Провинциал. Книга 6 (СИ)

Но, мне кажется, что это будет шито белыми нитками, хотя с нами связать это событие будет трудно.
Всё-таки, когда мы прибудем в метрополию с полусотней трупов на борту, вопросы к нам возникнут наверняка. И даже если против нас ничего не нароют, то осадочек, как говорится, всё равно останется. А этого хотелось бы избежать.
С другой стороны, а что эти ребятишки могут нам сделать такого плохого?
А ведь ничего… Мы же находимся в изолированном блоке, и можем существовать тут полностью автономно до самого прибытия в конечную точку нашего маршрута… Штурм, если нам таковой устроят, мы отобьём, это без вопросов. Нет у них соответствующего оборудования и снаряжения, и взяться этому неоткуда совершенно.
А значит, мы можем полностью исключить контакты с этими паршивцами, что бы они там не удумали.
А когда прибудем на место, их можно будет взять под белы рученьки, и торжественно передать властям.
На них столько всего висеть должно, что тут мы и благодарность за передачу в руки правосудия опаснейших рецидивистов наверняка получим…
Вроде как оптимальное решение найдено. То есть, на этом этапе мы можем ничего такого не делать, а просто наслаждаться полётом.
Стоп! Моя паранойя выдала мне ещё один повод для беспокойства…
Полёт… Это же ключевое слово. Полёт нашей лохани в межзвёздном пространстве организуют пилоты.
То есть, если бандюганы до них доберутся, то возможны варианты. И нам варианты эти могут, ой как не понравиться…
Если, предположим, Юрген, так его за ногу, договорился по своим каналам о том, чтобы присоединиться, предположим, к вольному братству Новой Тортуги. Это я к примеру… В космосе у вольного братства много разных баз и ухоронок… Хотя они все весьма удалены от тех областей пространства, по которым проложен наш курс.
Топлива то нам по любому не хватит туда добраться, но это не значит, что корабль не может изменить этот самый курс. Очень даже может…
Может они и про дозаправку договорились. Это ребята ушлые, и ожидать от них можно чего угодно.
Но тогда нам следует озаботиться тем, чтобы сделать невозможным для молодцов Юргена захват пилотов.
Блок кают, которые заняты экипажем корабля, устроен примерно так же, как и наш. То есть там, конечно, есть переход в остальные корабельные помещения, но он тоже один.
И, по идее, контролируется экипажем.
Но, как известно, голь на выдумки хитра.
А потому полностью исключить то, что уголовники таки найдут возможность пробраться в ходовую рубку или к каютам экипажа, полностью сбрасывать со счетов нельзя.
А это что значит?
Правильно… Это значит, что нам не помешало бы установить контроль за тем единственным переходом, воспользовавшись которым злоумышленники смогут захватить экипаж.
Для этого у меня есть петы.
Пусть дежурят посменно, и, в случае возникновения хотя бы намёка на то, что готовится проникновение в зону, занимаемую немногочисленной командой судна, дают мне сигнал тревоги.
А там уже будем реагировать.
В случае чего, Боня сможет упокоить несколько уголовников, если они попрут, куда им не положено. Этим он, несомненно, выиграет время для того, чтобы мы могли полноценно включиться в игру и нейтрализовать попытку захвата…
Плохо то, что для обеспечения наблюдения за экипажем нам придётся ослабить контроль за происходящим в кубрике рабочих.
Петы у меня не железные, им тоже отдыхать надо…
Хотя, можно будет закинуть туда пару-тройку мини-микрофонов. Проньке это раз плюнуть.
И тогда я, направив аудио в параллельные потоки своего сознания, смогу худо-бедно контролировать наших попутчиков. Контроль, конечно, не стопроцентный, но хоть какой-то…
Вот теперь, вроде как совсем всё… Паранойя немного притихла, и теперь просто бурчит о том, что и пилоты могут быть заодно с уголовниками.
Но это уж совсем нереально, я так думаю. Да и если это даже так, то самоубиваться то они точно не предполагают… Только если в сторону попробуют уйти.
