Сто тридцать четвёртый (СИ)
Я же сидел на скате дождевика соседнего с нами ангара и наблюдал за развернувшейся картиной в бинокль, напевая под нос что-то вроде "тили-бом, тили-бом, загорелся кошкин дом... попросите их, Василий, чтобы вещи выносили... хе-хе-хе..."
Умные машины, подгоняемые программой, оказались на складах в течение минуты. Разумных, к удивлению, если бы машины были на таковое способны, на складе оказалось очень много. И занимались они тем, чем заниматься не должны - вытаскивали из задымлённого помещения ящики с припасами. А быстрое сканирование показало, что очаг возгорания локален, и причиной тому стал тот самый заискрившийся дроид-грузчик, и пожар сам по себе угрозы не представлял, поскольку коптил один из рядом стоящих мешков с зерном. При этом стоял он отдельно, и даже в случае возгорания открытым огнём - быстро потух, распространяя едкий, но очень густой дым.
Однако сканеры упорно показывали, что на складе активно перемещаются взрывоопасные объекты, поэтому умные машины сделали то, что от них требовали протоколы - оцепили помещение по безопасному периметру на расстоянии метров тридцати, один из занырнувших дроидов оперативно залил быстрозастывающей пеной дымящийся мешок зерна и вылетел в оцепление - ждать уже вызванных разумных. Дроиды пожарные были всё же сугубо гражданскими моделями, поэтому и гранаты на клонах фиксировали как взрывчатые вещества, но для верности пара клонов с неактивными минами там тоже находилась. Для подстраховки, так сказать.
Почёсывая озадаченные макушки, смотрели на четко упорядоченную возню клонов - дежурные юстициары охраны - двое, с виду, людей, чья смена уже закончилась, но уйти они не успели, поскольку в службе снабжения им никто на запросы не отвечал, чего требовал протокол СБ. Клоны в полном снаряжении очень быстро заныривали в склад и выныривали оттуда уже с ящиками и мешками, перетаскивая их на руках. Именно эту картину и застал влетевший в оцепление бешеный тойдарианец, обычно синего цвета, лицевая половина которого была окрашена нежно-розовым с вкраплениями ядовито-зелёного и оранжевого цветов. И предсказуемо ломанулся к выставленным за оцеплением ящикам с курсирующими туда-сюда клонами.
Найдя глазами наблюдающего и явно руководящего выносом Заура, он вполне ожидаемо подлетел к нему.
- Что вы творите, ха? Naquabu-ja bu ta quita na zahh!!
- Выносим продукты из горящего помещения.
- А...(непередаваемая лингвистически тирада на тойдарианском )!!! Чтоб вас! - и что-то быстро зашипел в комлинк.
- Готовьтесь, иду, - передаю и спрыгиваю на стоящую в нескольких метрах внизу АТ-RТ-шку, резво заработавшую своими куриными лапками в направлении развивающегося бардака.
К моменту моего подхода на площадку уже опускались две здоровые машины пожарников и четыре патрульных спидера юстиции с зависшим катером сапёрной бригады.
Заур уже общался со старшим офицером, поясняя обстановку, а тойдарианец отдавал команды дроидам-грузчикам, выуживавшим из общей кучи ящики. Впрочем, к его чести надо отдать должное - ящики без маркировки он отдельно не грузил, собирая всё в кучу.
Моё прибытие, как и оговаривалось, послужило сигналом, и под ноги подошедшему мне пара клонов "случайно уронила" заранее вскрытый ящик спайса. Я даже сказать ничего не успел.
Видя разлетающиеся под ногами пакетики, Заур взмахнул рукой, и все застыли. А как тут не застынешь, когда целая рота вооруженных бойцов берёт под прицел всё, что двигается?
Капитан юстициаров продолжал обалдело переводить взгляд с Заура на меня и на пакетики с наркотой. Пожарных в глухих термостойких скафандрах, из-за чего установить их видовую принадлежность не представлялось возможным, быстро оттеснили за периметр.
Подражая одному персонажу из юмористического шоу, наклоняюсь, подбираю пакетик и, крутя в руках, спрашиваю:
- А что это, что, что это тако-ое? О? О-о-о, это что это, у-у-у... А вы знаете, что это, капитан? - оборачиваюсь в сторону командира юстиции, попутно отмечая, как боятся пошевелиться его сотрудники. Восемь вооруженных патрульных, явно дежуривших в этом секторе и ярусе нашего, однозначно - нашего, космопорта.
