Любовь и ненависть между нами (СИ)

— Откуда этот звук? — вопрос Валерии выдернул меня из размышлений. — Мне кажется, так обычно гудит…, — девушка максимально приблизилась к окну и буквально прилипла к стеклу лбом. — … да, я не ошиблась, это и в самом деле вертолёт.
— Какого чёрта? — прорычал я и поспешил подойти к окну, тоже распознав приближающееся тарахтение вертолёта. — Я же велел не рисковать и подниматься в воздух только после обеда, когда туман рассеется окончательно.
Вертолёт аккуратно опустился на специально отведённую для этого площадку, а после полной остановки лопастей винтов из кабины вышли несколько человек.
— Мне кажется, или вон тот мужчина в ярко-синей куртке — Захар? — Лера постучала по стеклу пальцем, обозначая, кого именно имеет в виду.
— Тебе не кажется, заявился твой работодатель, — со злостью выплюнул я. — Смотри-ка, не утерпел и примчался. Поднял машину в туман. Ради чего, спрашивается, только так рисковал, идиот.
— У тебя все идиоты, один ты умный, — ворчливо заметила Лера, тут же бросившись на защиту Ногинского. — Ты не эксперт в отличие от пилота, а он согласился взлететь, значит, не видел в тумане проблемы.
Покосился на девушку, выглядит довольной и улыбается. Ещё бы она только что получила доказательство, что Ногинский имеет на неё далекоидущие планы, ради абы какой девушки все дела не бросают и не мчатся на выручку с риском для жизни.
— Пойду встречу гостей, — заявил я и убрался из комнаты.
Лера, в отличие от некоторых, живёт полноценно, со мной не получилось, отряхнулась и дальше пошла, а я живу как монах, с какого-то перепуга целибат соблюдаю, причём прямо строго, ни с кем и ни-ни. Хватит, сегодня же согрешу, глядишь, и дальше пойдёт как по маслу.
Даже спуститься с лестницы не успел, как входная дверь, раскрываясь, с силой долбанула о стену, и на пороге с ошалевшими глазами появился Захар.
— Где Лера?! — вперившись в меня взглядом, первым делом выкрикнул он.
— В холодильнике, — хмыкнул я. — На кусочки вчера её порубил, голова в морозилке, а туловище так, по полкам распихано.
Ну давай, начинай махать руками, я хоть пар выпущу.
— Калинин, мать твою, Лера спрашиваю где? — поднявшись по лестнице и встав со мной на одну ступень, рыкнул Ногинский, но что-то врезать мне в челюсть совсем не торопится. Так и знал, все его угрозы по телефону — пустой трёп. Мало того что спит с Леркой, так и тут меня обломал.
— Да в спальне она, живая и даже почти здоровая. Второй этаж, третья дверь налево.
Ногинский, перепрыгивая сразу через две ступени, рванул выше, я тоже поднялся и наблюдаю.
— Лера, это я, можно войти? — постучавшись в спальню, спросил разрешения Захар.
Как интересно черти суп варят…
С каких это пор мужику, чтобы войти в комнату к любовнице, требуется дозволение?
— Ой, нет, подожди, я ещё не оделась, — послышался девичий голос из-за двери.
Вот даже как…
Это, конечно, очень странно, но факт в том, что Валерия своего любвеобильного работодателя до тела не допускает.
Поймал себя на том, что широко улыбаюсь и вообще давненько у меня не было такого приподнятого настроения.
Лера не заставила себя долго ждать, буквально через несколько секунд открыла дверь и пригласила Захара. Я тоже решил войти, Ногинский пытался захлопнуть перед моим носом дверь, но я, разумеется, ему этого не позволил.
— Ты как? — участливо спросил Захар у Валерии, позволив себе лишь дотронуться до её плеча.
— Спасибо, уже гораздо лучше, но тебе не надо было прилетать, я теперь чувствую себя виноватой. Все планы тебе сорвала…
Усевшись в кресло, смотрю на парочку во все глаза, и мне даже жалко Ногинского. Если говорить образно, мужик перед Валерией распинается, ради неё готов, и горы свернуть, и звезду с неба достать, а она ему каждый раз вежливо отвечает: «Спасибо, не надо».
Ногинский бегает вокруг Леры и метит углы, но и дураку ясно, между ними, кроме трудового договора, ничего нет. А теперь главный вопрос — почему так? Если девушка живёт мечтой выгодно выйти замуж — Захар идеальная мишень. Он не старик, не урод, влюбчивый, щедрый, не против загадить паспорт очередным штампом и даже после развода не обижает деньгами.
 
