Антология советского детектива-42. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

И вот, оснащенный этими материалами, Вайс решил нанести визит почтенному гамбургскому коммерсанту.
Шмидта очень обрадовал его приход. Правда, он пытался скрыть свою радость, вяло приветствуя Вайса ленивыми жестами, как будто он предавался беспечному отдыху и гость разбудил его. Но в комнате было сильно накурено, в пепельнице еще дымился окурок сигары, а на конторский стол Шмидт поспешно набросил купальный халат. Глаза его вежливо блестели, и белки порозовели, как у человека, проведшего бессонную ночь.
Шмидт зажег спиртовой кофейник, поставил на стол коньяк и шнапс. Развалясь в кресле и положив ноги на стул, предложил Вайсу последовать его примеру, ибо, как он выразился, «древние римляне предпочитали даже пищу вкушать лежа».
Вайс спросил, не скучает ли Шмидт о Гамбурге.
— Беспокоюсь о своей конторе.
— У вас большое дело?
— Я никогда не стремился к богатству, только к финансовой независимости, — уклончиво ответил Шмидт.
— Должно быть, это все же приятно — иметь много денег?
— А вы не пробовали?
— Собираюсь попробовать…
— Каким образом?
— Что вы скажете, если вместо моего приятеля я сам окажу вам небольшую услугу?
Шмидт вопросительно поднял брови:
— Небольшую услугу?
— Но очень ценную.
— В самом деле «очень»?
— Мой приятель, к которому я обратился с просьбой кое в чем помочь вам, сказал, что это весьма ценная услуга.
— Но вы сказали, что хотите оказать мне небольшую услугу?
— Ах, вот вы о чем, — развязно заметил Вайс. — Тогда пожалуйста: он просил передать вам, что служба безопасности чрезвычайно интересуется людьми, которые в военное время интересуются оборонными изобретениями.
— Он так вам сказал?
Вайс объявил небрежно:
— Мой приятель не занимает крупной должности, поэтому я позволяю себе не приводить его высказывания дословно.
— Кем работает ваш приятель?
— Если это вас так интересует, вы будете иметь возможность встретиться с ним лично.
— Где?
— Все это будет зависеть от того, как вы оцените его услугу.
— Послушайте, мальчик, — сказал Шмидт, — бросьте меня шантажировать вашим приятелем! Кстати, передайте ему, если он работает в гестапо, что коммерсант Шмидт собирает вырезки из наших газет о патриотах-изобретателях, и то, о чем я упомянул в нашей с вами беседе, напечатано в еженедельнике «Дас Рейх». Вас это устраивает?
— Вполне, — сказал Вайс. И произнес восторженно: — Господин Шмидт, позвольте выпить за ваши успехи! — Добавил искренне: — В конце концов, очень рад, что вы уничтожили даже тень моих сомнений.
— А в чем они заключались?
— Представьте, — простодушно улыбаясь, сказал Вайс, — я подумал, что вы английский разведчик.
Откинувшись в кресле, Шмидт захохотал так, что мускулистый живот его содрогался под вязаным жилетом.
— О мой бог! — стонал Шмидт. — Я английский шпион! — Передохнув, сказал огорченно: — Для сотрудника абвера подобное фантастическое и, я бы сказал, весьма беспочвенное воображение — серьезный недостаток.
— Но я рассчитываю, что этот комический казус останется между нами?
— Ладно, черт с вами, дарю вам мое слово, как сувенир на память о добром старике Шмидте. — Он чокнулся с Вайсом. — Все-таки вы симпатичный малый. Симпатичный своей откровенностью. И я бы еще добавил — смелостью.
— Почему смелостью?
— Ну как же! Пришли к английскому шпиону и заявляете ему, что он английский шпион.
Вайс лукаво усмехнулся:
— Вот здесь вы ошибаетесь, господин Шмидт. Вы не обратили внимания на то, что я все время держал руку в кармане. А там у меня… — И Вайс торжествующе положил на стул «зауэр».
Шмидт пришел в восхищение.
— Нет, это просто великолепно! Значит, я был на волосок от смерти. — Признался: — Ну, знаете, такого со мной еще никогда не бывало.
— Что ж делать… — сконфуженно сказал Вайс. — Приходится быть бдительным.
— Да, — согласился Шмидт, — теперь я вижу, что вы не такой уж простак. — Поднял рюмку: — Ваше здоровье!
Потом они посплетничали о баронессе.
