Девочка в безумном мире «Медведь» (СИ)
— Ага, у тебя четвертый, у Ари вообще нулевой, а у твари… Например, пятидесятый окажется. Это если повезет, конечно.
Тут из его рюкзака показалось лицо домового и тот скрипучим голосом поправил:
— Не меньше шестидесятого будет, точно вам говорю.
Улья лишь шикнул на своего помощника, но информацию к сведению принял:
— Вот, шестидесятый. Это, я тебе скажу, совсем не шутки. Что ты сможешь противопоставить такому чудовищу? Свой лук и копье? Не смеши меня! Но ладно, у тебя хотя бы уже открыт класс, а значит, и какие-то бонусы имеются, но что Ари?! О чем вообще думала твоя мать, когда решила брать ее с собой?
Парень сперва задумался, а потом как-то недоверчиво посмотрел на знакомого с раннего детства деда:
— Не узнаю тебя, Улья. Неужели это не ты говорил нам когда-то, что уровни решают далеко не все? Разве не ты предупреждал, что даже самый слабый враг сможет удивить, если нанесет удар в нужное время и в нужном месте? Да и вспомни все наши последние беседы — кто как не сестра предлагала варианты, которые мы и принимали в итоге? Ты это брось, моя сестра и я себя еще покажем, вот увидишь, ну молоды и что? Этот недостаток быстро проходит.
Волшебник смотрел в землю, не решаясь поднять взгляд, а потом рассмеялся от души:
— А ведь ты прав, малец! Ха, совсем я расклеился что-то… Ладно, хватит отдыхать, сегодня пройдем еще километров пятнадцать, готовься.
Дир сидел на перевале неподалеку от деревни и задумчиво теребил загривок Цербера. Он еще не до конца придумал, как именно будет действовать, но определенные наметки были с самого начала, так что сейчас он просто наслаждался минутами отдыха. Было немного обидно, что ему, главе семьи, досталось, по сути, самое легкое задание. Улья с сыном нужно непонятным образом монстра заарканить, жене с дочкой убедить другого монстра выдать на первого задание, а в это время он будет деревенских увальней в напряжении держать. В напряжении, блин! Только мысль, что опозориться еще большое можно лишь провалив даже эту часть, заставляло его действовать, просчитывая каждый свой ход наперед,
— Рррр! — тихонько подал голос Цербер, предупреждая о приближении чужаков.
— Вижу малыш, не переживай.
Со стороны деревни по склону взбирались двое и, к своему сожалению, охотник знал их обоих. Ладно, с кого-то же нужно начинать.
Гулять вдвоем с мамой оказалось совсем не так весело, как я предполагала. Она двигалась впереди примерно, как и отец, и точно так же просила соблюдать тишину. Это ничего на коротких переходах, но вот когда мы часа четыре без остановки двигаемся — очень даже утомляет. Зато во время остановки, когда мне было позволено сесть и отдохнуть, хотелось насладиться беседой на полную.
К этому времени мы находились почти у подножия горного хребта и, видимо, в следующий раз остановимся только у реки, а может, учитывая неутомимость мамы, продолжим движение дальше, до приютившей меня недавно метеостанции.
— Мама, а что такое газета?
— Бумага такая, кажется, не мешай — прямо сейчас мама занималась тем, что рассматривала камень, а по моему мнению, это нельзя считать важным делом.
— А где ее берут? Я слышала, что в газетах описываются последние события, но откуда они берутся, это такая магия?
— Ты о чем вообще? — распрямляясь и оглядываясь вокруг спросила мама, — Причем тут магия? Нет, газеты так как ты говоришь, были еще в старом мире. Сейчас иногда попадаются старые выпуски, но там и рассказывают о прошедшем времени, а не текущих событиях, понимаешь? А раньше… Да, раньше были такие люди, которые только тем и занимались, что узнавали, где что происходит и рассказывали об этом остальным. Тут ведь и не только газеты. Было у нас телевидение, радио, интернет, нас было очень много. Теперь не так, и такие люди, которые будут только новости узнавать, не очень-то и нужны.
— А я бы хотела так жить. Это же интересно, знать, что случилось и сообщать об этом людям.
— Эх ты, журналистка моя!
— Как-как?
