Провинциал. Книга 6 (СИ)

Если это удастся, то следующее, что должно произойти, это открытие лифтовых створок. Тут без Зоэ нам никак не обойтись, так как лифтовые двери подобному фокусу будут сопротивляться. А вот Зоэ их принудит разойтись в нужный нам момент.
И тогда нижние части тел рейнджеров будут открыты нам для нанесения огневого поражения.
Ведение же ответного огня для них будет существенно затруднено, так как для того, чтобы осуществлять прицельную стрельбу им придётся согнуться чуть ли не вдвое. Просто верх двери будет в этом случае у них примерно на уровне живота, и, соответственно, поле зрения будет ограничено.
Замечательно я придумал, ага… Даже Зоэ одобрила.
Но, те, что пришли по нашу душу были профессионалами, а потому, к моему великому сожалению в лифт они просто не полезли.
Эти гады начали вскрывать пол в одном из уходящих в сторону коридоров, метрах, примерно, в трёх от того места, где он выходит к лифтовой площадке. И мой распрекрасный план тут же накрылся блестящим медным тазом…
Пришлось срочнейшим образом перегруппировываться.
Мы опять разделились на две группы, такие же, по составу, что и раньше, то есть в одной из них был я, Истер и Алевтина, а во второй, как вы, наверное помните, Лиза, Светлана и Кирилл.
Само собой, в каждую из групп было включено равное количество гвардейцев. И гвардейцы занимали первую линию.
У них работа такая, принимать на себя первый удар.
Наш отряд ушёл вглубь коридора, потолок которого уже начал светиться малиновым, а ослепительно-белая точка плазменного резака неотвратимо чертила широкую окружность.
Скоро сюда ворвутся разъярённые гибелью одной из своих групп рейнджеры, и начнётся замес…
Лиза и компания расположились в лифтовом холле. И теперь нам всем осталось только дождаться, когда плазменный резак агрессоров доделает свою работу.
Я ещё раз обратил внимание своих соратников на то, что надо действовать аккуратно и не подставляться под дружественный огонь. Ну, и стреляющим, естественно, надо смотреть как следует, в кого полетит его следующий гостинец…
Но на этом подготовительные мероприятия исчерпаны не были.
Я решил тут и петов задействовать, так как эти ребята действительно хорошо защищены, и выковыривать их из доспехов будет занятием не простым. Как у них, у демократов, любят говорить, крепкие орешки, да…
Да, для того, чтобы ещё усилить наши ряды, я временно отозвал Боню с его боевого поста, где он контролировал вражеских пилотов.
В общем, Пронька был отправлен наверх и сейчас ждал моего сигнала. Боня же остался со мной. Его задачей будет, по мере возможности, атаковать врага.
Только вот я опасался, что их доспехи имеют, пусть и не абсолютную, но, всё-таки, довольно действенную защиту от атак из астрала.
Что-то такое я слышал в бытность свою солдатом Конфедерации. О чём-то подобном парни как-то спорили… Но я сильно в тот момент не прислушивался, так что точной информации у меня сейчас, к сожалению, нет.
Хотя, что это я торможу то? Зоэ то должна быть в курсе. Эти базы у неё точно есть…
И Зоэ меня не разочаровала, базы у неё были, и, как я и опасался, защита у этих сволочей всё-таки была.
Пробиться через неё теоретически возможно, судя по тому, что мне сообщила псевдоличность.
Но для этого придётся приложить серьёзные усилия.
Вот теперь и посмотрим, будут ли эти, хе-хе, орешки по зубам нашему Боне. Он, за то время, что со мной, значительно прибавил, заматерел. Думаю, сдюжит.
Но вот случилось неизбежное. На пол тёмного коридора с грохотом и лязгом вывалился раскалённый фрагмент межпалубного перекрытия. Толстый и адски тяжёлый.
И, надо же, приземлился на ребро и покатился в нашу сторону. Но тут Истер, умничка, немного помогла. Она пристально посмотрела на этот раскалённый диск, и он завалился на бок, не добравшись до нас всего пару метров…
Края отверстия в потолке ещё светились малиновым, а вниз уже свесились нижние конечности самого торопливого противника.
