Дэмиен

Все это время было заполнено болтовней, смехом и одним успокаивающим телефонным звонком от моей мамы, которая сообщила, что у нее была просто рвота и ничего более серьезного.
Когда приблизилось вечернее время и солнце начало садиться, я встала, чтобы налить себе еще чаю, и когда поставила свою чашку точнее чашку Алека на стойку, все пошло ужасно неправильно. Я по глупости поставила ее слишком близко к краю, и когда Джакс из-за чего-то закричал, я повернулась посмотреть, и мой локоть ударился о чашку.
Когда она начала переворачиваться в воздухе, время замедлилось, и ее быстрое падение заставило мое сердце забиться быстрее. Я споткнулась, предприняв последнюю отчаянную попытку вырвать ее из лап судьбы, но она была вне моей досягаемости, и через секунду после того, как я сбила ее со стойки, она ударилась о кафельный пол и вдребезги разбилась. Осознание того, что произошло, вызвало острую боль в моей груди.
В комнате воцарилась тишина, пока не послышалось мое затрудненное дыхание.
— Он убьет меня.
Я практически почувствовала, как съежилась Кила.
— Я согласна: он убьет ее.
Эйдин медленно приблизилась ко мне.
— Он этого не сделает, милая. Это был несчастный случай.
— Ха! — Я покачала головой. — Он линчует меня еще до того, как я успею объяснить, что это был несчастный случай.
— Мы купим ему новый кубок Гарри Поттера до того, как он вернется домой, — сказала Брона, щелкнув пальцами. — Он не заметит разницы.
— Он, черт возьми, узнает, — проворчала я, уставившись на причину моего предстоящего убийства. — У него есть секретные метки на этой дурацкой чашке, поэтому, если я когда-нибудь заменю ее другой, он поймет.
Кила рассмеялась. Я резко посмотрела на нее и впилась в нее взглядом.
— Извини. — Она усмехнулась. — Просто он такой забавный. И я так сильно люблю его.
Я закатила глаза.
— Любить ли ты его так сильно, что поможешь похоронить мое тело?
Кила рассмеялась еще громче, но я проигнорировала ее. Она безнадежна и уже испорчена ужасом, которым является Алек Слэйтер.
— У меня нет другого выбора, — произнесла я, уперев руки в бока. — Мне придется покинуть страну.
Брона издала звук, ужасно похожий на смех, и когда я посмотрела на нее, она отвернулась, но ее плечи дрожали.
— Ты смеешь смеяться надо мной, когда я стою перед лицом смерти, Брона Мерфи?
— Ты должна признать... — Она хихикнула, поворачиваясь ко мне лицом. — Он закатит самую большую истерику, известную человечеству.
«Господи, — подумала я. — Он так и сделает».
Я убрала беспорядок, который устроила, и после того, как выбросила осколки разбитой чашки в мусорное ведро, мне стало дурно. Алек определенно убьет меня.
— Я должна выбраться из...
— Котенок, ты здесь?
Я замерла, как и само время.
— Нет, — прошептала я. — Не может быть, черт возьми, почему он здесь?
— Сегодня среда, — ответила Кила, ее глаза расширились от тревоги. — По средам он рано заканчивает. Я забыла.
Прежде чем Кила успела договорить, я бросилась к ней и встала за ее стулом. Инстинкт подсказал мне отпереть заднюю дверь на случай, если придется убегать, что я и сделала. Мы все замерли, когда Алек вошел в комнату. Даже дети притихли и уставились на него. Взгляд Алека метнулся от Килы ко всем остальным, затем, наконец, ко мне, и он сузил глаза до щелочек.
— Что ты сделала?
Я медленно приблизилась к задней двери, таща за собой стул Килы и ее саму. Когда она встала, я удерживала ее перед собой, нисколько не стыдясь использовать беременную женщину в качестве живого щита.
— Это был несчастный случай, — спокойно заявила я. — Запомни это, прежде чем мы тебе скажем.
— Что. Ты. Сделала?
Я задыхалась от паники и не могла подобрать слов.
— Кила, — пробормотала Брона. — Ты скажи.
Алек сосредоточился на ней, и когда она заговорила, его правый глаз подергивался при каждом ее слове.
