Измученные смутой времени

Поездив до обеда и не добившись успеха, оперативники в два часа дня вернулись в Новый город в явочную квартиру, где их ждал Анисимов. Он сообщил тревожную новость, которая ошеломила сыщиков:
— Ребята, угнали самолет!
— Какой самолет?! — одновременно вскрикнули сыщики.
— Тушку* (Ту-154).
— Кто?!
— Точно не знаю, но вроде бы конвоированные арестованные. Наших туда не пускают — занимаются КГБ и шестой отдел* (подразделение по борьбе с организованной преступностью МВД).
— И что теперь делать? — растерянно развел руками Седов. — Каковы наши действия?
— Работаем по плану, — решительно заявил руководитель. — Угон воздушного судна не наша прерогатива, так что не будем отвлекаться. Доложите, каков результат поисковых мероприятий.
После доклада Анисимов приказал:
— После обеда продолжайте поиски. Если сегодня не получится найти, завтра у нас целый день, а если и тогда не получится, то придется придумать историю посыльного с деньгами. Тут случилась одна загвоздка: местный сбербанк отказывается нам одолжить семьдесят шесть тысяч, а использовать куклу слишком опасно… Эх, не вовремя случился этот угон самолета! Я ведь хотел сходить к председателю горисполкома и заручиться его поддержкой, чтобы нам выдали деньги, а теперь ему не до нас. Ладно, эти вопросы попробую отрегулировать, а вы занимайтесь поисками места сокрытия похищенного.
Когда оперативники собрались выйти из явочной квартиры, Анисимов остановил их:
— Подождите, сейчас узнаю последние новости.
Позвонив и поговорив с дежурным, он взволнованно сообщил:
— Час от часу не легче! Самолет вернулся обратно в Чульман, угонщики выдвигают какие-то требования… Черт побери! Сейчас начнется штурм самолета, и аэропорт закроют на несколько дней! Ребята, посыльного нам, скорее всего, не видать!
— Может быть, привлечь местного оперативника? — предложил Седов.
— Ты что, с коня упал?! — рассерженно буркнул руководитель. — Это исключено, потому что преступники тоже будут знать, что московский рейс не прибыл, и вдруг откуда ни возьмись заявляется этот посыльный: «Здравствуйте, я ваша тетя!» Тем более в отделе милиции есть предатель, которому разрабатываемые фигуранты, скорее всего, показали тебя издалека, не мент ли ты. Местного опера они таким образом сразу раскусят и убьют вместе с тобой.
— Виноват, не подумавши, — почесал затылок опер.
— Он, видите ли, не подумал! — укорил его министерский опер. — В твоем положении надо тысячу раз подумать, прежде чем сказать что-то дельное.
— Даа уж, положение — хуже некуда, — разочарованно протянул Артеменко. — А как все хорошо складывалось!
— Ничего, ничего, — приободрил его Анисимов. — Еще не все потеряно, уверен, что сможем реализовать дело.
— А кто они такие, эти угонщики? — недовольно спросил нерюнгринский опер. — Я там из арестованных двух-трех гавриков знаю, среди них одного мокрушника с деревянной ногой.
— Пока ничего не известно, кто с кем и как, — развел руками руководитель. — Нам об этом не докладывают.
— Хотя бы сколько их там?
— Больше десяти арестованных.
— Фьють, целая банда! — удивленно свистнул Артеменко. — И чем же они вооружены?
— Не знаю, — помотал головой Анисимов и распорядился: — Езжайте на поиски, время не терпит!
Без толку поблудив по Старому городу, вечером опера вернулись в явочную квартиру, где Анисимов встретил их рассказом:
— Штурма не было. Угонщики отпустили несколько человек, зато забрали еще двоих с изолятора и вылетели в неизвестном направлении.
— Как это они улетели в неизвестном направлении? — удивленно спросил Седов. — А локаторы не могут отследить этот самолет?
— Это для нас в неизвестном направлении, — едко усмехнулся Анисимов. — А конторские-то* (сотрудники КГБ) знают, куда летит самолет. Вероятно, захватчики попытаются улететь за границу. А теперь расскажите, каковы результаты поисковых мероприятий.
