Злой наследник

 Она бесстрастно кивнула. Она знала, что я не подаю за столиками ничего, кроме напитков - пока. Слово, которое любил повторять Раф. Он считал, что весь персонал в открытом доступе, поскольку может наступить день, когда внезапно появится слишком важный счет или вам нужно будет внести залог за кого-то из тюрьмы. Вы сделаете исключение, а после… опуститесь на уровень ниже. Но у вас будут деньги, а значит это не так уж плохо, верно? Для таких, как Рафаэль Наварро, в аду было особое место.
— На третий столик все еще нужен лед, - напомнила мне Таня.
 Я кивнула, очнувшись от своих мыслей. Сняла с полки ведерко и зачерпнула в него блестящие шарики льда. Я ненавидела выходить на танцпол, а сегодня странная электрическая энергия заставляла меня опасаться его еще больше. Иногда это место становилось таким. Химический заряд мужчин, спешащих на выходные после напряженной недели, полной стрессов, связанных с миллионами долларов. Они хотели напиться и уничтожить всё вокруг.
 В «Синем кролике» именно женщины были теми, кого уничтожали. Каждый. Чертов. Раз.
 Женщины были одноразовыми бумажными куклами, на которых мужчины вымещали свой гнев - этот урок я усвоила еще до того, как попала в священные, немного липкие залы «Синего кролика». Отец был моим учителем данного конкретного урока, и эти детские воспоминания было труднее всего забыть. Они врезались в мою память, как отпечаток татуировки на кости.
 За всю свою жизнь я встретила лишь одного мужчину, который нарушил стереотип, который я привыкла ожидать от власть имущих. Даже не мужчину - мальчика. Он долгое время давал мне надежду, но даже этот юношеский оптимизм угас с неумолимым течением времени.
 Я покинула безопасное место в задней части бара и поплелась между столиками. Музыка гремела так громко, что отдавалась вибрацией в подошвах и по ногам. Саманта трясла своим прекрасным телом на сцене, бурлескный наряд выгодно подчеркивал ее изгибы. Этот костюм в стиле пин-ап стоил больше, чем моя месячная аренда, а «Синий кролик» был одним из лучших бурлеск-шоу в городе. Особая привилегия для немногих избранных. В этом джентльменском клубе не было скользких пилонов. Сэм кружилась на сцене, снимая длинную черную перчатку до локтя. Она была талантливой. Саманта берегла правый бок от нагрузки, и я поняла, что она защищает старую травму. Когда-то давно она была подростком, подающим надежды на Джульярд, но неудачная травма положила конец этой юной мечте.
 В «Синем кролике» мечты умирали.
— Привет, красавица. Ты сегодня в меню?
 Наглый голос донесся до моего уха, и чья-то рука приземлилась мне на задницу.
 Я продолжила идти, не оглядываясь. Всего месяц назад я бы обернулась и поспорила с развратником, пытаясь донести до него, что хватать женщин без согласия нехорошо. Я была смехотворно наивна. Даже после испорченного детства я какое-то время сохраняла эту наивность. Проработав здесь семь дней, до меня дошло.
 Никто не поможет тебе, юная леди.
 Я обогнула переполненные столики, направляясь к VIP-секции. Дальше от главной сцены музыка звучала приглушенно. Меня окружил запах дорогого парфюма, а бормотание голосов заполнило мои уши. В эксклюзивной VIP-секции, предназначенной только для членов клуба, за одним столом могли сидеть титаны индустрии, принцы маленьких стран и короли преступного мира.
 Сегодня это была небольшая группа бизнесменов в костюмах, сшитых на заказ, их напряженные лица были хищными и пустыми. Бизнесмены, главари банд, коррумпированные политики - все они выглядели одинаково, с небольшими различиями. Я хорошо их выучила. Я избегала зрительного контакта, пока поднимала пустое ведерко для льда и засовывала новое в подставку.
— Как раз вовремя, – раздался голос.
 Я вздрогнула. На прошлой неделе меня узнал бывший одноклассник. Богатый, утопающий в зелени городок, где я была первой версией себя - Мэллори Мэдисон, - находился всего в нескольких минутах езды на поезде. Все, с кем я ходила в школу, были здесь, в Нью-Йорке, - или так я надеялась, потому что среди них был тот, кого я искала.
