Измученные смутой времени
— А че тебя мотало то туда, то сюда? — не отставал Колотун. — Фигаро тут, Фигаро там, что ли?
— Просто я гонял «Шилки» из Кушки по этим пунктам назначения.
— Вспомнил про шайтан-арбу, «Шилки» — это вещь, — удовлетворенно причмокнул губами Колотун, бросив взгляд на Бугра, мол, человек говорит правду. — А я все время был в Кандагаре.
— Братуха, мы, оказывается, почти что однополчане! — воскликнул оперативник. — Вот не думал, не гадал, что в такой глуши встречу родную душу!
Бугор, внимательно слушавший разговор двух «афганцев», распорядился:
— Братва, давай по третьей.
Выпив, все набросились на еду. Закусывая куриной ножкой, сыщик думал:
«Итак, со всеми, можно сказать, познакомился. Про Купца местные опера знают, а вот кто такой Фараон? Фамилия схожая, типа Фарафонтов? Что его связывает с египетскими правителями? Фараон… Фараон — это же мент! Вот кто предатель! Надо бы попытаться узнать его имя…»
От дум его отвлек голос Бугра:
— С Тимохой давно встречался? Как он там поживает?
«Про кого же спрашивает? — лихорадочно соображал сыщик. — Тимоха, значит Тимофей. Самойлов! По легенде я с ним не знаком».
— Не знаю я такого.
— Как не знаешь? Он же твоему шефу цинканул про товар.
— Этого не знаю, я в дела шефа не лезу, — пожал плечами Седов. — Он меня вызвал и приказал ехать в Якутию. Я солдат, сразу по стойке смирно и полетел.
— А кто он по жизни, шеф твой?
— Валентина Яковлевича я ни с кем не обсуждаю, — резко бросил опер. — Если хочешь узнать, спроси у него сам. Одно скажу — он в авторитете, крутится среди «воров».
— Ладно, ладно, не кипятись, — утробно выронил главарь. — А то я вижу, слишком уж горячий ты.
— Не горячее остальных, — дерзко ответил сыщик и спросил: — Долго мне будете мозги пудрить? Когда покажете товар?
— Какой товар? — непонимающе развел руками Бугор и обратился к своим подельникам: — О чем балакает этот мент?
Откуда-то у Купца в руке оказался обрез, он подскочил к Седову и приставил оружие к его виску.
— Что, сука, не ожидал, что так быстро раскусим тебя, мента поганого! — процедил он сквозь зубы и с характерным щелчком взвел курок. — Сейчас прострелю башку — и будет тебе товар!
«Вот и высветился обрез… Курковый, одноствольный. Кашеварову тоже прострелили башку»
Все эти мысли промелькнули у сыщика в доли секунды, и он спокойно ответил:
— Меня можете пристрелить — не возражаю. Тогда не увидите денег, к тому же будут разборки. Скоба не любит, когда мочат его людей.
Бугор отстранил обрез от виска опера и примиряюще произнес:
— Ладно, хватит испытывать гостя. Выпьем еще по рюмашке и расходимся. Завтра встречаемся в это же время — пойдем смотреть товар.
— Ничего себе вы устроили мне экзамен, — покачал головой сыщик, принимая рюмку из рук главаря. — Но такие номера со мной не проходят — в Афгане я досыта насмотрелся смертей. Вот Колотун не даст соврать.
Седов вернулся в гостиницу к полуночи и сразу набрал Артеменко. Трубку поднял Анисимов и встревоженно поинтересовался:
— Как прошла встреча? Откуда звонишь?
— Здравствуйте, Леонид Иосифович! — обрадованно воскликнул оперативник. — Встретились в девятиэтажке, в четырехкомнатной квартире на шестом этаже. Чуть не отправили на тот свет, но все закончилось благополучно. Высветился обрез курковый, одноствольный, калибр, по-моему, шестнадцатый…
— Точно?! — возгласом прервал сыщика Анисимов. — Кашеварова убили из дробовика шестнадцатого калибра!
— Скорее всего, калибр шестнадцатый, — продолжил Седов. — В банде еще бывший «афганец» Колотун и некто Фараон. Подозреваю, что последний и есть сотрудник милиции.
— Почему так думаешь? — поинтересовался Анисимов.
— Потому что Фараон. Фараоны — те же менты.
— Резонно. Как я понял, товар еще не показали?
— Нет. Завтра встречаемся также в девять вечера, тогда и покажут, наверное.