- Они пытались их забрать на свой склад. Сказали - не успели вывезти, - сдал с потрохами юстициара Заур.
- Глиттерстим? На армейском складе? Капитан, я жду объяснений.
- Кто вы такой, и почему вы тут находитесь? - сразу нашелся при виде старшего капитан.
- Я? Я-то командую батальоном этих прекрасных бойцов,- обвожу "прекрасных бойцов" руками. Заодно обращая внимание на тот факт, что бойцов тут внезапно и совершено бесшумно стало действительно батальон, а гулкие толчки шагов, выруливающих из-за угла танков, развеяли остатки надежд решить вопросы на месте даже у зависших и ничего не понимающих сапёров в катере, которых моментально взяли на прицел ГК АТ-ТЕшек.
- Это вещественные доказательства, и мы...
- Не люблю повторяться. На неопечатанном продуктовом складе? Без отдельного поста круглосуточной охраны? - перебиваю разом вспотевшего коррелианца. - Значит, у вас с собой есть дубликат протокола хранения вещдоков и приказ вышестоящей инстанции на их изъятие и перевозку? - я-то понимаю, что несу бред, и местное законодательство может отличаться, но иногда ткнуть пальцем в небо полезно.
- Эт-то произвол, вы... н-не имеете...
- Права? Хм. А вы в курсе, что Республика сейчас находится в состоянии войны? Я уверен, что да. А по закону военного времени, согласно Устава Великой Армии Республики, нахождение наркотических веществ на складах этой самой Армии, за исключением специальных препаратов, я могу расценить как попытку диверсии и саботажа функционирования этой самой Республиканской Армии. А вы, смею заметить, находитесь на территории закрытой военной части. А у нас судебных органов для диверсантов и саботажников нет. К стенке их.
Мгновенно повязанных юстициаров под обречённые матерки и вопли, обещавших все кары небесные, вытащили из спидеров, зафиксировали стяжками и поставили на колени в рядок, уперев в затылок стволы.
- Единственное, что я хочу знать - кто к этому НЕ причастен. У вас есть что сказать, господа?
Нет, я прекрасно отдавал себе отчёт в том, что катер сапёров сейчас на всех частотах вызывал подмогу, докладывая о вооруженном противостоянии чуть ли не в центре столицы, как и то, что всё происходящее они записывают с камер своего челнока. Впрочем, как и мы - Бур постарался заранее.
- Я подозревал, - хмуро прошелестел молодой твилек из-под опущенного забрала шлема. - Доказательств не было, а капитан запретил вести расследование. Я всего лишь патрульный.
- Вывести его.
Споро развязанный молодчик под конвоем покинул стоящих на коленях коллег.
Тойдарианцу вообще крылья зашили медицинским степлером, и он, скуля от боли, пытался ползать на месте, прижатый за них тяжелым ботинком штурмовика.
Обвожу взглядом этот сброд. Кто-то смотрит со злостью, кто-то с недоумением, кто-то со страхом и обреченностью. Осознали. Не верили, но осознали.
- Ну, кто-нибудь, вызовите уже джедаев! - возопил почти плачущий капитан, задрав голову в сторону катера сапёров.
- Готовьсь! - командую.
Клоны, державшие пленников, делают два шага назад. Бур в ухе оповещает, что с нами пытались связаться из Храма джедаев и спрашивали, что тут случилось. Бур честно описал заранее подготовленную для них ситуацию. И сейчас кто-то на всех парах летит сюда. Впрочем, и мигалки корпуса юстиции я тоже слышу. А они нам тут не нужны. Точнее, наоборот - они-то нам и нужны, но в другом качестве.
- Це-ельсь!
- Не на-ада-а-а! Па-жа-луйста-а!!! - орёт кто-то из задержанных.
Делаю вид, что к чему-то прислушиваюсь в ухе. Впрочем, и так было к чему прислушиваться. Клоны соседних батальонов докладывали о развертке боевых постов и готовности отражать любую атаку. Со стоянки медленно взлетал Аккламатор "Гордость", игнорируя вопли диспетчера. Попытка нападения на военную часть - вне юрисдикции органов юстиции, особенно, когда эта самая юстиция рассматривается, как потенциальная угроза.