Обреченный клан (СИ)

Этот разговор заставил его задуматься над возможными мотивами похитителей и пересмотреть их. Сортэне были большим кланом и родством связаны со многими, но потомкам межклановых браков чужую силу блокировали во избежание переброса в случае каскада из проваленных инициаций в одном из обреченных кланов. Мера вынужденная, но вполне логичная, если учесть то, что рассказал ему в первый день Грегор и что Герберт не поленился проверить по базе. Несколько перебросов в их случае действительно имели место быть, и тогда вымерла чуть ли не вся верхушка клана. Но сколько ещё в клане таких как Серафима? Недовольных тем, что их лишили силы, положенной им по рождению? И что, если её всё же можно вернуть? Может, не спустя десятилетия, но спустя несколько лет или месяцев после ритуала? Эта мысль прежде уже у него проскальзывала, но тогда он не придал ей особого значения и список прошедших ритуал за последние лет пять у главы клана не запросил. Хотя стоило бы, хотя бы чтобы проработать и эту версию.
Следующего представителя Сортэне пришлось поискать. Тот в противоположность Серафиме, ведущей жизнь добропорядочной горожанки, работающей в представительстве Совета и занимающейся семьёй, был прожигателем жизни, только не великосветским, как привычные Герберту столичные хлыщи, а самым обычным. Алкоголь, карты, наркотики… Характеристика выданная главой службы безопасности клана мало отличалась от мнения соседей. Впрочем, и район, где жил отщепенец, сложно было назвать приличным. Мага здесь встретили настороженно, если не сказать опасливо. От него ждали проблем и, услышав, что он по душу соседа, не слишком успокоились.
Да и сам следователь чувствовал себя не слишком комфортно в злачном районе и заготовленный щит убрал, только выбравшись за его пределы. Было жаль, что придётся сюда вернуться: в день похищения артефакта — его одна из соседок запомнила, как раз был день рожденья внука — Никлас Сортэне был в кои-то веки трезв, свеж, бодр, выглядел прилично и куда-то уехал с раннего утра, чтобы вернуться уже за полночь. Предстояло выяснить, куда и зачем. Кандидатурой в похитители он был слишком хорошей, чтобы упускать эту ниточку или откладывать разговор. Так что предстояло действовать на свой страх и риск.
Возвращение Леонарда Мила встретила радостно. Пожалуй, слишком радостно, чтобы он ничего не заподозрил.
— Ну и с кем же ты поцапалась на этот раз? — с усмешкой поинтересовался наследник клана Кримос.
Девочка вспыхнула и потупилась.
— Дай угадаю, снова Кит и Лим?
— Они первые начали! — вскинулась девятилетняя глава клана Герт.
— Даже не сомневаюсь, — серьёзно заверил её мужчина.
Отношения со сверстниками у его подопечной были… сложными. В клане Герт детей её возраста не было, как, кажется, и вообще детей, общаться со сверстниками-людьми маленькой магине никто бы не позволил, а с другими магами, живущими в городе, Герт то ли не общались вовсе, то ли общались недостаточно хорошо, чтобы дружить семьями. В общем до переселения под защиту клана Кримос в его поместье опыта общения со сверстниками у Милы попросту не было. Что, разумеется, как только девочка стала осваиваться, породило совершенно неожиданные для Леонарда сложности. Что с этим делать наследник клана понятия не имел. Сам-то он рос с Гвен и Мари, да и дети малых родов в резиденции клана бывали.
Старшие маги помогали, чем могли, но у большинства из них опыт взаимодействия с детьми был ограничен учениками, а те всё же были постарше, так что помогало это не слишком. Его отец, когда он поделился с ним проблемой, только усмехнулся и посоветовал набраться терпения. В итоге этим он и занимался.
— И что же они сделали? — поинтересовался Леонард, устраиваясь в кресле.
Мила тут же уселась на стол. Нарушать этикет она, кажется, в пику леди Мариссе, пытавшейся девочку ему учить, обожала. Правда, делала это, только когда рядом был Лео, готовый защитить её от бабушки.
— Сказали что я недоучка! — наябедничала юная магиня. — А я, между прочим, уже научилась купольный щит ставить!
 
— Молодец, — похвалил наследник клана. — А мальчишек не слушай. Они просто дразнятся, чтобы вывезти тебя из себя и тебя оставили без сладкого.
