Измученные смутой времени

Этим же вечером его вызвал Жуков и огорченно сообщил:
— Понимаешь, Валера, ко дню Советской милиции я написал представление о награждении тебя ведомственной наградой МВД СССР за участие в ликвидации опасной преступной группировки, но Балуев не подписал и вернул бумаги обратно, объяснив, что его вызывают в Москву на коллегию, где, возможно, снимут с должности за развал работы в Нерюнгринском отделе милиции. Вот скажи мне: при чем тут его наказание и поощрение тебя за хорошо выполненную работу?! Ты же рисковал жизнью, тебя могли убить, а теперь надо ждать, снимут ли нашего министра, или не снимут.
— Да ничего страшного, — махнул рукой Седов. — Самое главное — банда ликвидирована, я получил моральное удовлетворение. Что еще надо сыщику?
— Ладно, подождем, когда министра вызовут на коллегию и, если он вернется оттуда при должности, то я повторю представление по итогам года. А теперь доложи, что у тебя по пропавшим супругам.
Заслушав доклад, Жуков задумчиво походил по кабинету и спросил:
— От агентуры нет стоящей информации? Не могли же два человека пропасть так бесследно! Что с ними случилось, кто их похитил?!
— Сергей Петрович, этот вопрос меня терзает не меньше вашего. Но я обязан их найти, я найду их, что бы ни случилось, чтобы по-человечески похоронить, чтобы мама не ждала их вечно, а, смирившись с потерей, успокоила свое сердце и ходила к ним на могилу, тихо рассказывая о том, как растет их доченька.
Расчувствовавшись, Жуков проговорил дрогнувшим голосом:
— Верю, Валера, верю, что ты не отступишь от своего. Пусть пройдет год, два, десять лет, но ты дойдешь до истины, в этом нет никакого сомнения. Всем бы иметь такого друга!
— Спасибо, Сергей Петрович! Разрешите идти?
— Иди. Завтра обязательно поприсутствуй на торжественной части по случаю Дня Милиции. Я буду читать доклад и упомяну в нем о тебе.
— Спасибо! Обязательно буду!
8
После праздников, когда выдалось небольшое окно времени, Седов решил поговорить с Лосевым. Сыщика встретил примерно его возраста мужчина, который у себя в гараже ковырялся в стареньком «Москвиче». Когда Седов, представившись, объяснил ему, что хочет поговорить по поводу пропажи соседей, тот недоуменно покачал головой:
— Так меня же в прокуратуре допросили.
— Я знаю, читал твой протокол допроса, но мне надо поговорить с тобой лично, так сказать, с глазу на глаз. Не возражаешь?
— Какие могут быть возражения? — ответил Лосев, отвлекшись от машины и вытирая руки ветошью. — Пойдем в дом, там и поговорим.
Прежде чем выйти, сыщик окинул взглядом убранство гаража, отметив про себя, что там присутствует смотровая яма.
«Интересно, полы там земляные? — поневоле подумал он. — Надо поинтересоваться и подпольем в доме».
Усадив гостя за стол, Лосев сполоснулся под рукомойником и, вернувшись, поинтересовался:
— Что вы хотели узнать дополнительно к тому, что я указал в протоколе допроса?
— Александр, расскажи немного о Диме и Варе. Дима мой друг, но, к сожалению, я с ним общался редко и поэтому хочу знать, как они тут жили.
— Постой, постой, не ты ли «афганец» Трясогузка? — удивленно вскинул голову хозяин.
— Тот самый, — улыбнулся Седов. — Только не Трясогузка, а Жаворонок.
— Да, да, Дима рассказывал, как вы угнали танк и поехали за Варей. Говорил, что ты устроился в милицию.
— Абсолютно верно! — засмеялся Седов. — Побывали мы с Димой в таких передрягах!
Сыщик, видя перед собой человека с открытым лицом и приветливой улыбкой, стал осознавать, что зря подозревал его в убийстве друга.
«Дима знал, с кем дружить. С темными личностями он не смог бы общаться…» — подумал Седов и спросил:
— Чем отапливаешь свой гараж? Печку я там не заметил.
— Кипятильником.
— Как это? — удивился сыщик.
— Очень просто. Кипятильник греет воду, она растекается по батареям.
— А вода не закипает?
— Нет, конечно, там циркулирует литров сто воды. Как простой кипятильник сможет вскипятить столько воды?