— Баронесса встревожена тем, что бывшие владельцы ее поместья приняли английское подданство, — сказал Вайс. — Боится, что если Германия не победит Англию, то подлинные хозяева поместья когда-нибудь обратятся в суд.
 
— Но пока она выгадала, — возразил Шмидт, улыбаясь. — Английская авиация, как вы знаете, не бомбит английской собственности за рубежом.
— Я этого не знаю, — сказал Вайс. — Это вы знаете.
Но Шмидт не захотел придать значения его словам.
— Я предпочитаю вкладывать свои деньги в патенты, — заметил он. — Портативно. И устойчиво, как твердая валюта.
— Кстати, — сказал Вайс, — я вам все-таки кое-что принес. Разумеется, это не вырезки из газет.
— Да? — лениво протянул Шмидт. — Покажите, любопытно…
Вайс вынул из кармана своего кителя пакет, полученный от Эльзы, и протянул Шмидту.
Тот углубился в чтение.
Вайс, оставив пистолет на столе, встал, прошелся по комнате, откинул штору. В саду было темно. В нижнем этаже светилось только одно окно, и свет из него падал на песчаную дорожку.
— Послушайте, вы, сотрудник абвера! — сказал Шмидт. — Вы, предполагая, что я английский разведчик, принесли мне очень важные материалы о военных изобретениях. Что это значит?
— Да вы же не разведчик, — оглянувшись через плечо, ответил Вайс. — Я показал их почтенному немецкому промышленнику.
— Врете.
Шмидт стоял, положив руку на пистолет Вайса. И хотя говорил он негодующим тоном, напряженное выражение его лица свидетельствовало скорее о торжестве, чем о негодовании.
— Ладно, — примирительно сказал Вайс. — Я хотел оказать вам любезность. А теперь верните мне бумаги. И выпьем. — Он подошел к столу.
— Нет, — сказал Шмидт. — Все будет не так.
— А как?
— Я приобретаю ваши бумаги и плачу вам за них английскими фунтами. — И уже тоном приказания произнес: — Садитесь за тот стол и пишите расписку.
— Ну конечно, — сказал Вайс. — Я готов. — Уселся за стол, полуобернулся. — Но сумма, надеюсь, будет четырехзначной?
— Пишите, — повторил Шмидт. И продиктовал: — «Я, такой-то, получил одну тысячу фунтов за информацию, переданную Интеллидженс сервис». И поставьте рядом со своей подписью сегодняшнее число.
— Ну что за глупые шутки! — взмолился Вайс.
— Пишите, — вновь повторил Шмидт, встав за спиной Вайса и упирая ему в затылок ствол «зауэра».
— Не давите так, мне больно.
Шмидт, убедившись, что Вайс в точности выполнил его требование, указал пистолетом на закусочный стол:
— Ну-с, теперь вы можете пересесть туда и выпить уже за наши с вами общие успехи.
Вайс покорно подчинился и, наполняя дрожащей рукой свою рюмку, пролил несколько капель коньяку на скатерть.
— Бросьте трусить! — презрительно сказал Шмидт. — Теперь уже поздно. Трусить нужно было раньше, когда вы решились прийти ко мне.
— Я понимаю, — подавленно пролепетал Вайс, поднимая на Шмидта глаза, жалобные, тоскующие… — Я в ваших руках.
— Вот теперь вы умница. Значит, не потеряли способности соображать. А сейчас слушайте и запоминайте.
Шмидт подробно и точно сообщил Вайсу поучающим тоном, в чем будут состоять его функции. Когда он закончил, Вайс спросил несколько разочарованно:
— И это все?
— Да.
— И только ради этого вас сюда перебросили?
— Ну, это не вам со мной обсуждать.
Вайс выпрямился. Лицо его стало жестким. И вдруг он приказал Шмидту:
— А ну, сядьте. И перестаньте вертеть перед моей физиономией моим же незаряженным пистолетом. — Выхватил из кармана другой пистолет. — А вот этот, — сказал он, — с полным комплектом. И действует бесшумно, если вы обратите внимание на глушитель. Тоже зауэровское производство, но для специального, не фронтового назначения. — И пожурил: — Нехорошо, мистер, как вас там… Наверно, давно работаете, и вдруг — такой грустный финал. У вас есть жена, дети, родственники? Почему вы молчите? — Защелкнул наручники на вытянутых вперед руках Шмидта. Объяснил: — Это только в целях сохранения вашей же жизни. Вдруг разгрызете ампулу с ядом и удалитесь в мир иной, лишив нас ценных показаний…