— Отлично. Работаем по плану.
9На следующее утро, когда Седов, позавтракав в буфете, вернулся в номер, зазвонил телефон. Это был Артеменко, он сообщил:
— С тобой хочет встретиться Анисимов.
— А, может быть, за мной бандиты ведут наблюдение? — высказал опасение сыщик. — Как бы не нарваться на неприятность.
— Мы проверили все вокруг гостиницы, за тобой нет слежки, — успокоил его Артеменко.
— Могут спросить у администратора гостиницы, отлучался ли я куда-нибудь, — продолжал сомневаться Седов.
— На этот счет у нас есть легенда. Когда будешь сдавать ключ от номера администратору, посетуй, что с гостиницы нельзя позвонить по межгороду, поэтому приходится идти на почту, а также спроси, где она находится. По пути на почту мы встретим тебя на белой «Волге», за рулем которой буду находиться я, а Анисимов — на заднем сиденье. Ты сядешь рядом с ним, и мы отъедем в сторону, где и обсудим все вопросы.
— Добро, я уже выхожу из номера.
Не прошло и двадцати минут, как оперативники уже разговаривали в салоне «Волги».
— Ну, каковы твои первые впечатления? — спросил Анисимов. — Говоришь, чуть не убили?
— Нет, убивать-то не хотели, просто припугнули. Приставили к виску обрез, я и постарался запомнить его.
— У кого в руках было оружие?
— У Купца.
— Хорошо, будем иметь в виду. Значит, были еще некто Колотун и Фараон?
— Да, они самые.
— Мы установили их личности. Колотун, он же Зайцев Василий, не судимый, но подозревался в убийстве, действительно служил в Афганистане. А второй не мент, его фамилия Фарион Дамир, он с Украины, ранее неоднократно судимый, так что прозвище созвучно фамилии.
— То-то я удивился, что так грубо палят своего мента. С этим предателем, наверное, общается только Бугор.
— Скорее всего, — согласился Анисимов. — Нам кровь из носу надо его вычислить, иначе он наделает бед… Ладно, с этим все ясно, а теперь обсудим наши дальнейшие шаги, почему я и встретился с тобой с глазу на глаз. План операции изменился по той причине, что вчера в следственном изоляторе Москвы убили Самойлова…
— Убили?! — от неожиданности воскликнул Седов. — Месть за «вора в законе»?!
— Да, очевидно, месть. Об убийстве Самойлова я узнал за два часа до твоего вылета, поэтому срочно поехал в порт и сел в самолет. По телефону я этого не мог тебе говорить, да и в порту не хотел с тобой светиться, так что — прости. Сейчас московским оперативникам не до нас, поэтому руководство операцией полностью возложено на меня. Действуем с наскока: как узнаем, где находится похищенное, сразу всех задерживаем, а когда все будут сидеть по камерам, тебе шифроваться нет необходимости — ведь Самойлов уже убит, и его не надо выгораживать. Но московским сыщикам ты все равно звонишь, а также оставляем запасной вариант с посыльным, который якобы должен привезти деньги на тот случай, если ты не сможешь с первого раза определить место хранения похищенного. Примерно уловил суть операции?
— Все понял, — кивнул Седов. — Я сразу смекнул — что-то случилось.
— Непредвиденная ситуация, — развел руками Анисимов и продолжил: — К девяти вечера мы расставим несколько постов наблюдения — возле гостиницы и девятиэтажки, где вы вчера пиршествовали, а также на центральной улице. Перекрыть весь город мы не сможем, поэтому хотя бы так. Постарайся сориентироваться, в какую сторону двигаетесь, запоминай приметные здания и дома, мимо которых будете проезжать. После того, как осмотришь товар, спроси у Бугра, откуда тебе позвонить Скобе в Москву. Если он скажет, что с его квартиры, то соглашайся, а если с почты, то придется ждать до утра — она ночью не работает. В Главке ждут твоего звонка, и от имени Скобцева пообещают отправить человека с деньгами.
— А если Бугор после моего разговора с лже-Скобцевым захочет переговорить с Самойловым, а его нет?
— На этот счет подстраховались, когда еще Самойлов был жив и сидел в изоляторе. Последний разговаривал с Бугром со своей квартиры, сейчас возле телефона дежурит сотрудница милиции под видом племянницы, которая скажет, что дядя по делам уехал куда-то в Подмосковье.