Настало время Проньки. Я отсигналил ему о том, что сейчас самое время разбрасывать камни, то есть гранаты. И он не подвёл.
 
Наверху несколько раз ощутимо грохнуло, и ноги, свисающие с потолка, окутались густым серым дымом. Клубы этого дыма окрашивались отблесками пламени, бушующем на верхней палубе. Красиво, однако.
Но, мы и не рассчитывали на то, что гранаты нанесут этим монстрам хоть какой-то ущерб. Защитные поля уберегли их и от осколков, и от жара плазмы.
Но гранаты мы потратили всё-равно не зря.
Во-первых, поля отчуждения у этих ребят хорошо просели, и теперь их портативным реакторам придётся изрядно потрудиться, восстанавливая защиту.
И на это уйдёт время. А его может и не хватить, так как мы не будем сидеть тут сложа руки и ждать, чем дело кончится.
А во-вторых неожиданные взрывы немного дезориентировали наших оппонентов. И, вместо того, чтобы форсировать спуск, они там начали какую-то заполошную стрельбу.
Само собой, их замешательство долго не продлилось. Убедившись, что вокруг них никого нет, они не стали выяснять причину ошарашивших их взрывов, и вернулись к своему первоначальному плану.
Из дыры в потолке на пол с грохотом спрыгнул первый рейнджер, а в отверстии сразу же возникли нижние конечности второго.
Тут я дал команду на открытие огня. И, одновременно, Боня начал атаку на астральную проекцию рейнджера, стоящего перед нами.
Бонифаций красава. Нет, он, конечно, не смог разделаться с нашим противником. Но он сделал ему больно. И, судя по поведению этого вражины, не просто больно, а очень больно.
Следствием этого стало то, что он, вместо того, чтобы отойти сразу в сторону и дать место для приземления своему товарищу, бестолково размахивал руками и совершал какие-то конвульсивные телодвижения, не сходя с места.
Излишне, наверное, говорпить о том, что его фигура тут же окуталась ореолом плазмы, которая с каждой секундой истощала его энергетическую защиту — это вдарили гвардейцы.
Плюс к тому, Алевтина, немного отодвинув меня в сторону, запустила в этого красавца потрескивающую шаровую молнию.
Причём, подгадала она с этим в тот самый момент, когда сверху на беднягу свалился его сослуживец, который был уверен в том, что место уже свободною.
В результате на полу сформировалась куча-мала, на которой с весёлым шипением и потрескиванием резвились высоковольтные разряды.
Но тот из наших противников, что был посвежее, мгновенно сообразил, в какую задницу попал, и колбаской откатился в сторону лифтового холла.
А товарищ его так и остался неподвижно лежать на полу, не выдержав нашей сосредоточенной атаки.
И тут нам таки прилетело. Не знаю, что это была за хрень, но в двух гвардейцев, стоявших передо мной ударила небольшая ракета.
И тут же взорвалась. И, надо сказать, что взрыв был очень, ну просто очень мощным. Всех тех, включая и меня, кто стоял поблизости, отбросило назад.
А те двое, в которых прилетел этот адский снаряд, пытались уползти в сторону. Двигались они как-то дёргано и не особенно точно, поэтому и передвигались не особенно быстро.
То есть поля их схлопнулись, и, мало того, их доспехи, видимо, оказались значительно повреждены.
Зоэ показала мне диаграммы состояния этих бойцов. И это меня здорово расстроило.
Ранения, полученные ими были весьма серьёзны и являлись несомненной угрозой их жизням, если в течение получаса нам не удастся что-либо предпринять.
Пока их поддерживали наши медико-техномагические артефакты, но их ресурс, к сожалению, будет довольно быстро исчерпан, учитывая тяжесть полученных бойцами повреждений.
В нашем жилом блоке оставалась реанимационная капсула, так что теоретическая возможность их спасти есть. Но капсула у нас только одна, а раненых двое. Да и до капсулы этой ещё добраться надо.
А прежде чем пытаться это сделать, нам следует покончить с этими демократами, которые, как оказалось, могут очень чувствительно огрызаться.