Провинциал. Книга 6 (СИ)

Кроме того, Семён с теми своими гвардейцами, кто не будет занят вознёй с пленными, должен будет окончательно зачистить от бандосов Юргена всю оцепленную нами территорию, чтобы решить вопрос с этими сволочами окончательно и бесповоротно.
После того, как все указания были отданы, а новые задачи нарезаны, пришло время отправляться по следам пытающегося уйти в отрыв жреца.
Я настроился на маячок Бони, отметка которого находилась неподалёку от маячка, который я повесил на нашего клиента, но не в плотную.
Прыжок.
Я огляделся. Вокруг теснились какие-то лачуги, покосившиеся заборы и прочие свидетельства того, что тут живут люди, хронически пребывающие за чертой бедности.
Так, а это значит, что тут надо держать ухо востро, ибо местная гопота может польститься даже на мои стоптанные мокасины.
Нет, я не боюсь, я крут немеряно. И носком могу зарубить, ежели припрёт.
Но зачем, спрашивается, лишние приключения, при том, что прибытку от них никакого ожидать не приходится?
Ответ лежит на поверхности — незачем.
Ну, ладненько, примем доклад Бони, то есть посмотрим на видеоряд, им транслируемый.
Как только я тут появился, Боня мо сразу же переместился поближе к объекту наблюдения.
И теперь я мог любоваться на то, как преследуемый нами козлообразный колдун, кутаясь в плащ и задевая рогами за бельевые верёвки, натянутые поперёк узкого переулка, резво удаляется от нас.
Я решил, что догнать его мы догоним по любому, так как Боня его не упустит, а потому можно не торопиться.
Я ухмыльнулся, припомнив, что народная мудрость безусловно оправдывает спешку только в двух случаях. А именно — при ловле блох, и про поносе.
Вспомнив о блохах, я отошёл подальше от кучи грязного тряпья, лежащего под забором рядом с тем местом, где я стоял.
Я переместился подальше именно потому, что, скорее всего, в этом тряпье, выброшенным неизвестно кем, могли и блохи гнездиться, и прочие интересные существа.
В паре метров от меня медленно развернулась плоскость портала. Это, наверное, Серёга отправлял ко мне подкрепление в лице Светланы.
И точно, вот она изящно выходит из портала и тут же вступает в зловонную лужу. Сдавленно матерится по этому поводу.
— Свят, свят, свят, — вдруг заговорила та самая куча грязных тряпок, от которой я своевременно отодвинулся, ибо это был мертвецки пьяный, а может быть просто обдолбанный до полного изумления, бомж, коего я и принял в потёмках за кучу тряпок, — привидится же такое, — явление Светки, похоже, он воспринял, как явный признак того, что на него неумолимо надвигается белая горячка.
— А раз это бомж, — подумалось мне, — то, скорее всего, на нём обитают и клопы, и блохи, и прочие паразиты в широчайшем ассортименте. Правильно я от него отошёл. Какой я, всё-таки, продуманный и предусмотрительный. Ну как мне, скажите, собою, любимым, не гордиться?
— Ты другого места не нашёл, что ли? — нарочито ласково спросила меня Светлана, с остервенением шоркая об выщербленный поребрик подошвой, к которой, видимо, пристало что-то липкое и на редкость дурнопахнущее.
— А тут все места мало отличаются друг от друга, — объяснил я.
Точно, — уныло произнесла Светка, оглянувшись по сторонам, — ну, ладно, сейчас отскребу это дерьмо с обуви…
— Пойдём уже, — возразил я, — а то клиент наш далеко ушкандыбает… А дерьмо… Ну что тебе дерьмо? Подсохнет, само отвалится…
— Поверю на слово, — пропыхтела волшебница, — ладно, пошли, действительно. Раньше начнём — раньше закончим. Не улыбается мне по этим трущобам до утра лазать…
— Ну, тогда за мной, — сказал я, и мы углубились в лабиринт тёмных проулков.
— Похоже, это район космопопрта, — подумал я.
— Угадал, — на мою, в общем то, фоновую мысль, неожиданно откликнулась Зоэ, — кстати, ты в тупик идёшь, — не без насмешки добавила она.
— А откуда ты это узнала? — раздражённо поинтересовался я.
