем местом, где мы соединялись.
 Мы не говорили о защите, осознала я.
— Все в порядке. У меня имплант, – заверила я его.
— Расслабься, Молли.
 Это прозвучало скорее как приказ, чем просьба, но я с радостью подчинилась. Я попыталась расслабить ноги и от неожиданности у меня перехватило дыхание, когда Кирилл приподнял всю нижнюю часть моего тела, обернул мои ноги вокруг своей талии сзади и сжал рукой мое бедро, чтобы дотянуться до клитора.
— Впусти меня, – потребовал он.
 Его пальцы порхали над клитором, делая меня еще более влажной и посылая спирали удовольствия по всей киске. Он начал двигаться, когда мое тело расслабилось. Я все еще держалась за столешницу, но теперь могла опустить верхнюю часть тела на прохладный мрамор и прижаться к нему щекой. Я чувствовала себя бескостной, так как все силы покинули меня. Были только уверенные толчки бедер Кирилла, когда он скользил своим длинным членом внутрь и наружу, поглаживая мой клитор.
 Я почувствовала, что взлетаю – мой первый оргазм, полученный не от моей руки. Он нахлынул на меня, лопнув, как переполненный воздушный шар. Я закричала, когда Кирилл задвигался быстрее, вбиваясь в меня. Звук его плоти, ударяющейся о мою, заполнил тихую комнату, пока я извивалась на стойке, насаженная на его член. Когда он кончил, то притянул меня к себе, и его рука обвила мою шею, пока моя киска доила его. Пальцы надавили на нежную плоть, и мое дыхание участилось.
— Первый и последний, – повторил он мне на ухо, когда его теплое семя разлилось во мне.
 Что ж, все, что я знала о предохранении, успешно забылось в разгар момента. У меня был имплант, на который я заранее накопила денег, не потому, что думала, что в любой момент могу залететь, а потому, что собственными глазами видела, как трудно справляться с нежелательной беременностью. Подобное случалось с несколькими девушками в «Синем кролике», и этот урок было трудно забыть.
 Это напомнило мне о том, что я не знаю, когда нужно менять имплант, - не то чтобы у меня были деньги. Помимо беременности, существовала угроза болезней. Но в тот момент мне было все равно. Я доверяла Кириллу, как доверяла ему подростком. Одинокий неудачник и маленькая богатая девочка. Мой единственный друг.
 Кирилл кончил в меня, и я впустила каждую каплю. Он продолжал толкаться, пока не опустошил себя, а мое податливое тело не приняло всю его сперму. Когда он вышел, его член был весь в белом, и он отступил назад, когда его семя потекло по моим ногам.
 
 Я повернулась, дрожа и чувствуя себя неловко теперь, когда накал страстей миновал. Его взгляд был прикован к моим ногам, и он провел пальцами по липкому месиву, прежде чем нежно ввести его в меня. Это было грязно и странно лестно, как будто он хотел, чтобы какая-то часть его оставалась в моем теле.
— Вот, – сказал Кирилл, протягивая мне коробку с салфетками, прежде чем заправить себя в брюки.
 После этой простой манипуляции он снова был полностью одет, в то время как я стояла с голой задницей и сперма стекала по моим ногам. Пока я приходила в себя, он забрал салфетки и вытер у меня между ног, стирая следы своего обильного семяизвержения, после чего бросил их на стол.
— Как ты до сих пор оставалась невинной? – тихо спросил он.
 Я чувствовала себя уязвимой, стоя там голой и дрожащей. Поэтому подхватила свое порванное платье и натянула его по бокам, перекрестив концы над грудью. Я пожала плечами.
— Отсутствие возможностей.
— В двадцать пять лет, живя в Нью-Йорке с твоей внешностью, - мне трудно в это поверить, – прямо сказал он.
 От этого странного комплимента мои щеки запылали. Похоже, мне придется сорвать пластырь с эмоциональной уязвимости.
— Если тебе так интересно, я никогда не хотела заниматься сексом ни с кем, кроме тебя.
 Кирилл изучал меня, а я боролась с желанием спрятаться от его изучающего взгляда. Все шло не так, как я себе представляла.
— Мне интересно. – Слова Кирилла прозвучали чертовски властно, но он притянул меня к себе и поцеловал в лоб. — Спи здесь, – тихо сказал он.
— Не думаю, что...
— Это был не вопрос.
 Я хлопнула его по груди, обтянутой элегантной рубашкой на пуговицах. Весь его костюм, вероятно, стоил больше, чем полгода моей аренды.
— Все еще любишь командовать, я смотрю.
— А ты все еще бунтарка, – ответил Кирилл, отстраняясь и оглядывая меня с ног до головы. — Я рад.
— До сих пор любишь хорошую драку? – поддразнила я.
 Наконец я была вознаграждена мрачным смешком.
— Ты и не представляешь.
Глава 17
Молли
Семь лет назад
 Гравий застревал в моих сандалиях и резал края ступней, пока я бежала к темному трейлеру. Он стоял на старой свалке в другом конце города.
 Пожалуйста, пусть он будет здесь. Пожалуйста.
 Я ворвалась через хлипкую дверь и, пошатываясь, побрела по коридору.
— Молли, что случилось?
 Запах Кирилла мгновенно окутал меня, когда он в два шага преодолел расстояние до меня и прижал к своей груди. В его объятиях паника немного отступила, как реакция мышечной памяти, слишком укоренившаяся, чтобы ее отрицать.
— Это мой отец. Генри. Мне кажется, он сделал что-то плохое, – пробормотала я, в горле стоял ком.
 Кирилл наклонил голову, вглядываясь в мои дикие, блуждающие глаза, пока откидывал свисающие волосы с моего лица.
— Насколько плохое?
— У него проблемы с каким-то людьми, плохими людьми. Что-то связанное с деньгами, он потерял все... мой трастовый фонд. – Я наконец встретила испытующий взгляд Кирилла. — Все пропало. Ничего больше нет. Все, что оставила мне мама. Исчезло.
 Он напрягся.
— Все?
 Я с несчастным видом кивнула. Это было еще не самое ужасное в дерьмовом шоу, в которое превратился сегодняшний вечер.
 Кирилл собрался, как всегда, и пожал плечами.
— Ничего страшного. Еще есть время подать заявку на стипендию...
— Какую? – перебила я. — У меня нет талантов, и я не умная. Я не была готова ко всему этому. – Мой голос был уродливым и жалким. — И дело не только в деньгах, которые он потерял. Есть еще кое-что. Он взял в долг деньги у ростовщиков, я не знаю, сколько. Огромную сумму... больше, чем он может найти, чтобы вернуть. Он должен дать им какой-то залог, иначе они навредят ему.