— Не знаю, не разбираюсь, — покачал головой опер. — Не зря тебя прозвали Самоделкиным.
 
— Да многие так делают, не только я, — небрежно махнул рукой хозяин.
— Электричество, конечно, мы воруем? — заговорщически подмигнул ему сыщик.
— Не без этого, — смущенно пожал плечами хозяин. — А то по миру пойдешь.
— Ладно, вернемся к Диме. Расскажи о нем.
— Дружим с ним еще со школы, — стал рассказывать Лосев. — Я был классом выше, но он постоянно приходил ко мне, поскольку занимался техникой: моторными велосипедами, авиамоделизмом, ракетами всякими, паяниями детекторных приемников… Короче, он пристрастился к технике и к концу учебы имел на руках удостоверение тракториста-машиниста третьего класса. В армии его, конечно же, как дипломированного специалиста, взяли в танковый батальон, о чем ты знаешь лучше меня. После армии он работал экскаваторщиком, а затем загорелся желанием заняться своим делом, а для этого продал отцовский «Москвич» и купил видеомагнитофон. Вскоре магнитофон стал показывать с большими помехами, виной тому, как нам подсказали специалисты, явился износ видеоголовки, которая, оказывается, у советской аппаратуры очень слабая. Дима с трудом достал эту деталь, а я пристроил ее в аппарат. Так и жили. Он иногда приходил ко мне, чтобы помочь с ремонтом автомобиля, ведь я автослесарь и беру у людей работу. В последний раз видел его за два-три дня до пропажи.
— Как ты узнал, что они пропали?
— Когда я отсутствовал дома, приходила соседка Пухова, которая хотела позвать меня открыть ворота Димы с той стороны. Об этом сообщила мне жена.
— И кого нашла эта Пухова?
— Не знаю, кого-то из соседей.
— Варя приходила к вам в гости?
— В гостях не была, но два-три раза заглядывала, когда Дима задерживался у меня.
— Пили?
— Да, немного. Водочку редко, в основном — пивка.
— А ты к ним ходил в гости?
— Бывало. Я же постоянно смотрел у него видики.
— Александр, у тебя подполье имеется?
— Да, имеется. А что?
— Покажи.
— А зачем?
— Хочу убедиться, что там вода.
— Да, там вода, но потихоньку убывает. Полностью уйдет после двадцатого.
Осмотрев сверху погреб, сыщик поинтересовался?
— В смотровой яме тоже вода?
— Нет, там металлический короб, вода не проникает.
— Ясно. Александр, скажи мне, какой у тебя был конфликт с соседом Тумановым?
— Пожаловался? — скривился Лосев.
— Нет, я случайно узнал от соседей при обходе домов.
— Да, был конфликт. Немного поддал и сижу на скамейке возле забора, никого не трогаю. Проходит мимо этот Туманов, а я кричу:
— Привет, бирюк! Че не здороваешься? Он, ничего не говоря, подошел и ударил меня в лицо. Я ему в ответ, завязалась драка. Тут выбежали бабы и разняли нас. Оказывается, этого Туманова за нелюдимость на работе обзывали бирюком, и он сильно обижался.
— Александр, скажи мне — кто живет напротив Димы?
— А черт его знает, — почесал затылок Лосев. — Тоже какой-то бирюк — ни с кем не общается, живет бобылем. Раньше в этом доме жила баба Даша, а как она умерла года два-три назад, появился этот. Говорят, какой-то родственник.
— А еще говорят, что Дима ходил к нему за инструментами, — добавил оперативник.
— За какими инструментами? — удивился мужчина. — Какие у него могут быть инструменты?
— Шанцевыми.
— Ааа, шанцевыми, — протянул Лосев. — Такого добра у него навалом. Он, вроде бы, работает землекопом.
— Землекопом? — напрягся Седов. — И что же он копает?
— Не знаю, он, по-моему, работает в ЖЭК-е* (жилищно-эксплуатационная контора).
— Кто-нибудь у него гостит иногда?
— Не знаю, не видел. Я же говорю, что он бирюк.
— Дима про него ничего не рассказывал?
— Только однажды у него брал лопаты, чтобы у меня на участке разгрести песок.
— Когда это было?
— Еще осенью прошлого года.
— Александр, ты вообще кого-нибудь подозреваешь в исчезновении Димы и Вари? Может быть, думаешь на кого-то, но боишься сказать об этом?