— Это был несчастный случай, абсолютно несчастный случай… Аланна разбила твою чашку с Гарри Поттером. Опять же, совершенно случайно, я дам показания в ее пользу, если это потребуется.
 
Кила указала на мусорное ведро, и он молча подошел к нему. Алек уставился в него, и, клянусь Богом, его глаза наполнились слезами, прежде чем их наполнила ярость, и они обратились на меня. С того места, где я стояла, из-за освещения его обычно серые глаза казались черными, и именно в этот момент я поверила, что он воплощение дьявола.
— Я знал, что в конце концов ты это сделаешь, ты, маленькая демон-убийца кружек.
— Я сделала это не нарочно. — Я отчаянно замотала головой. — Я клянусь, провалиться мне на этом месте.
— Не имеет значения, — сказал он поразительно спокойно. — Ты все равно сделала это, так что тебе лучше начать убегать.
 Иисус. 
— Она беременна твоим ребенком. — Я схватила Килу за талию. — Ты не можешь приблизиться ко мне, когда она беременна.
— Смотри, — сказал Алек и не моргая начал приближаться, рассчитывая каждое движение.
Я простояла на месте целых две секунды, прежде чем повернулась, рывком распахнула заднюю дверь и выскочила в сад за домом. Мои глаза метались по сторонам в поисках пути к отступлению, но все было перекрыто проклятыми игрушками. Единственное, что я заметила, это батут, и мысленно планировала забраться внутрь и застегнуть сетку, которая образовала бы барьер между мной и Алеком. Этот план не сработал, потому что, когда мне удалось проникнуть внутрь этой мерзкой штуки, Алек следовал за мной по пятам.
— Иди сюда!
Я закричала от испуга и отпрянула от него, когда он пролез через щель в сетке. Он крупный мужчина, но в замкнутом пространстве его высокий рост испугал меня еще больше. Я быстро поняла что, попытка спастись на батуте ничто иное, как полный провал, и все, о чем я могла думать, это о том чтобы прыгнуть так сильно и быстро, как только могу, чтобы сбить Алека с ног и получить шанс вырваться на свободу. Он пригрозил мне в ту же секунду, как я начала прыгать, и когда он приблизился, я закричала громче и запрыгала быстрее. Среди моих криков и угроз Алека я услышала, как мои так называемые друзья ржут, как гребаные гиены.
— Прекрати прыгать! — приказал Алек.
Я подпрыгнула сильнее, заставив его ноги трястись еще сильнее.
— Это нападение!
— Я пока что даже не прикоснулся к тебе!
 Пока что. 
— Тогда, когда ты прикоснешься ко мне это будет нападением.
— В таком случае это дело вот-вот переквалифицируется в убийство.
Я закричала.
— Он признался, что собирается убить меня!
Еще больше смеха.
— Брона, — взмолилась я. — Помоги мне!
— Почему я?
— Потому что, — взвизгнула я, когда Алек бросился на меня, но врезался в сетку, так как я нырнула в сторону. — Просто потому что!
— Что, черт возьми, происходит? Это Аланна и Алек?
— Дэмиен! — закричала я, меня охватило облегчение. — Спаси меня!
— Что случилось? — потребовал он ответа. — Он выглядит так, будто собирается убить ее.
— Она разбила его чашку, — ответила Кила.
— Вот дерьмо, — произнес хор мужских голосов.
Теперь, когда Алек не загораживал вход в батут, я заметила отверстие, ведущее к выходу, и поползла к нему так быстро, как только могла. Я уже наполовину выбралась, когда чья-то рука схватила меня за левую лодыжку и держала изо всех сил.
— Я, бл*дь, так не думаю, разрушительница!
— Это даже не то слово!
— Мне насрать, — завопил Алек. — Я собираюсь щекотать тебя, пока ты не заплачешь!
Словно в фильме ужасов, меня затащили обратно на батут, и все это время я кричала, моля Бога помочь мне, потому что никто из ублюдков в саду за домом этого не делал.
— Он, как Пеннивайз, утаскивает меня навстречу смерти, — проревела я. — Кто-нибудь из вас, ублюдков, помогите мне; я не хочу быть похожей на Джорджи!
Моя племянница обрадовалась, услышав, как я выкрикиваю ее имя, не понимая, что я говорю о вымышленном Джорджи, который был зверски убит танцующим гребаным клоуном.