Пепельный восход (СИ)

— И в синеве, порхаешь ты,
Вселяя всем любовь.
Даешь надежду и тепло,
Желанный мне приют
Ты так легка, ты так полна
Великой чистотой…
В эту секунду он осознал, что сделал, и от стыда был готов провалиться сквозь землю. Громила ожидал, что девушка поднимет его на смех или в лучшем случае сдержится и посмотрит, как на умалишенного, но она подхватила:
— И ты, такой суровый, вмиг
Раскрылся, как цветок.
Внутри тебя всегда огонь,
Но он не страшен. Вдруг
Готов согреть и приютить
Готов… укрыть… меня…
— А… я не знаю, что сказать, — Мендер был растерян как никогда.
— А разве нужно что-то говорить? Поребячились, и хватит, — она вновь очаровательно улыбнулась.
— Нет… Не надо…
— Я тоже так думаю… Нам пора возвращаться.
***********
Закончив привал, отряд продолжил путь. Так они прогуляли весь день, останавливаясь в каждом живописном месте на своем пути. Не найдя никаких следов гаруны, да и не особо пытаясь их найти, компания остановилась на ночлег. И вновь вечерним развлечением стали истории Гора.
— Однажды я видел планету из газа. Прямо целиком! Там не было вообще никакой почвы под ногами. Мне сразу так захотелось спуститься с корабля прямо туда. Почувствовать, каково это, но… корабль заполнил баки этим газом, планетой, по сути, и мы полетели дальше.
— Ну я бывал на таких планетах — там нет ничего сверхъестественного, — ответил Ран.
— Ну мне-то откуда знать, ты ведь никогда меня с собой не брал… и тогда не взял… А ведь меня бы это спасло…
Эту семейную проблему легко было предположить — у большинства военных она как под копирку. Поэтому Дарот особо и не удивился тому, что услышал, но стоило ему взглянуть на Майрана, как у него сердце ушло в пятки. Он испугался его. Ран был бледен, словно смерть. Его глаза будто утонули в глазницах, а тело вмиг исхудало до костей. Ему явно стало настолько нехорошо, что командующий не сдержался:
— С тобой все в порядке? Может, нам стоит вернуться?
— Нет, нет, нет…, что ты. Со мной все нормально…. Я просто устал за день… пойду полежу немного.
Дарот посмотрел вслед уходящему Майрану и быстро обернулся к Ультару, надеясь найти в нем поддержку, но увидел лишь то, что его товарищ о чем-то очень глубоко задумался.
С того момента как отряд поднялся на холм и осмотрелся вокруг, Ультару не давало покоя это зудящее ощущение, будто у тебя на языке вертится какое- то знакомое слово, но ты никак не можешь его вспомнить. Только он никак не мог вспомнить какую-то мысль. Что-то очевидное и не сказать, что особо важное, но вспомнить ему безумно хотелось. И вот когда Гор поссорился с отцом и Майран ушел спать, его вдруг осенило: "А где же соседи? Они что здесь совсем одни?"
**********
Ночь для Ультара была беспокойной. Ему снились мучительные сны. Из-за головной боли он то и дело просыпался, но, обессиленный, вновь впадал в дрему.
Сигнал бедствия! Какая-то просьба или приказ? Ультар куда-то летит на корабле. Он не один. Они спешат, но гвардеец не помнит, куда именно. Попытки вспомнить причиняют боль и прерывают сон. Но Ультар опять засыпает. Картинка сменилась. Бой в самом разгаре. Тухлый запах вызывает тошноту и слегка дезориентирует. И вот прямое столкновенение с противником. И это… это… Проклятые?! Выродки Вериси напали на город! Все горит! Горит неестественным пурпурным огнем. Ультар бросает беглый взгляд на один из домов: пламя над ним самое сильное. Они сожгли целый город только ради него!
В этот момент гвардейца пронзила невероятная боль. Из носа и глаз пошла кровь. Он закричал, разбудив всех в лагере.
Дарот сразу же заявил, что нужно немедленно возвращаться домой, а увидев Майрана, который выглядел еще хуже, убедился в собственном решении.
К тому моменту, как отряд собрал свой лагерь и выдвинулся в путь, уже светало. Несмотря на то, что Ультар и Майран не могли быстро идти, к обеду вся компания уже прибыла домой.
На удивление Дарота, Мелина, как только увидела возвращающихся, тут же бросилась не к мужу, а к гвардейцам. Подбежав, она швырнула маленького Трима в руки командующему, будто мусор, и немедленно начала рассматривать Ультара. Дарот опешил от неловкости ситуации и сказал первое, что пришло в голову:
 