— Правда?
— Правда, — заверил её мужчина. И признался: — Я сам так же в их возрасте делал. Но только с Гвен, она порой бывала невыносимой занудой, Мари наоборот от всех защищал.
Как всегда при упоминании Розмари Мила помрачнела, но спрашивать ничего не стала. Верила, что он обязательно сразу ей расскажет, если что-то узнает. Уже прогресс.
— Она найдётся. Может, не сразу, но обязательно найдётся, — сам не зная, кому это говорит, себе или девочке, заверил Леонард.
— Если сможет выжить без магии, — уточнила вдруг Мила.
— Мари сможет, поверь мне. Она не один год жила среди людей, училась, работала. Она знает, как и что у них устроено, да и работу найти сможет.
— Работу?
— Люди работают, чтобы получать зарплату, ну деньги, то есть, — по себе зная, как сложно в этом разобраться ребенку-магу, пояснил Лео. — И живут на них: тратят на продукты, жильё, одежду…
— Разве у них нет кланов, которые о них заботятся?
Мужчина покачал головой:
— Нет. — И выразительно посмотрел на часы: — Тебе спать не пора?
— Пора, наверное, — вздохнула девочка. — Но ты не рассказал мне про людей и эту их… заплату?
— За р плату. Она, кстати, не только у людей бывает, у нас тоже. Например, дядя Герберт за свою работу получает зарплату.
— Но у него же есть клан!
— Есть. Но у него есть и работа, а любая работа должна оплачиваться.
— Как это?
— Долго объяснять. Я, честно говоря, даже понятия не имею с чего начать.
— С зарплаты дяди Герберта, — решила за него Мила.
Про себя подумав, что такой подход объяснения едва ли упростит, Леонард поднялся:
— Ладно, пошли в кровать, расскажу вместо сказки.
Блокиратор удалось найти без особых проблем. Рецепт на него у Герберта имелся, их целитель департамента следователям на всякий случай регулярно выписывал. Благо производили тот в разной концентрации, и вполне можно было использовать часового действия. Правда, ту ли концентрацию ему продали в аптеке, огневик проверить не подумал: в рецепте значилась нужная дозировка, логично было, что и дали ему нужную. Как потом оказалось, очень зря.
Принимать его сразу маг не стал, выпил, уже припарковавшись на окраине не самого приличного района города. Дождался, пока из волос уйдут последние алые пряди, а в радужке потухнут искры, сунул в карман нож (совсем без оружия было некомфортно, всё же силу он сейчас использовать не мог), и направился по выписанному адресу.
Забегаловка, завсегдатаем которой был искомый маг, выглядела так себе. Здесь было грязно, пахло дешёвым алкоголем и таким же дешёвым парфюмом, громко играло радио. На вошедшего чересчур прилично для этого места одетого посетителя, тут же уставились пьяными взглядами несколько мужчин, покачивающихся около окошка раздачи. Никласа Сортэне среди них не было.
Толкаться с пьяницами у кассы следователь не стал, занял место за одним из столов в ожидании того, как они отойдут. Пить маг не собирался, но что-то взять стоило хотя бы для того, чтобы меньше выделяться.
Его терпение было вознаграждено спустя почти час, когда следователь уже подумывал, не выпить ли ещё одну таблетку блокиратора. Предыдущие по логике вот-вот должны были закончить действовать. К счастью не пришлось: в забегаловку вошёл хмурый кое-как одетый маг с характерными фиолетовыми прядями в каких-то грязно-серых волосах. Поприветствовал знакомых, буркнул нечто вроде «мне как обычно» продавщице, расплатился и, прихватив бутылку, ушёл за дальний столик.
Герберт, пока его не успели окружить знакомые Сортэне, направился к нему. Коротко кивнул:
— Лорд, — это прозвучало нейтрально, хотя сдержать скепсис было сложно. Лордом-магом Никлас не выглядел. — Герберт Киристе, следователь. У меня есть к вам несколько вопросов. — Это заставило мужчину, уже явно намеревавшемуся послать нежеланного собеседника куда-нибудь далеко, проглотить заготовленные слова. Пока он думал, огневик предупредил: — Вы можете на них не отвечать прямо сейчас, однако в этом случае отвечать придётся в полицейском управлении.