Тайный вариант. Дилогия (СИ)

Она еще как наяву видела полупризрачных големов, выносивших из дома крепко спящих оборотней. Загорелые, мускулистые мужчины трогательно прижимали к себе тощие узелки и походные сумки, все нехитрое имущество, которое нажили упорным трудом, на благо, как они истово верили, собственной расе.
И как оказалось – совершенно чужим, и далеко не добрым и не бескорыстным планам. Только перепродажа невест приносила чьим то сундукам с золотом весомые прибыли, не говоря об сторожевых амулетах, стоивших в лавках артефакторов очень недешево. Раз в двадцать больше чем получали за их изготовление гномы и оборотни.
– Эми… – отвлек девушку от печальных мыслей нежный шепот мужа и она подняла на него виноватый взор.
– Прости… это оказалось очень неожиданным для меня… – шепнула в ответ, – вдруг стать предметом поклонения для толпы взрослых людей. Разумеется… я не ощущаю себя матерью … или хотя бы старшей сестрой. Скорее окном между тьмой и светом… но мне их по‑человечески жаль.
– Любимая, – ласково глядя в карие глаза, серьезно ответил Дейн, – меня они вообще не замечают, но от этого мне не легче. Я всегда истово ненавидел всяческих мошенников и интриганов, наживающихся на чужой доброте и доверчивости. Поэтому не волнуйся за своих подопечных, все у них будет хорошо. А сейчас я хочу рассказать тебе куда мы летим. Как сама понимаешь, вернуться к Ридзони нам пока нельзя. Хотя магистры отыскали и сняли с его квартала все чужие сторожки, кто‑то упорно продолжает за ним следить, это ощущают маги и артефакты. В королевском дворце нас приняли бы с радостью, но там теперь объявлено военное положение. У каждой двери посты и проверки, по коридорам ходят патрули, никаких общих обедов и ужинов. Та же тюрьма, только роскошная. Мы решили поселить тебя в одном из тех замков ковена, которые считаются почти заброшенными, но на самом деле обжиты и обитаемы.
– А ты? – Миэль сразу уловила главное.
– Поживу несколько дней… – с чуть виноватой улыбкой пообещал маг, и откровенно вздохнул, – моя помощь сейчас очень нужна Азхарту. Но тебя будет охранять дракон, Агорр считает эту меру необходимой.
Он и сам так считал, поняла Эми по взгляду мужа и молча кивнула. Пусть будет дракон, она не против. Ей и самой становится жутко от одной только мысли о возможностях неуловимых темных властелинов, умудрившихся незаметно надеть незримые ошейники на все старшие расы. А мудрых драконов даже выжить из уютных, зелёных долин на жаркие, бесплодные острова архипелага Бурь.
К затерянному среди скалистых холмов старинному замку сфера подлетела к обеду, и Вирр специально сделал вокруг старинных строений широкий круг, прежде чем опуститься на камни широкого двора.
Эми успела рассмотреть высокую каменную стену, внушительные башни по углам и светлый дом в центре площади. А еще пышную зелень деревьев и кустов, рвущуюся из каждого свободного уголка. Как видно садовник тут был мастером своего дела.
– Я не пойду вас провожать, – извинился дракон, – меня ждут в Мадморе. Страж прилетит завтра утром, он добирается из драконьих долин. Будьте счастливы!
С этими словами Вирр свернул сферу и крупной серебристой птицей стремительно взмыл в небо.
Проводив взглядом быстро растаявшую в синеве точку, Дейн обнял юную жену и повел к старинному зданию, где Эми предстояло прожить в лучшем случае ближайшие несколько декад, а в худшем – возможно и несколько лет. И вряд ли это будут спокойные годы.
Грантс молча шел за ними. Обещанный Вирром дракон должен был прихватить по пути его жену, которой предстояло жить тут вместе с Эми и это вгоняло старого мастера в тоску. Только в последние дни он начал отчетливо понимать, как сильно привязан к своей бывшей домоправительнице, и как яро не желает расставаться с ней даже на один день.
В полутемном, гулком вестибюле гостей встретил сухопарый старичок дворецкий и направился в правое крыло. Грантса разместил в первых же покоях на втором этаже, а Эми с мужем повел дальше, на третий этаж. Здесь была только одна дверь, и старый слуга отступил, указав на нее.
 