Послушав доклад, руководитель распорядился:
— Идите, отдохните, завтра придется весь день провести на ногах.
— А как насчет посыльного? — поинтересовался Седов.
 
— Московский рейс, который должен прибыть послезавтра, отменили, поэтому будем тянуть время, разрабатываемым говорить, что, мол, в связи с угоном воздушного судна, рейсы отменены. К этому времени, наверное, разберемся со всеми.
— Получается, что этот угон нам на руку, — засмеялся Артеменко. — Времени будет больше для разработки фигурантов.
Анисимов нахмурился и сделал оперу замечание:
— Ты так больше не шути. Еще неизвестно, долетит ли самолет до точки назначения, а там заложники — представь себя на их месте.
Артеменко виновато опустил голову.
13
Утром, следуя в сторону Старого города, Артеменко рассказал:
— Разговаривал с дежурным. Он говорит, что самолет с заложниками находится в Красноярске. Скорее всего, штурм борта произведут там.
— Дай Бог, чтобы заложники остались живы, — вздохнул Седов. — Интересно, чем они таким вооружены, что смогли захватить самолет?
— Думаю, что напали на конвоиров и отобрали у них оружие. Я раньше сам замечал, что на десять-пятнадцать арестованных всего три-четыре конвоира.
— При таком количестве арестованных по норме положено не менее восьми-десяти человек, — досадливо проговорил опер. — Все это от нашей бедности и нехватки кадров.
Уже следуя по центральной улице Старого города, Седов резко и порывисто выдохнул:
— Это они!
Впереди из-за поворота выехала автомашина бордового цвета и направилась навстречу им в сторону Нового города.
Отвернувшись направо и поправляя очки, опер громким шепотом обратился к Артеменко:
— Езжай спокойно мимо. Попытайся определить, сколько человек в машине.
Когда автомобиль скрылся за поворотом, Артеменко прижался к обочине и сказал:
— Да, это они — бордовая «восьмерка».
— Они что-то заподозрили? Глядели на нас?
— Нет, впереди сидели два мужика и, жестикулируя, о чем-то разговаривали… Даже могу утверждать, что спорили. На нас — ноль внимания.
— Что-то потеряли они бдительность, — покачал головой Седов и поинтересовался: — Твоя «Волга» не засвечена нигде?
— Нет, я ее одолжил у директора угольного разреза, который является потерпевшим по нашему делу — аппаратура предназначалась для его предприятия.
— Давай развернемся и проследуем по дороге, откуда они выехали, — предложил Седов. — Чует мое сердце, что ангар поблизости.
Проехав несколько сот метров по ухабистой дороге, опера уперлись в тупик. Выйдя из машины, Седов оглянулся по сторонам, и у него екнуло сердце: чуть в стороне от дороги виднелся обветшалый ангар. Он схватил Артеменко за локоть и прошептал:
— По-моему, мы у цели! Я помню, что в конце ехали по ухабам, а потом метров двадцать шли пешком!
Артеменко наклонился и заметил на влажной земле рисунок протектора от шин.
— А вот и их следы!
— Подойдем поближе, там должен быть навесной замок, — предложил Седов и осведомился: — У тебя пистолет с собой?
Артемов молча хлопнул себя по левому боку, где у него была оперативная кобура, и сыщики тихо двинулись в сторону ангара.
Подойдя к воротам ангара, где была приделана небольшая дверца с проушинами для навесного замка, Седов шепнул:
— Замка нет, значит, внутри кто-то есть! Что делаем?
Артеменко вытащил пистолет и, в нерешительности потоптавшись на месте, предложил:
— Я тут останусь и со стороны буду наблюдать, а ты садись за руль и езжай к Анисимову. Надо приехать сюда толпой и с автоматчиками.
Услышав радостную весть, что тайник обнаружен, Анисимов быстро собрал шестерых оперативников, задействованных в операции, снабдил их рацией и двумя автоматами, и группа на двух автомобилях выдвинулась в сторону Старого города. По пути Седов поинтересовался:
— Леонид Иосифович, что с самолетом? Освободили заложников?
— Звонили минут пятнадцать назад — самолет находится в Ташкенте.