— А у меня есть подробная карта. — самодовольно ответила псевдоличность, — даже с номерами домов.
— А чо молчала? — поинтересовался я.
 
— А ты не спрашивал, — я знал, что она ответит именно так.
— Ну так вот я и спрашиваю, — мне уже очень хотелось отловить поскорее беглого козлика и отправиться домой, поужинать и залечь на боковую. Утомили меня сегодняшние попрыгушки.
Ещё и Светка бухтит, что теперь мы тут до рассвета блудить будем и дерьмо ногами месить…
Но тут перед моим взором замерцали зеленоватые линии плана местных закоулков, я сориентировался, и мы со Светланой уверенно начали догонять пытающегося оторваться от нас жреца.
Некоторое время мы шли молча. Трущобную тишину нарушал только шорох наших шагов и сдавленная ругань Светки, раздававшаяся всякий раз, когда она куда-нибудь вступала.
Нервная она какая-то. Я вот вступаю, и не ругаюсь.
Мы наконец догнали удирающего козлика. Нам оставалось теперь только завернуть за угол, и мы выйдем на загаженную площадь, которую плотно обступали обшарпанные пластобетонные многоэтажки, щерящиеся разбитыми окнами и пустыми дверными проёмами.
— А ведь когда-то тут жили приличные люди, — посетила меня абстрактная мысль, — а теперь тут даже крысы, похоже, жить брезгуют…
Но нет, стоило мне только про крыс вспомнить, как у меня из-под ног с рассерженным писком порскнула пара довольно крупных и упитанных крысюков.
— Извиняйте, — хмыкнул я про себя, — переоценил вашу брезгливость…
— Свет, мы пришли, — прошептал я догнавшей меня Светлане, — включай маскировку и помни, твоя задача его отвлекать, а вязать его буду я, поняла?
— Да поняла, поняла, — пропыхтела колдунья, — я вообще, понятливая, если что…
— Ну, тогда пошли… — я прошептал эти слова и осторожно заглянул за угол.
В середине до крайности замусоренной площади находился давно пересохший фонтан, вокруг которого стояло несколько колченогих скамеек.
И на одной из этих скамеек развалился в расслабленной позе наш беглец.
И, что мне особенно понравилось, так это то, что сидел он спиной к нам, что резко повышало шансы на то, что нам удастся скрутить его с минимальными усилиями.
Мы с моей ассистенткой крадучись вышли из подворотни.
Стараясь осторожно ступать по загаженной мостовой, чтобы, не приведи Господи, не наступить на что-нибудь хрустящее или шуршащее, мы начали расходится в стороны, чтобы взять козлика в клещи.
Тот пока сидел тихо. Кивнув Светке, чтобы она стояла на месте, я начал подкрадываться к отдыхающему от продолжительного бега мерзавцу.
До него было уже рукой подать, я уже вырастил себе толстую металлическую дубину, чтобы двинуть как следует этого козла по рогам, как вдруг заметил, что у него несколько раз дёрнулось ухо.
Отстранённо размышляя, что бы это могло значить, я занёс над головой своё нехитрое оружие…
И тут обстановка, как по мановению волшебной палочки, резко изменилась и события понеслись вскачь.
Взвизгнула Светка, стремясь предупредить меня, что козёл собирается меня проткнуть своим ядовитым мечом, и одновременно жрец козлобородый подпрыгнул, развернулся и выбросил клинок в направлении моей тушки.
Что самое смешное, так это то, что услышав светкин пронзительный визг, я непроизвольно отшатнулся, так что оппонент мой до меня дотянуться не смог.
А я врезал своей дубиной по лезвию его оружия. Лязгнул металл.
И в этот самый миг Светлана скастовала свои любимые тентакли, которые взвились в воздух и обвили нижние конечности прыгнувшего на меня, как раз в этот момент, козла.
Возмущённо заблекотав, он прервал свой недолгий полёт и позорно растянулся в грязи у моих ног.
И тут сбылось то, о чём я целый вечер мечтал. Я со всей дури приголубил его по рогам своей увесистой нано-дубиной.
Глаза козлика закатились, и он уронил голову в неглубокую лужу, в которой отмокали какие-то огрызки и прочий невнятный мусор.
Я шагнул вплотную к лежащему. Теперь он полностью был в зоне действия моего блокиратора.