Воровка в мужской академии (СИ)

Все же все эти мужские игры не для меня.
— Адепт Рик, ты спятил? Теперь все решат, что в нашей башне таким приемам учат! — орал куратор.
— Мне все равно. Он достал меня.
— Это не по правилам. Придется тебе переиграть дополнительно, показывая владение оружием.
— Как скажете, — ворчу, понимая, что победа дается с большим трудом.
— Рик, — смеется Дарг. — Ты… Ты открыл новую боевую технологию? — ржет и эльф, и все хлопают по больному плечу. Улыбнулась им.
А что оставалось делать?
Прежде чем объявить финальный счет, несколько участников, чья победа была спорной, должны были показать навыки владения оружием. Мой клинок ждал меня на складе личного оружия. Получив в руки вульж, я пошла на последний — третий сет.
— Не подведи, парень, — спокойно, но проникновенно сказал куратор, готовя к выходу.
Стадион вдруг замер, все приготовились лицезреть выступление. Сжав свой клинок в руке, сделала три глубоких вдоха и выдоха.
— Адепт Рик, приступайте, — велел судья, я закрыла глаза и вспомнила все уроки, тренировки, всё, что мне вкладывали за месяц обучения.
Стойка, выброс руки.
Я маленькая и незаметная.
Мелкими шагами передвигаюсь вперед, замираю, пригибаюсь, выжидаю. Бросок.
Я летаю, словно птица.
Широкими шагами перепрыгиваю, расставив руки в стороны, словно парю над всеми. Приземляюсь на одну ногу, вторую удобно устроив на колене.
Клинок — продолжение меня. Машу им вокруг, рассекая воздух.
Я большая и сильная.
Прыжок вверх, приземляюсь на две ноги, широко расставив их, сгибая в колене.
Выбираю жертву.
Я вихрь и смету всё на своем пути.
Закружилась в боевом танце, вкушая победу и смерть врага!
Кувырок, на одном колене сижу в песке и смотрю вниз.
Тишина. Открываю глаза, встаю и озираюсь. Стадион взорвался голосами, криком и рёвом.
Ребята подбегают ко мне, на их лицах восторг!
— Рик, Рик, Рик! — орут они, радостно обнимая. — Как ты это делал? Это невероятно. Просто шедевр!
— Не знаю, — скромно отвечала я, видимо, во мне открылись какие-то новые силы на почве страха и неуверенности.
Приближался вечер, когда судьи огласили итог.
— После долгих подсчетов, общий счёт — 1:1. Ничья, — говорит голос самого главного ведущего, и его подхватывают громкие вопли адептов Желтой башни.
— Ничья. Ничья! Ничья! — всех отпустило напряжение, наконец-то можно было пойти по своим комнатам, подготовиться к тому, чтоб отметить это событие.
Обсуждая всё пережитое, на эмоциях, направились к себе. Хохоча, ввалились в комнату.
— Душ поохраняете, — с надеждой спросила у ребят, очень хотелось помыться.
— Да хоть всю башню! — радостно ответил Дарг, скидывая грязную форму. Замер, принюхался. — Рик, ты ранен! — заорал, кидаясь ко мне.
— Нет, все отлично, — попятилась я, осматривала себя, но явно крови не было.
— Я чувствую твою кровь, ты ранен, нужно срочно звать лекаря.
— Все хорошо.
Ребята тревожно на меня смотрели.
— Перестань строить из себя не пойми кого! У тебя запах такооой… — оборотень вдруг сжал кулаки. — Рик, что происходит?
Все напряглись, внимательно осматривая мою скромную персону.
— Я не знаю! — заорала им и, рванув из комнаты, побежала в туалет.
Там я увидела то, чего никак не ожидала — цикл. Второй женский цикл за мою жизнь. Кровью было испачкано все белье. Первый цикл очень болезненный, лет пять назад. Я выла от боли, забившись в каком-то брошенном здании.
Так и сидела в туалете. За стенкой кричали, звали, просили открыть, но заклинание «замок» не давало это сделать.
— Рик, — зашептал в щелочку Дарг. — Ты не можешь прятаться вечно. Сейчас тут только мы — твои друзья. Открой. Чертову. Дверь.
Трусиха, сама наделала дел, вот и расхлебывай. А страшно смотреть в их глаза и понимать, что врала все это время.
Боец никогда не сдается? Ну что ж…
Сняла заклинание, открыла щеколду и дверь. Ребята с выжиданием смотрели на меня.
— Я девушка, — тихо призналась, глядя в пол.
Медленно подняла голову, виновато пожав плечами. Оборотень ударил кулаком о стену так, что осталась вмятина. Поежилась. Никогда таким его не видела. Эльф просто хлопал глазами.
 