— Мы справимся! Помогите мужу.
— А он это заслужил?! — резко и с максимально вообразимой жестокостью ответила Лина.
— Но… — не зная, как реагировать на подобный вопрос, промямлил Дарот. Он посмотрел на младенца в собственных руках, будто ожидая от него помощи, но внезапно поймал себя на мысли, что не чувствует его. Секундный страх, что ребенок выронен им в минуту слабости, был развеян так же быстро, как и возник. Трим все еще в его руках, но его как будто и нет. Дарот не чувствовал младенца, и это было самым странным ощущением в жизни старого командующего. Рукиощущали вес ребенка, его движения. Физический факт существования Трима не мог вызывать никаких сомнений, но Дарот всей душой чувствовал, что чего-то не хватает. Чего-то крайне важного. Ему захотелось поскорее убрать ЭТО из своих рук.
Вдруг у командующего без причины начала раскалываться голова и все окружение поплыло перед глазами. На счастье старика, довольно быстро к нему подошла Лиса и забрала ребенка. Последнее, что видел Дарот, это ненависть девушки во взоре, обращенном к младенцу.
**********
Очнулся Дарот на следующее утро в своей постели. События минувшего дня казались страшным кошмаром, но он не мог вспомнить, что конкретно его напугало. Это воспоминание виталогде-то в воздухе, но командующий никак не мог за него уцепиться, что приводило старика в отчаяние. В раздумьях Дарот провел пару часов, но, когда разгадка была уже близка, вновь нахлынула боль, и, опустошив его силы, повергла в беспокойный сон.
Ультар стоял рядом с ним на борту небольшого корабля или, быть может, даже обычного челнока. Он что-то кричал, а за стеклом вспыхивали ослепительные сгустки света. Последним, что услышал Дарот было: "ОЛУМ ФАРАЕР", а затем лишь тьма.
Он проснулся в поту, а боль все не утихала. Собрав последние силы, старик вышел в коридор, спустился по лестнице и оказался в просторном холле.
Издалека он услышал плач, но теперь его источник предстал перед Даротом. Плакала Лиса. Рядом с ней стоял Мендер и пытался узнать, что случилось, но девушка ему не отвечала, лишь изредка выкрикивая: "НЕ НАДО! ПОЖАЛУЙСТА!"
Не сразу, но гвардеец заметил своего командующего. Он тут же бросился помочь обессилевшему старику. В этот момент Лиса вскочила и, плача, убежала в главный зал, где еще недавно они все мирно завтракали.
— Что происходит? — еле слышно прошептал Дарот.
— Понятия не имею. Вчера я весь вечер не мог ее найти, а сегодня она только плачет и не отвечает. А вы вдвоем все спите! Я уже испугался, что и не проснетесь.
— Ультар еще не встал, значит?
В ответ на вопрос сзади послышались глухие шаги. Это шел именно он.
— Нам нужно найти Майрана. Срочно!
— Что происходит!? — вскричал Мендер.
— Не трать время, парень! Это лишь минутное прояснение! Помоги мне!
Мендер взвалил обоих старших товарищей себе на плечи и почти поволок в главный зал. Войдя в него, он удивился перестановке. Мебели здесь больше не было, все увидели лишь огромный пустой зал с возвышением в пять ступеней у противоположной стены. На этом возвышении стоял единственный в помещении стул, а вернее, трон, на котором сидел Майран. Он выглядел ничуть не лучше гвардейцев и не произнес ни слова, увидев своих гостей. Рядом с ним стояло все его семейство. Не было только Трима, и никто не помнил о нем.
 
Не дойдя до возвышения пары шагов, Ультар встал на ноги, выпрямился и четко, чего сложно было ожидать от него в таком состоянии, произнес:
— У меня не было возможности сказать тебе этого раньше, друг. Я соболезную твоей утрате, Майран.
— Утрате!? Какой еще утрате!? У меня все превосходно, — он слегка наигранно рассмеялся.