— Ну, это профессия так называлась раньше. Журналист. Или журналистка, ты же девочка.
Поиграв словом так и эдак, я посчитала его хоть и немного глупым, но при этом не лишенным некоторого шарма, поэтому милостиво согласилась время от времени откликаться на него.
— Ладно, — мама с улыбкой провела мне рукой по волосам, — Тогда прояви интерес к профессии и расскажи-ка мне, что произошло на этом месте пару часов назад.
— Задание! — радостно, но тихо, завопила я, вскакивая и пристально осматриваясь. Вообще, вот так сразу в глаза ничего не бросалось и внимания не привлекало, но зная маму, просто так она бы меня не спросила, а значит и что-то интересное поблизости найти можно.
Первым делом постаралась осмотреться будто со стороны. Попробовала взглянуть вокруг максимально отстраненно: вот наши следы, вот тут я улеглась, как только стало можно, тут вот мама разглядывала заинтересовавший ее камень (самый обычный, ничего особенного), вот тут ветка странно надломана, это не мы, тут кто-то еще постарался. В дальней стороне виднеется незнакомый след, не человек, скорее всего какая-то неизвестная птица или мутировавший зверь… А, ну вот и чьи-то останки, похоже здесь было настоящее пиршество, вон капли крови на земле, а в траве, если не ошибаюсь, валяются потроха. А вот тут видны человеческие следы, небольшие, чуть длиннее моих, но отпечаток ступни четкий, так что никаких сомнений в толковании быть не может. В любом случае, пока ничего странного или необычного я не… И тут на меня снизошло озарение, потому что картинка наконец сложилась. Доказательством правильности моих выводов стало сообщение от Системы, которая сообщила о развитии показателя моего интеллекта и мудрости аж на пять процентов, а восприятия и вовсе на десять!
— Вчера или позавчера, какой-то человек, скорее всего подросток, выскочил вон там на тропу, — я подошла к этому месту и раздвинула ветки, — Да, вот из этого места, где он просидел несколько часов в засаде.
Мама ободряюще подмигнула, провоцируя меня продолжать.
— Так, значит выскочил он не просто так, а бросился на проходящего тут зверя… Не пойму, судя по следу — это кто-то вроде крысокуры, но шерсть на ветках указывает на боброволка или кого-то похожего. А, шерсть слишком высоко, думаю это была такая одежда, — расследование захватило, так что в этот момент я вдруг обнаружила, что воздуха не осталось, и пришлось делать паузу.
— И что же этот неизвестный сделал? — спросила мама, — Куда пошел дальше?
— А вот тут совсем странно. Если я ничего не путаю, он сразу же начал есть добычу, вот несколько капель крови сорвалось на снег. Далее этот охотник одним прыжком оказался на камне, где просидел несколько часов, так в сыром виде и употребив зверя. А вот потом он просто исчез, по крайней мере я следов никаких не вижу.
— Посмотри сверху, — рука мамы указала на висящую над камнем большую ветку, — Ага, заметила!
— Он запрыгнул туда и перебрался на дерево! Но зачем?
— Вот это мы с тобой сейчас и узнаем, — спокойно проговорила она, а потом, отвернувшись в сторону, громко и уверенно, — Ведь не зря ты все это время наблюдаешь за нами, верно?
Я тут же начала крутить головой из стороны в сторону, но все равно не заметила появления рядом с нами обросшего и чумазого парня. Высокий, лишь чуть-чуть ниже Ивора, он, скорее всего, был все же младше брата, хотя может они бы и оказались одногодками. Одежда лесного жителя состояла из перевязанных между собой лоскутов, обувь была сделана из коры дерева, а в качестве оружия он использовал заостренную палку, острый конец которой сейчас был направлен на маму.
Ощутив угрозу, я приготовилась позвать Сара, да еще руку на нож положила, намереваясь во что бы то ни стало защитить дорогого мне человека.
Вот только моя помощь была явно не нужна — сейчас передо мной была не добродушная хозяйка, а боевой алхимик, одним своим видом показывая всем и каждому, что недооценивать женщин не стоит. Одна рука у нее сейчас сжимала маленькую бутылочку с ярко желтой жидкостью и отставлена для броска, а вторая была полусогнута, чтобы в случае нужды оттолкнуть противника.