— Не может такого быть! Это шутка? — уточнил Том, почему-то улыбаясь.
— Да её течку чувствует вся Академия! — завопил Дарг. — Зачем ты это сделала? — закричал он.
— Простите, ребят, я честно попала в такую историю, что не было выхода. Вот и такой исход…
— Стены не пропускают женщин в Мужскую Боевую Академию, — до сих пор не верил и спорил Том.
— Так вот почему ты не мылась! Ты баба! — взвизгнул эльф.
— Я дама!
— Ты лгунья! — парировал в ответ.
— Я не хотела!
— И как долго собиралась тут прятаться?
Вышла из своего укрытия, подошла ближе. Хотелось убедить, оправдаться, хоть как-то загладить вину.
— Не знаю. Но я не врала о том, что жила почти на улице. Здесь мне не одиноко. Здесь… Ушастый грубо перебил меня.
— Шла бы ты крестиком вышивать. О, Тьма, поглоти! Я больше никогда…
Договорить я не дала. Пощечина быстро привела в чувство эльфа.
— Не смей так говорить со мной. Вся ваша дружба на деле мыльный пузырь! Хоп и лопнул. А еще сегодня я соревновалась не хуже вас, и смеялись мы вместе, и всё делали вместе.
Их лица поменялись и вытянулись.
— Мы голые ходили при тебе, — вдруг смущенно выдал Том.
— Ой, да что я там не видела.
— Да что ты! — возмутился эльф.
Пора прекращать эти выяснения отношений, нужно что-то предпринять. Нужно действовать.
— Том, помоги мне, — жалобно попросила о помощи.
— Как? — его брови от удивления поползли наверх.
— Сделай зелье, чтоб скрыть все это. Ты мне друг? Помоги. Разве бросают друзей в беде?
— Это невозможно, иди и признайся, — снова вставил эльф свои домыслы.
— Но меня тогда убьют… — простонала я, потирая переносицу.
— С чего ты взяла?
— Дарг сказал.
— Когда я это говорил? — наконец-то отошел и включился в беседу друг.
— Ну там, в очереди, — конечно, помню эту байку, которой поделился оборотень, перед поступлением. Что могло случиться с той девушкой?
— Да я шутил, — ухмыльнулся он.
— Шутил?
— Да!
— То есть меня не пустят по всей Академии в урок всем девушкам?
— Я не знаю. Такого никогда не было. Девушки сюда не попадали.
— О, тьма! Но я-то тут, и я девушка, и я запуталась и прошу вашей помощи, — последняя попытка, последняя просьба.
Повисла напряженная тишина. Сейчас каждый решит, сделает свой вывод, вынесет приговор. Первый, как это ни странно, ответил Том.
— Как тебя зовут?
— Лика.
— Жди тут. Не уверен что смогу, но попробую, — решительно направился на выход.
— Ты решил ей помочь? — остановил эльф, наверное, ещё сомневаясь.
— Да. Думаю, у нее была причина здесь жить, и она смогла обхитрить всю Академию и ректора, а это уже чего-то стоит, — бросив на меня восхищенный взгляд, он ушел, так и не объяснив, чем поможет бедной лгунье.
— Дарг, прости. Прости сто раз, что так отблагодарила тебя за заботу и поддержку. Я правда виновата, но ты мне стал настоящим первым другом.
Он вытянул руку, останавливая меня запрещающим жестом.
— Стой там или оттрахаю! — устало прошептал друг, сжимая кулаки.
— Оборотень чувствует твой запах. Ему сейчас сложно держать себя в руках. Ты очень вкусно пахнешь, даже для меня. Не понимаю, почему у нас такая реакция, — комментировал свои эмоции эльф.
— Простите, — слезы сами потекли из глаз, перерастая во всхлипы. — Я правда не хотела вас огорчать.
— Ну вот того еще не хватало, — вздохнул эльф, протягивая платок.
Я вытирала сопли и понимала, какая врунья. Но что делать? Момент истины настал.
 
Оборотень закатил глаза от всего этого.
Вернулся Том, протягивая пузырек с мутной жидкостью.
— Пей, — не задумываясь, осушила весь флакон, чувствуя сильную горечь.