Зря я не настоял на разговоре, надо было у Леры прямо спросить, какого хрена она принимала по ночам бывшего мужа и внимательно послушать ответ. Сейчас бесполезно, Ногинский приклеился к Валерии намертво, ни за что не оставит нас наедине, но у него нет возможности стеречь её двадцать четыре часа в сутки, значит, в ближайшем будущем мы с ней всё-таки основательно по душам поговорим.
  
Глава 20
 
Чтобы выздороветь, Валерии требовалось время, поэтому наш разговор пришлось отложить на неделю. Я, конечно, мог заявиться к ней домой, но счёл это заведомо гиблой идеей. Сам знаю каково это — болеть. Лежишь пластом с раскрасневшимися глазами и опухшим от постоянного натирания носом, с кровати встаёшь лишь для похода в туалет и к холодильнику, видеть кого-либо ну вот вообще нет никакого желания, а если кто-то всё-таки притаскивается, сразу тянет этого человека очень далеко и надолго послать.
Я же хочу поговорить с Лерой если не в дружественном ключе, то хотя бы в нейтральном, а для этого нужно выбрать не только подходящий момент, но и правильное место. Например, её офис — идеальный вариант, откуда ни посмотри. На рабочем месте она морально настроена принять посетителя, а ещё она там хозяйка, значит, чувствует себя более уверено и расслаблено.
Как только мои юристы сообщили, что им на почту упало от Леры письмо, я решил, что её больничный закончен, полностью освободил конец дня от рабочих вопросов и отправился к ней.
У меня и в мыслях не было подглядывать за Валерией, это как-то само собой получилось. Услышав через дверь, как она смеётся и разговаривает, тихо и без стука, чтобы не мешать, заглянул к ней в кабинет и застыл. Залюбовался. Девушка сидела на столе ко мне боком и щебетала с кем-то по телефону, её узкая юбка чуть задралась, оголяя стройные ножки, которые она то вытягивала, то приподнимала, то в воздухе игриво вырисовывала окружность.
— Рита, честное слово, сегодня в семь буду как штык, — пообещала Валерия куда-то прийти вечером и судя по тому как она сразу после этого запрокинула голову к потолку и со стоном тяжко выдохнула, на том конце невидимая собеседница усомнилась в её словах. — Зуб даю. Да, передний.
Может, я бы ещё какую полезную информацию выведал, но мой мобильный, как специально по закону подлости пиликнул входящим сообщением, Валерия, разумеется, услышала звук и тут же в мою сторону посмотрела.
В глазах у девушки удивление, интерес, также присутствием капля неловкости, так понимаю из-за того, что она сидит на столе, а до этой секунды ещё и играла ногами, но самое главное — у Валерии ко мне нет враждебности.
— Рит, я тебе чуть позже перезвоню, у меня тут объявился внеплановый посетитель, — с этими словами Лера ловко соскользнула со стола, одёрнула юбку, а полностью развернувшись ко мне, изобразила на лице лёгкую улыбку. — Привет. Чем обязана?
— Проезжал мимо. Подумал, надо бы зайти и спросить, как здоровье, — пожал я плечами.
— Зачем же такие трудности, можно было просто позвонить, — девушка потрясла в руке телефон.
— У тебя занято было, — со смехом выдал я и кивнул на кресло. — Пройти и присесть можно или прикажешь и дальше топтать порог?
— Проходи, конечно. Что тебе предложить чай, кофе или воды?
Я даже порадоваться не успел факту, что Лера собралась меня угостить, как в кабинет буквально ввалился запыхающейся Захар и, выпуская из лёгких остатки воздуха, выпалил:
— Тимур Артёмович, тебя каким ветром сюда занесло, что-то я не помню, чтобы мы договаривались о встрече?
— Слушай, Захар Дмитриевич, объясни мне одну вещь, я ведь через пост охраны не проходил, тогда как ты узнал, что я здесь? — задался я вопросом и, не дожидаясь ответа, внимательно оглядываясь по сторонам, предположил. — Ты Лере в кабинет камеру куда-то вмонтировал?