 
 Кирилл. 
 На прошлой неделе сюда зашел один из самых отвратительных мужчин, с которыми я когда-либо имела несчастье встречаться, Каплан Холмс. Парень был в стельку пьян, но не настолько, чтобы не узнать меня. Он посмотрел на меня широко раскрытыми глазами, прежде чем откинуть голову назад и расхохотаться.
— Мэллори, мать твою, Мэдисон – ты все еще жива?
 С тех пор он приходил каждую ночь. Еще в школе Кап был богатым мальчишкой-хулиганом, которому нравилось заставлять других корчиться. Ничего не изменилось. Он рассказывал мне о своей скучной, привилегированной жизни, пока я пыталась его избегать. Он тратил больше пяти тысяч, отправляя меня туда-обратно к своему столику. Он знал мое настоящее имя, то, которое было у меня целую жизнь назад, и, похоже, понимал, что я у него на крючке. Я фантазировала о том, чтобы отравить его напиток, но пока пришлось довольствоваться плевком в него.
— Мне начинает казаться, что у тебя проблема, – заметила я, меняя местами ведерко со льдом и одаривая стол вежливой улыбкой. Лучше было не сосредоточиваться на каком-то одном лице. Это поощряло разговор.
 Кап ухмыльнулся.
— Может, и так, милая. Куда бы я ни пошел в последнее время, я везде слышу о тебе.
 Я замерла, наконец-то посмотрев на него.
— Что это значит?
 Кап облокотился всем телом на кожаную кабинку. Мужчина был примерно моего возраста, но у него была та самая внешность средних лет, которая присуща богатым бывшим спортсменам, когда они уже вышли из расцвета.
— Это значит, малышка Мэллори Мэдисон, что тебя кто-то ищет.
 Тревога разлилась по моим венам. Когда ты находишься в бегах так долго, как я, то понимаешь, что страху обнаружения никогда не будет конца. Он преследовал нас с той ночи, когда мой отец сбежал, вырвав нас с матерью из Вудхэйвена, как будто дьявол сидел у него на спине.
 Я не должна быть в Нью-Йорке. 
 Это был голос моего отца, но и мой тоже. Это было глупо, рискованно и нелепо, но правда заключалась в том, что у меня не было выбора. Как бы я нашла Кирилла, если бы меня здесь не было? Как бы он мог найти меня?
— Кто? – оцепенело спросила я. Это был он?
— Если хочешь знать, меня можно убедить поделиться информацией за определенную плату, – сказал Кап, подавшись вперед. Его поросячьи, жадные глазки злобно сверкнули. — Час в приватной комнате внизу, за счет заведения. Ты и я.
 Горький смешок покинул меня, когда я скрестила руки на груди. В эти дни я была довольно худой, так что смотреть было особо не на что, но скольжение глаз Капа по моей коже заставило меня почувствовать себя грязной. Желание узнать, о кем, черт возьми, он говорит, почти вынудило меня сдаться. Я пробыла в Нью-Йорке несколько месяцев, и мне не везло. Мэллори - мое настоящее имя - означало неудачу, и оно оправдывало свое зловещее значение.
— Позволь мне прояснить. Ты не только хочешь прикоснуться ко мне, но и хочешь сделать это бесплатно? – спросила я, мой голос звучал храбрее, чем за долгое время. Девушка, задавшая этот вопрос, была не Лори Уилсон, отчаянно желающая получить как можно больше чаевых. Этот голос принадлежал Мэллори Мэдисон, у ног которой лежал весь мир.
 Мясистый кулак Капа сжался на столе, и он сузил глаза, глядя на меня.
— Ты заплатишь за это, Мэдисон.
 Я немедленно схватила с пола ведерко со льдом, и от пронизывающего холода по моим рукам прошел озноб.
— Запиши это на мой счет, Холмс, – пробормотала я и отвернулась.
 Это было глупо. Даже опасно. Я не должна была подстрекать Капа Холмса к ответным действиям. Мне было слишком многое терять. Нет, не так. Мне почти нечего было терять, но разве это не еще опаснее? В данный момент никто не мог отнять у меня ничего, что причинило бы боль или оставило след.
 Иногда даже этот сдерживающий фактор не имел значения.