А ведь наш полёт мониторят и имперские диспетчерские службы, так что изменить курс без последствий, это тоже задачка не из лёгких…
 
Если они с курса захотят уйти, то диспетчерская служба наверняка среагирует, и направил следом какой-нибудь дежурный фрегат, чтобы выяснить причину и вернуть посудину на согласованный заранее курс.
Не сразу, конечно, пока то, да сё… Сутки пройдут, но сутки то мы продержимся, я надеюсь…
В составе нашей делегации нет никого, кто мог бы пилотировать эту летающую развалину, так что в этом случае нам следует пока успокоиться и не нервничать, так как это совершенно бесполезно…
Пилотов мы заменить не сможем, это ясно и ежу. А если они, всё-таки, что-нибудь учудят, то что-то предпринимать придётся, но вот что именно?
Готового ответа у меня нет, а потому этот вариант нужно будет дополнительно обдумать… Я надеюсь, что время для размышлений у нас пока есть. До метрополии нас ожидают ещё несколько прыжков, и далеко не из каждой пространственной узловой точки можно будет незаметно уйти в сторону.
Бррр… Ни минуты покоя… Постоянно какая-нибудь хрень… Вот, даже и вздремнуть некогда…
Всё таки я задремал, хе-хе.
И разбудил меня противнющий зуммер, оповестивший всех заинтересованных лиц о том, что разгон закончен, и наша потрёпанная калоша сейчас несётся в гиперпространстве с умопомрачительной скоростью.
Само собой, я не стал держать в себе весь тот негатив, которым я обзавёлся после того, как увидел Юргена в числе наших попутчиков.
Разумеется, я снова собрал всех, и ознакомил своих соратников с вновь вскрывшимися обстоятельствами.
Не скажу, конечно, что девчонки сильно обрадовались тому, что я им поведал, но и сильного расстройства я не заметил.
Озаботились, конечно, не без этого.
Я изложил им свои соображения по поводу возможных вариантов развития событий и возражений особых не последовало.
Лишь Истер как-то многозначительно на меня посмотрела и кивнула мне, мол, пойдём, пошепчемся тет на тет.
Я закончил своё выступление, отпустил девчонок по каютам, но сержанту, руководящему приданными нам гвардейцами, дал поручение полностью поменять характер несения службы.
Если сначала предполагалось просто выставлять дневальных, то теперь я поручил гвардейцам нести службу, как в полноценном карауле…
То есть они разбивались на три смены — отдыхающую, бодрствующую, ну и тех, кто непосредственно стоит на посту — часовых.
Часовые облачаются в ИМД, а бодрствующая и отдыхающая смены влезают в доспехи в случае тревоги, ну, или по получении от меня соответствующей команды.
Теперь мы будем готовы оперативно реагировать на любую нештатную ситуацию. Не бог весть что, конечно, но большего мы при всём своём желании сделать не сможем.
Само собой, что и девчонки в случае тревоги облачаются в ИМД и становятся в строй.
Тылы будут охранять питомцы Зары, ну, и она сама, так как ни она, ни её подопечные не обеспечены бронёй.
Подопечным просто и не предполагалось её давать, а Зара, как обычно, от брони отказалась в самом начале из своих принципиальных соображений.
После того, как все распоряжения были отданы, мы с Истер таки устроились в моей каюте, и за бутылочкой вина приступили к более вдумчивому обсуждению сложившейся ситуации.
Истер была серьёзно обеспокоена. Всё дело в том, что дурные предчувствия её не оставляли.
К сожалению, она не могла точно сказать, какие именно события приведут к реализации тех рисков, что заставляли её тревожиться.
Мы с ней перебирали все возможные варианты наших действий. То есть вместе занимались тем, чем занимался я, лёжа в противоперегрузочной капсуле. Мы перебрали все вероятности, которые могли себе вообразить.
Тщетно.
Её беспокойство оставалось, как бы это сказать поточнее… На стабильно высоком уровне.
А это говорило о том, что никакие наши действия ситуацию не изменят.