– Прошу.
Дейн сам открыл створку и шагнул внутрь просторного зала, потянув за собой жену. А когда дверь мягко захлопнулась у них за спиной, повернул Эми к себе и очень нежно, почти невесомо поцеловал.
И тотчас вокруг них вспыхнуло неяркое сияние, послышалась тихая, чарующая музыка и замелькали в воздухе лепестки белоснежных цветов и крылья бабочек‑ледянок, знаменитых прекрасными не повторяющимися снежными узорами.
– Дейн? – ахнула от неожиданности Миэль и внезапно смутилась, заалела щеками.
– Тсс, любимая, не нужно так волноваться. Я просто задолжал тебе праздник… наша свадьба была так скоропалительна, что даже мне самому в это слабо верится. Теперь я хочу отпраздновать все с самого начала, как и положено магистру моего уровня, наконец нашедшему свою любимую.
Он нежно, но крепко обнял девушку за талию и повел под непрекращающимся цветопадом дальше, к ближайшей светящейся арке прохода.
– Тебе туда… а мне немного дальше, но надеюсь, мы скоро встретимся, – шепнул маг загадочно и подтолкнул жену в проход, искренне жалея, что пока не может пойти за ней.
Эми не успела спросить, как понимать его слова, как оказалась в освещенной зеленоватым сиянием витых фонарей купальне. Ее середину занимал бассейн, словно сплетенный из разноцветных струй хрусталя, а рядом колыхались призрачные фигурки големов‑банщиц. И не успела девушка опомниться, как они ловко стянули с нее дорожную одежду, распустили косу и бережно повели к цветным ступеням.
Вода была теплой и душистой а призрачные руки банщиц, бережно разбирающих ее волосы доставляли настоящее блаженство. Эми на какое‑то время потерялась в этом райском бассейне, в неге усыпанной лепестками воды, снимающей усталость и все заботы.
И только сказанные напоследок странные слова мужа кололи занозой неразгаданной загадки, заставляя возвращаться к ним вновь и вновь. «Надеюсь, мы скоро встретимся…»
Интересно, почему он так сказал? – вздохнула Эми, наблюдая как банщица медленно, в который уже раз намыливает душистым мылом ее ногу и вдруг резко вырвала ту из призрачных рук.
– Достаточно.
По хрустальным ступенькам она буквально вылетела из воды, но ничуть не обидевшиеся банщицы были уже наготове. Ловко и стремительно вытерли ее мягкими полотнами, нарядили в вышитую шелком батистовую сорочку и атласный белоснежный пеньюар самого целомудренного фасона, зато отделанный роскошными кружевами. На ноги натянули бархатные туфельки на невысоком каблучке, косу собрали под жемчужную диадему, сверху набросили невесомую накидку и выставили Миэль в распахнувшуюся дверь.
– Я надеялся… – встретил ее ласковой улыбкой и букетом белоснежных роз любимый мужчина, – что ты не останешься там надолго.
Он тоже за это время успел искупаться и сменить одежду и теперь вел жену к накрытому столу. Эми только теперь ощутила голод и вспомнила, что они даже не перекусили во время полета.
– В следующий раз говори понятнее… – упрекнула она мужа, заметила его лукавую усмешку и остановилась, – или это была какая‑то проверка для меня?
– Нет родная, не переживай, – тотчас покаялся Дейн, – это вовсе не испытание. Это лишь церемония освобождения от всех дум и забот, которые подавляют и тревожат твою душу. Мне хочется, чтобы наша семейная жизнь началась с радости и спокойствия, а не с печалей, и я намерен все сделать для этого.
Маг усадил любимую на диванчик и устроился рядом, подвигая ближе к жене блюда с изысканными яствами. Музыка постепенно становилась все громче, заглушая звон бокалов и вилок, а когда Эми поняла, что чарующая танцевальная мелодия привлекает ее больше, чем мороженое, Дейн уверенно поднял любимую с дивана и увлек на середину зала, под непрекращающийся цветопад.
 
Музыка вела и кружила, пела о любви и нежности, преданности и страсти, дурманила невероятными всплесками ощущений, унося в небеса и возвращая назад, и казалось весь мир танцует вместе с ними великий танец любви.